Страница 10 из 10
— Он вам наживку бросил, а вы и поверили! — Кузьма Петрович даже головой покрутил, дивясь наивности господина Свистунова: мужчины тридцати пяти лет от роду, отца десятилетнего сына. — Мои люди мне сообщили: государь ещё в августе объявил амнистию всем декабристам, что отбывали ссылку в Сибири. Просто до сведения сосланных это известие пока не довели. Вот Всеволод Болотников и решил сыграть на том, что в царской канцелярии служат такие волокитчики.
Кузьма Петрович не удержался — бросил ехидный взгляд через плечо: на портрет Александра Второго. И купцу-колдуну показалось: на лицо императора набежала тень. Нехорошая — будто предвещавшая скверную судьбу.
А господин Свистунов снова задумался — явно припоминал детали недавних событий. Потом проговорил:
— Я уже понял: вы придумали историю про сеновал, чтобы Болотников туда пошел, взял в руки лампу и благодаря ей увидел, что происходило во время того обряда. И, допустим, вы предполагали, что зрелище его напугает, он выронит светильник и сухое сено загорится. Но как вы предугадали, что он после этого не сможет выскочить наружу — останется в огне?
Купец-колдун снова усмехнулся, повёл бровями, но отвечать не стал: не захотел взваливать ещё и это на Юрия Свистунова. Незачем было ему знать, что с наружным засовом на двери сеновала купец Алтынов загодя поработал: приладил его так, чтобы запорная доска сама собой падала на стальные уключины, как только дверь окажется закрыта.
Было ли это покушением на убийство? Да ни в коей мере! Если бы господин Болотников не отшвырнул от себя карсельскую лампу, когда увидел
туманного двойник
а своей жертвы, никакого пожара не случилось бы. Ну, посидел бы он какое-то время взаперти — и что с того? Да и потом, Болотников мог оставить дверь прикрытой неплотно, заходя на сеновал. Тогда засов не упал бы, и в случае пожара убийца Андрея Свистунова легко спасся бы. Конечно, дело с ним тогда существенно осложнилось бы. Однако Кузьма Петрович в себе не сомневался: тогда он измыслил бы иной способ отправить Всеволода Болотникова прямиком к богу Велесу, что считался проводником из Яви в Навь: в мифический потусторонний мир. Да, славянофилом купец первой гильдии не был, однако в тайных искусствах поднаторел. И ни за что не допустил бы, чтобы в его вотчине — в Мещёрском крае — вершил свои дела какой-то фигляр с полными карманами фальшивых денег.
Юрий же Андреевич, не дождавшись ответа на свой вопрос, переспрашивать не стал. Мысли его явно перескочили на другое.
— А если бы… — Господин Свистунов с силой откашлялся, как если бы в горле у него застряла корка сухого хлеба. — Если бы в этот раз Болотникову всё удалось, через четверть века он пришёл бы за моим сыном?
Кузьма Петрович пожал плечами:
— Кто знает? Может, и пришёл бы — ежели сам оставался бы жив. Хотя — такие, как он, могут владеть секретом: как продлевать своей земной век.
— Но и они уязвимы для смерти… — помрачнев, пробормотал Юрий Андреевич.
Купец-колдун хмыкнул.
— Прошу извинить меня за менторский тон, однако есть простая вещь, которую я уразумел за свою жизнь: неуязвимы для смерти лишь те, кто и так уже умер.
Кузьма Алтынов видел: господин Свистунов очень хочет спросить его о чём-то ещё. И догадывался, о чём именно. Однако не был уверен, что знает точный ответ на вопрос, который тот желает задать. А потому раньше, чем Юрий Андреевич заговорил бы о своём даре, купец-колдун сказал:
— И кое-что другое не вызывает у меня сомнений. Всё, что представляет хоть какую-то ценность, может быть украдено. Однако и всё то, что было украдено, может быть возвращено. Когда-нибудь.
Эта книга завершена. В серии Законы сверхъестественного есть еще книги.