Страница 87 из 96
Евер: Четыреста шестьдесят четыре года
Фарра (отец Авраама): Двести пять лет
Поздние патриархи:
Авраам: Сто семьдесят пять лет
Исаак: Сто восемьдесят лет
Иаков: Сто сорок семь лет
Да, Библия, она еще тот достоверный источник информации особенно по древнейшей истории, но тем не менее. Поэтому, Константин Сергеевич, стал искать сведения о долгожителях в более близких к нашему времени столетиям. Он считал, что у этих людей могли быть врождённые мутации, или активированы древнейшие гены, которые могли вырабатывать вещества, блокирующие гормон смерти.
В одном из сборников тезисов какого-то провинциального университета, которые между собой ученные называли «братскими могилами», потому, что их никто не читал, он наткнулся на древнюю легенду о Матвее Язычнике Рязанском. Выяснив, где работает автор этих тезисов, он направился прямо к нему. Оказалось, что это был Артем Николаевич, в руки которого попал древний список в котором о нем упоминалось. А было там написано следующее:
«В лето ѾҀѰМГ (семь тысяч семьсот сорок четвертого года) от сотворения мира, (или тысяча двести тридцать пятый год от Рождества Христова), в граде Рязань представился язычник, идолопоклонник и богохульник Матвейка, по прозвищу Язычник рязанский. Душа его многогрешная отправилась несомненно в Геенну огненную на муки вечные. А известен он был тем, что всем брехал, что прожил триста годов, и видел, как истинная Вера Христова просияла над нашими землями. И лаялся непотребно на воевод Путяту и Добрыню. И баяли, что служил он самому Перуну на капище идольском. Но час его настал, и черти поволокли его проклятую душу в котлы кипящие. А упокоили его тело не на христианском кладбище, и не отпевали его. А говорят, что души, впавшие в прелесть от его речей, снесли его труп в Гнилое ущелье на место старого капища, и там погребли в колоде дубовой. А правда то или нет, никто не знает»
Но об этом фармацевт не знал. В тезисах было написано только про возраст, как образец фантазии и преувеличений древнерусского летописца. Прочитав об этом, Константин Сергеевич загорелся идеей найти захоронение это Матвей, эксгумировать его кости и добыть там образец ДНК для исследований, с попыткой найти ген, отвечающий за выработку соединения, который блокирует гормон смерти.
Вот с таким предложением он пришел к Артему Николаевичу. Тот, конечно, сразу не проверил, решив, что имеет дело с сумасшедшим ученым, свихнувшимся на очередной сверх ценной идее. Это среди ученных обычное дело. Он вежливо ему отказал, сославшись нас вою занятость. Но не учел упертости фармацевта. Тот пригласил его посетить его дом в Подмосковье. Отказать коллеге в этой малости было как-то совсем неудобно. И историк поехал. И не пожалел.