Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 82 из 118

Меня передёрнуло. Значит, вон на том поваленном дереве сидел Иоганн, ожидая разговора с Викусей? Возможно, именно там, где сейчас пылает костёр, трое моих граргских друзей пролили кровь для свадебного ритуала Вики и Герберта. И здесь же немногим раньше Герберт убил двух пьяных парней, которые угрожали ему и Викусе.

— Выходи.

Дверь машины уже была открыта, и Герб подал мне руку.

Я настороженно оглядывала компанию у костра. В основном, лица незнакомые — несколько удивлённых, несколько равнодушных. Адриан улыбался мне, а рядом с ним сидел человек, при виде которого я сильнее прижалась к Герберту. Председатель граргского совета судей Жермон смотрел на меня со спокойным любопытством.

— Сэр Герберт, ты сегодня появился в неожиданной компании, — бесстрастно заметил он после приветствий. — Я рассчитывал увидеть с тобой Викторию, Лилиану или их обеих.

— Вика и Лили немного устали от общества. В последнее время мы постоянно принимаем гостей, — беззаботно объяснил Герберт. — Дамы передавали всем большой привет.

Он легко опустился прямо в снег и кивнул мне на место рядом:

— Садись, не стесняйся, чувствуй себя как дома.

Я задумчиво посмотрела на заснеженную, обжигающую холодом землю. Если сидеть придётся долго — заработаю воспаление всех женских органов. Ну и ладно, какая теперь разница?

Я уже собиралась присесть, когда Герб бросил:

— Подожди!

Он стянул с себя тёплую куртку. Под ней оказалась лишь тонкая рубашка.

— Чёрт, чуть не забыл, с кем приехал. Садись на это, можешь ею же укрыться.

Брр, даже смотреть на него было жутко холодно. Я всё время забываю, что Герберт — не совсем человек и не может замёрзнуть.

— Спасибо, Герб, — я опустилась на куртку и накинула её края сверху на ноги.

— Герб? Похоже, девушка хорошо вписалась в вашу компанию, — весело заметил Жермон. — Посвящать её не собираешься?

— Если захочет — посвящу. Пока рано об этом говорить.

Я разглядывала тающие на сапогах снежинки. Неужели Жермон всерьёз спрашивал о посвящении меня Граргу?

— Татьяна, — окликнул председатель. — Не хочешь в ближайшие дни пройти посвящение? Место подходящее есть, кольцо изготовим.

Больше всего мне хотелось прижаться к Герберту, спрятаться за него и не высовываться, пока эта компания не разойдётся. Ну зачем Герб взял меня с собой?

Молчание становилось напряжённым. Я заставила себя поднять голову и посмотреть на председателя.

— В Грарг я не вступлю никогда, — каждое слово прозвучало на удивление чётко.

Адриан подсел ближе и весело вмешался:

— Никогда — слишком долгий срок. Кстати, Танюш, ты не надумала уйти из их весёлой квартиры? Я бы увёз тебя хоть сегодня.

— Она не надумала, — сухо произнёс Герберт. — Оставьте Татьяну в покое. Она немного привыкнет и сама начнёт общаться, если захочет.

— Тиран и деспот, — хмыкнул Адриан. — Не думал, что ты такой собственник.

Герберт обнял меня одной рукой и спокойно ответил:

— Я своими женщинами не делюсь, если ты об этом. Что нового?

— Ваш с Викой рекорд пока не превзойдён, — сказал председатель. — Заработанная не при войне жизнь, вселение в квартире рыцарей Чаши и общение с ними через объект, выживание их из квартиры, взрыв газа и падение самолета у них перед носом — это была блестящая работа.

Я глубоко вздохнула. Значит, вот как Герберт и Вика зарабатывали жизнь? Взрыв газа.. Падение самолета.. Лучше сейчас не думать об этом, можно сойти с ума.

Я машинально потёрла висок. Зачем я здесь? Почему до сих пор жива?

— Не вполне понятно ваше недавнее двойное вселение с Лилианой.

— Обещал выполнить любое желание в пределах разумного, — Герберт с усмешкой кивнул на меня. — Пришлось выполнять.

— Теперь ясно, — чуть склонил голову Жермон. — Жаль, что Лили не захотела приехать. Ей бы понравилась сегодняшняя идея. После шашлыков мы устроим турнир.

— На такое дело я её позову, — с энтузиазмом пообещал Герб. — Обязательно прибудет судить.

Турнир? Они собираются драться на кинжалах? Или притащат ради такого случая здоровенные шпаги?

— Девушка не помешает? — спросил незнакомый рыжий верзила.

— При Лили — вряд ли, — ответил Герберт, кидая на меня оценивающий взгляд. — