Страница 43 из 75
— Что, разведка уже прибыла?
Я понимал, что Потапчик ошибается. Эти бойцы, которых инструктировал капитан, на разведчиков не тянули. Обычные красноармейцы. И я понимал, какая им поставлена задача.
— Эти? — Усмехнулся комбат. — Да нет. Тут у нас. — Лицо его посуровело. Диверсанты. — Он уставился на нашего связанного. — Но вижу вы и тут нас обошли. Кто это у вас?
— Те самые диверсанты. Видишь? В нашу форму, гад. — Комиссар сделал шаг, толкнул в плечо пленного. — Сволочь фашистская.
— Ну что. — Капитан смотрел на пленного. — Допросим.
— Бойцов бы где-то разместить.
— Это можно. Да и тебя бы, к нашему эскулапу. Он, конечно, не то что у вас. Не Петр Федорович. Но, показаться стоит.
— Царапина. — Процедил Савелий Иванович.
— Как знаешь.
Капитан быстро раздал указания. Собранный для поиска диверсантов отряд расформировался. Бойцы собирались разойтись и спать. К нам приставили пару провожатых.
— Ты с ними, Морозов. — Произнес комиссар, смотря мне прямо в глаза. — Ты человек, вижу, не по годам опытный. Готовь к вылазке и жди разведку.
Так, не хочет чтобы я в допросе участвовал. Интересно, с чего это? Вроде же мы с тобой, товарищ Потапчик все прояснили, все выяснили. А доверия все равно до конца нет. Почему же ты не хочешь, чтобы я присутствовал?
— А это кто у тебя? Вроде не из твоих? — К нам подошел местный комбат.
— Вадим Иванович Морозов. — Ответил я, отдавая воинское приветствие.– Направляюсь в сто девятнадцатую бригаду. Заплутал малость.
— Это ты брат… — Усмехнулся комбат. — Нехило так заплутал.
Он хлопнул меня по плечу, тряхнул так, что вода аж брызнула.
— Это он фрица переодетого поймал. — Комиссар продолжал смотреть на меня пристально. — Вот гляжу на нашу молодежь. Партийную и не нарадуюсь. У нас мост взорвал. Деятельный. Но, толковый. Еще и немецкий знает.
Звучало это все как-то двояко. То ли похвала, то ли какой-то двусмысленный намек. Вот и думай.
— Кстати. Мы же у этих гадов в мешках знаешь что нашли? — Он повернулся к капитану.
— Что?
— Мыло. Представляешь, десять кило мыла.
— Да? — Лицо капитана выражало крайнюю степень удивления. — И на кой черт оно им. Они же…
— Вот. А этот политрук вмиг догадался. Оно же мылится не как наше, сейчас, а как довоенное. Сковырнул, а там. Представляешь. — Савелий Иванович хмыкнул недобро. — Шашка толовая.
— Дела. Десять кило?
— Десять. — Он бросил взгляд на фрица. — Надо бы нам понять и выше передать, куда эти десять кило должны были уйти.
— Товарищ комиссар. — Решился я. — Разрешите присутствовать при допросе?
— Хм. А готовить группу кто будет?
— Так… — Я картинно пожал плечами. — Я так до конца и не понял, мы идем или разведка дивизионная только. Так — то, может лучше они? Они парни опытные. А мы то… — Улыбнулся, как мог по-глупому. — Стрелки простые.
Савелий Иванович вскинул бровь, уставился на меня с некоторым недоверием.
— Разрешите, товарищ батальонный комиссар?
Он хмуро уставился на меня. Тут подошел комбат, проговорил, нарушая наш диалог:
— Говорите тут у Раково переправу готовят?
Я не отводил взгляд от Потапчика, проговорил:
— Здесь стык дивизии и сто девятнадцатой, да и местность. Поэтому хорошо бы фрица допросить. И я бы поприсутствовал.
Комиссар посмотрел на меня, потом на комбата. По плащ-палаткам опять забарабанил дождь.