Страница 113 из 133
— Тандуильцы вообще делают что-то просто так? — возмущённо качаю я головой. — Ну, хорошо! Баш на баш! Можешь тоже задать мне вопрос.
— Где ты научилась так управлять своей волей?
— Не знаю, — я даже не пытаюсь солгать. Я в самом деле не знаю. — Наверное, это мой способ выживать и не подчиняться.
Сайлас вскидывает бровь, собираясь что-то сказать, и тут же скрывает эмоции за невозмутимостью. Но через минуту всё же задаёт свой вопрос, недоверчиво прищурив глаза.
— Как же тогда ты прошла через Ученичество? Полное подчинение Учителю — обязательное условие.
— Да. Ты прав, — киваю я головой. — Только не забывай, что обычно есть какое-то «но». Учитель ни разу не заставил меня делать то, от чего я хотела бы отказаться. Каждое его Задание вело меня к поиску ответов, которые мне действительно были нужны, к границам моих возможностей, к пониманию себя.
— Твой Учитель был очень мудр, — сказал Сайлас с неподдельным уважением в голосе.
В ответ я только киваю и обнимаю себя за плечи. От воспоминаний меня обдаёт холодным, до костей пронизывающим ветром. Кажется, я снова на подоконнике, смотрю в окно с плывущими потёками воды на нём. В тот день дождь лил с самого утра — холодный и бесконечный, словно кто-то решил смыть весь мир до основания. Когда ушёл Учитель, очередная капля просто скатилась по стеклу, оставив за собой дорожку. Она стекала медленно, будто не желая исчезать.
А я поняла, что его больше нет.
В этот момент, кажется, кто-то перевернул Торрекьяру, как кукольный дом, и вытряхнул меня над Тихим океаном. Ветры завыли вокруг, а я понеслась к тёмно-синей дуге Марианской впадины, зная, что меня ждёт внизу — даже в кошмаре нельзя падать вечно.
До того дня я верила, что ещё можно что-то исправить. Что у меня хватит сил прийти к нему и признаться, что я его подвела. Что, разобравшись со своим Кровным Долгом, я вернусь и докажу — всё, чему он меня учил, было не напрасно. И тогда он признает меня лучшей Ученицей и отдаст своё кольцо.
Но когда наша Связь разорвалась, все надежды внутри меня погасли, словно огоньки, утонувшие в непроглядной тоске.
Иногда люди не способны пережить такую травму. Они застревают между прошлым и настоящим, каждый день балансируя на грани боли, которая не отпускает. С тех пор я словно листаю страницы себя: то слабая, то сильная, то уверенная, то растерянная, не понимающая, чего на самом деле хочу. Мир с тех пор стал похож на гальку под ногами, — никакой твёрдой почвы. И с каждым днём она всё больше перемалывается в зыбучие пески.
— О чём ты думаешь? — спросил Сайлас, подходя ко мне сквозь тишину. — Хочешь кофе?
Прошлое нужно оставить в прошлом. Хотя бы пока оно не перестанет топить меня. Я больше не даю себе времени на отчаянье. Подхожу к кофемашине, вынимая бак, чтобы наполнить его водой, но кофе не хочется.
— Этерис нравится Демону, — сказал Сайлас, доставая две чашки и молоко из холодильника. — Он готов там пастись круглые сутки. Может, в том мире какая-то особая трава?
— Возможно, — пожимаю я плечами, ставя бак на место и забирая у Сайласа бутылку. Молока мне действительно хотелось. — Мой конь тоже любил Этерис. Особенно валяться в траве на южном склоне Дайнаданского холма, возле ручья. На холме растут белые лилии. Я думаю, что Дайнадан — это погребальный курган, но Северу было на это плевать — он валялся там каждый день.
— Демон тоже там валяется, — кивнул Сайлас и добавил с кривой усмешкой: — И ему тоже плевать на древние могильники, его таким не проймёшь.
— Значит, ты не знаешь, куда именно нам нужно в Исфара Далате? — спрашиваю я, наливая молоко и возвращая бутылку в холодильник.
