Страница 88 из 96
Глава 30 Отец и сын
Приехав в дом фармацевта в близком Подмосковье, Артем Николаевич увидел скромную, но каменную одноэтажную дачу. На первом этаже была кухня, ванная комната туалет, спальня хозяина, гостиная и его рабочий кабинет, совмещенный с библиотекой. Входная дверь была железной, как и решетки на всех окнах. Мебель и обстановка были старые, чтобы не сказать убогие. Воры если бы залезли в этот дом, могли оставить для хозяина сто рублей из жалости на столе.
Подойдя к одной из библиотечных секций, Константин Сергеевич нажал на одну из книг. Секция выдвинулась вперед и отъехала в сторону. Перед ними была гладкая железная стена.
Фармацевт снял с шею ключ и вставил его прорезь на боковой стенке библиотечной секции слева. Железная стена мягко отъехала в сторону, открыв железную лестницу, ступеньки которой вели вниз.
— Ничего себе, прямо пещера Али-Бабы! — удивился историк.
— Пещера Али-Бабы, это детский сад, по сравнению с моей лабораторией, — гордо ответил фармацевт. Они стали спускаться по лестнице вниз. Подземелье занимало два этажа. Это были облицованные белым кафелем помещения, залитые ярким светом и тесно заставленные многочисленными приборами и оборудованием. Причем некоторые были совершенно новыми.
— Это что? — поразился увиденному Артем Николаевич.
— Это мой Эдем, — с гордостью произнес Константин Сергеевич, — только тут я по настоящему счастлив, когда прихожу работать и отвлекаюсь от всей это суеты. Теперь Вы понимаете, что я не простой сумасшедший? Артем Николаевич, я вижу что Вы серьезный человек. В предлагаю Вам партнерство! Я один уже не справляюсь!
— И какова будет цена моего участия? — осторожно спросил историк.
— Вы должны обеспечить самую легкую часть этих исследований. После того, как мы найдем могилу этого Матвея, — пояснил хозяин, — Вы должны обеспечить меня финансами. И тогда, мы разделим мой успех пополам.
— Очень интересно, Вы же не думаете, что я миллионер? Как Вы себе это представляете? — изумился Артем Николаевич.
— Ну я же Вам не говорю, как мне трудно идти совершенно новым и не изученным путем научного открытия, и поверьте, это гораздо труднее, чем найти деньги. Я уже вижу Ваш вопрос, почему я сам этим не займусь, если это легко? Отвечаю, у меня нет времени. И сразу ответ на второй вопрос, почему я решил взять Вас в компанию владельцев этих исследований? Я один. Если со мной, что-то случится, то все пропадет, и никто ничего не узнает.
— Я все понял, — кивнул историк, — я подумаю, насчет денег. Через неделю едем на поиски могилы в старую Рязань. Работать будем вдвоем. То, чем мы будем заниматься называется вандализм. Надеюсь, Вы найдете, то что ищите, а нас не поймают. Наша легенда — мы проводим предварительную разведку для будущих археологических раскопок.
Через неделю они сходили с автобуса в селе Шатрище в Спасском районе Рязанской области. Найдя дом, где сдавали комнату, они расположились на постой. Потом они спросили хозйку как найти Гнилое ущелье. Оказалось, что локация, которую местные жители и кладоискатели называют Гнилым ущельем (или Гнилым оврагом), действительно находится прямо у села Шатрище. Это один из глубоких, заросших лесом оврагов, которые отделяют плато Старой Рязани от соседних холмов. Именно это место сильнее всего обросло мистическими слухами и легендами. Название «Гнилое» оно получило, потому что овраг очень глубокий, сырой, с каменистым дном. Туда почти не проникает солнце, из-за чего там круглый год держится высокая влажность, пахнет прелой листвой и гниющей древесиной. Локация выглядит мрачно и аутентично, что идеально подходит для страшных сказок, о которых любят рассказывать местные жители.
Буквально на мысах и склонах этого оврага и находится знаменитый Шатрищенский грунтовый могильник второго — седьмого веков. Поскольку это реальное древнее кладбище воинственных до славянских племен (рязано-окская культуры), слухи быстро превратили языческий некрополь в «могилы жрецов» и «проклятое место». В фольклоре местных кладоискателей Гнилое ущелье считается местом, где «барахлят компасы», «кружит техника» и якобы захоронены колдуны. На практике это связано с обилием железных артефактов в земле и сложным рельефом, где легко заблудиться. В овраге и на его склонах археологи находили древние артефакты: наконечники стрел, элементы конской упряжи и тяжелые бронзовые украшения финно-угорских воинов.
— И вот что, соколики! — строго сказала женщина, которая оказалась учительницей местной школы на пенсии, — имейте ввиду, что склоны Гнилого оврага очень крутые, глинистые и после дождей становятся скользкими и опасными для спуска. Любые раскопки с металлоискателем на этой территории жестко караются по закону, так как весь этот комплекс входит в охраняемую археологическую зону.
— Я сам профессор истории! Мы только прикинем план работ для официальной экспедиции, но позже, — успокоил ее Артем Николаевич.
— Короче, — стал заканчивать свой рассказ о знакомстве с фармацевтом профессор, — нашли мы там гроб этого Матвея, точнее его кости и взяли образец ДНК. Это было еще то приключение, как ни будь расскажу потом. И он стал работать над третьим препаратом. А деньги на его исследования я заработал продав коллекцию своих старинных монет и игрой на крипто бирже. А ты, Витя, пойдешь к нему и скажешь, что теперь ты будешь его партнером, вместо меня. Он же еще не знает, что я умер.
— А на каком основании я это скажу? Он же об этом спросит, — засомневался юноша.
— Скажешь ему, что ты мой сын! — неожиданно ответил пенсионер.
— А он поверит? Подождите, Вы сказали, Ваш сын? — до зумера наконец дошел смысл сказанных стариком слов.
— Он не поверит, — усмехнулся Артем Николаевич, — он проверит это.
— Как?
— Сделает тест ДНК на отцовство, у него там такое оборудование, что это рядовое исследование, — объяснил профессор.
— А Вы — мой отец? По настоящему? — прямо спросил Виктор.
— Думаю, да! Я был первым мужчиной у твоей мамы, и про срокам как бы все сходится, — ответил пенсионер, — и вот, что я думаю. Как ты считаешь, почему я попал именно в твою голову?
— Так я остался один в живых в том автобусе, — предположил зумер.
— Нет, в живых остался еще и водитель «Камаза», — опроверг его слова претендент на отцовство, — а попал я к тебе. Я вот думаю, потому, что мы прямые родственники.
— А прочему Вы бросили меня и маму? — резко спросил Виктор.