Страница 27 из 73
Глава 9
Чем дальше, тем сложнее
— Ну, тут вариантов немного! — сказал Шут. — Можно проникнуть внутрь с массовкой. У меня акцент не очень, но если рот лишний раз не открывать, то проскочу как-нибудь. Это я умею. Но что дальше?
— Держи! — Савельев протянул ему небольшой специальный магнитофон, который можно было спрятать в карман. — Это диктофон, здесь пленки на сорок пять минут записи хватит! Постарайся записать все, что услышишь. Это доказательства, которые мы используем в дальнейшем! Достаточно нажать красную кнопку и запись пойдет. Главное, подобраться поближе, чтобы голос был четче!
— Хорошо! — Паша забрал устройство, сунул его под ремень. — Разберусь! Что у нас по связи?
— Есть кое-что! — загадочно усмехнулся Савельев. — Из специальных разработок КГБ. «Ангстрем-СН». Слышал про такой?
— Нет. Что это?
— Я слышал! — заявил Герц с блестящими глазами. — Сверхкомпактная рация, ее можно спрятать под одеждой! Блок, провода, микрофон и кнопка! Идеально!
— Верно! — кивнул Леха. — Сначала я экипирую Шута. У меня есть еще один комплект!
То, что предлагал Шут, было просто до безобразия. Но далеко не факт, что сработает. Нужно было перестраховаться. На всякий случай.
— Стоп, так не пойдет! Одного человека для такой работы будет мало! — твердо произнес я, нахмурившись. — Если у Паши с ходу не получится проникнуть внутрь, нужен резервный вариант. Хотя бы визуальное наблюдение за гостями и то хорошо. В общем, я тоже пойду в ДК, но совсем другим маршрутом. Через технический вход с обратной стороны здания.
— А это может сработать! — похвалил Савельев, догадавшись, что я задумал. — Я видел, там как раз аудио аппаратуру разгружают. Только у меня второго магнитофона нет! Зато есть фотоаппарат.
— Мне диктофон не нужен. Фотографии так и быть, сделаю. Главное, в этом деле не запись. Главное попасть внутрь и узнать о ближайших планах активистов и тех, кто их курирует, а там уже как-нибудь разберемся. Связь с Шутом возможна?
— Да, я правда, не специалист, но настраивать умею. Вы будете слышать друг друга, говорить. Мы вас только слышим, тут пока только так. У меня с собой вроде все есть, Черненко снарядил. Жаль только, автомобиля-ретранслятора нет, мощности хватит работать только в одном здании и на небольшом расстоянии вокруг него. Так что, будем надеяться, что получится. Герц, поможешь?
Несколько минут мы торопливо надевали спецсвязь. Я точно не знал, как это работает, но Леха ещё раз заверил меня, что я буду слышать Корнеева, а он меня. Говорить можно в компактный микрофон.
— Итак, еще раз прогоним план… — произнес Савельев, когда они с Артемовым закончили процесс. Связь работала. — Гром, ты с Корнеевым внутри, я — снаружи, в радиусе ста метров. Герц, остаёшься в машине, держишь связь. Дамиров, ты всех координируешь, помогаешь Герцу. Смирнов, Самарин — на подстраховке, у южного выезда. Смотрите, чтобы ещё кто-нибудь не приехал из иностранных гостей. Если что, подъезжаете прямо к чёрному ходу. Если потребуется, то блокируете их, неважно как. Остальным быть на связи, ждать команды.
Экипированный спецсвязью Шут сунул магнитофон под ремень, прикрыл все спортивной олимпийкой. Закатал рукава, нацепил кепку. Потёр щетину — бриться он не стал, но так даже лучше — лицо более пролетарское, чем не рабочий класс?
— Через пять минут заходишь, — сказал я, напоминая о его действиях. — Там у входа как раз целая толпа таких же расфуфыренных, сойдешь за своего. Но Паша, запомни! Никакой дерзкой самодеятельности, да? Запоминай лица и внешний вид активистов, особенно иностранцев. Если будет возможность, зафиксируй речь на пленку.
— Без проблем, командир. Ты же знаешь, я везучий в этом плане!
— Знаю! Ты главное, по сторонам смотри и не увлекайся! Это тебе не Афганистан!
— Договорились!
Мы разошлись по позициям. Паша с парадного входа, я с заднего. Пока заносили эстрадные колонки, я ловко прошмыгнул мимо охранника, взяв кипу проводов побольше так, чтобы даже головы не было видно. Прокатило, правда, я то и дело спотыкался о свисающие провода и кажется, даже оторвал что-то. Двинулся вглубь здания, стараясь никому не попадаться на глаза. Ориентировался на шум из общего зала.
Заметил небольшое грязное окно, выглянул.
Толпа активистов у входа в ДК постепенно рассасывалась — люди заходили внутрь. Последними прошли двое крепких мужчин в лёгких темных костюмах, с характерной выправкой. Охрана. Профессионалы. Всего мы насчитали четверых, как и было обозначено ранее. Но помимо них, были и другие — местные представители. Угрозы для нашей группы они не представляли, но ненужный шум поднять могли без проблем. Нужно иметь это в виду.
Минута, другая. Гул стоял значительный. Люди толпились, разговаривали, ожидали начала митинга.
— Гром, я прошел! — раздался голос Паши из наушника. — Все нормально! Иду в общий зал!
Я наклонил голову к рукаву, где был спрятан миниатюрный микрофон.
— Принял. Осторожно.
Примерно минуты полторы было тихо. Потом снова:
— Все, получилось. Я в общем зале, совсем рядом со сценой. Народу — тьма. Кажется, я сейчас в третьем ряду. Видишь меня?
— Я ещё не добрался. Тут лабиринт коридоров. Засек иностранцев? — спросил я, двигаясь дальше.
— Да. Американец и англичанин уже здесь, внутри, — тихо ответил Корнеев. — Для них тут столы и стулья на сцене приготовили!
Время потихоньку шло. Я тоже приблизился к сцене, только с обратной стороны. Отсюда мало что было видно, но зато все слышно.
— Все, они начинают. Кажется, американец будет говорить первым.
— Включай запись!
— Уже!
Я решил обойти сцену сзади, выйти на другую сторону, чтобы приблизиться к выступающим. Сделать фото. Услышал отчетливый голос Моррисона — уверенный, с лёгким акцентом. Говорили на русском, что меня слегка удивило. Подготовились, черти! Он увлеченно вещал, играя эмоциями зрителей. Это чувствовалось. Видно было, что это дело отрепетировано.
— То, что сейчас происходит в Молдавии — это не просто языковой спор. Это попытка лишить вас права говорить на родном русском языке, учить детей на вашем языке, жить по вашим законам. Мы, международные наблюдатели, видим это и поддерживаем ваш справедливый протест…
— Красиво говорит, — прошептал Шут. — Прямо диссидент.
— Диссидент на зарплате у Лэнгли, — подумал я.
Оба иностранца вещали в режиме диалога, то один, то второй. Это весьма толково, потому что, так звучало более убедительно! Контролировать толпу так тоже значительно проще!