— Нет, — отрицательно качает головой Сайлас. — Я видел то же, что и ты. И ни в одной книге про Далатский лабиринт не сказано ни слова о Ключе.
— О, ну конечно! А ты ждал, что где-нибудь напишут: «Ключ спрятан под третьим деревом от входа. Придите и возьмите?»
— Сомневаюсь, что там есть деревья, — покачал головой Сайлас. — Думаю, там всё выгорело.
— Среди пепла проще искать, хотя и не слишком интересно, — пожала я плечами, наконец нагрев молоко до нужной температуры и сделав глоток.
— Кажется, ты не понимаешь серьёзности того, что нам предстоит сделать, — нахмурился Сайлас.
— Кажется, ты думаешь, что серьёзные вещи нужно обязательно делать с серьёзным видом, — скривилась я, выражая своё отношение к такому подходу. — Или ты думаешь, что мрачный вид добавит нам шансов на успех?
На мою реплику Сайлас даже не ответил. Только сощурил глаза, которые под таким освещением казались ещё более серебристыми. Побелевшие губы и сжатые челюсти выражали гнев, от которого всё внутри покрывалось слоем льда. Точнее, должно было покрываться. Потому что я спокойно допила молоко, даже не остыв.
— Если мы оба не знаем, куда нам нужно, то можно спросить у Касситы. Должна же быть от её Дара хоть какая-то польза! Ты со мной? — спросила я, демонстративно ставя чашку в сетку посудомойки.
Сайлас нехотя кивнул. Ему было непросто привыкнуть к моему стилю общения. А может, он вообще не был на это способен.
За окном моей комнаты шпили соборов размывались на фоне серых облаков — снег смягчил контрасты города. Чёрный кашемир окутывал тело настолько мягко, словно являлся частью меня. Платье с длинными рукавами, подчёркивающее силуэт, с высоким разрезом сбоку, открывающим лишь намёк на кружевные колготки, легло как влитое, очерчивая все самые красивые изгибы в женской фигуре. Заканчивался наряд сапогами на устойчивом каблуке.
Я повернулась к зеркалу и провела ладонями по бёдрам, ощущая мягкую ткань на коже. Это выглядело… красиво. Это был тот тип красоты, который всегда попадал в цель. Девушка в зеркале вызывала восторг. Вся она. От кудрявых волос, которые ложились волнами, излучая сладковатый запах аликвий, до кончиков ног, затянутых в чёрную лайку.
Сияющая кожа. Смеющиеся глаза.
Мне было действительно интересно, как можно от этого защититься? Придумал ли мир хоть одно противоядие против того, насколько завлекающей была красота? Неужели он сможет злиться на меня такую?
Сайлас меня уже ждал. Его фигура тоже была затянута в чёрное, даже скорее не в чёрное, а в цвет, собранный из всех ночей в году, из самых тёмных минут, потому что гнев всё ещё клубился в нём. Заинтересованный взгляд стальных глаз коротко скользнул по моему телу, и он надел на себя прежнюю бесстрастную маску. Я медленно подошла к нему почти в плотную и положила ладони ему на плечи изящным, чётко выверенным движением. Лёгким поворотом головы отбросила волосы за спину, обнажая шею.
— Это выглядит, как приглашение, если ты не в курсе, — усмехнулся Сайлас, кладя ладони мне на талию и слегка сжимая её, словно желая убедиться в реальности происходящего. Взгляд его заметно потеплел.
— Это и есть приглашение, — улыбнулась я одной из улыбок, тянущих на откровенно соблазнительную. — Приглашение договориться и не злиться друг на друга. Поверь, я осознаю опасность и понимаю серьёзность! Но если я перестану улыбаться и шутить, то просто не смогу идти дальше. Мне необходимы крохи радости, даже если их приходится выскребать из жизни. Иначе мои демоны просто сожрут меня. К тому же улыбка запускает выделение дофамина, который повышает уровень энергии. А это важно для Задания!
— Ты хочешь уговорить меня позволить тебе быть беспечной? — спросил Сайлас, притягивая меня ближе, так, что пространства между нами осталось меньше ладони. — Поэтому выбрала наряд искусительницы? Чтобы быть более убедительной?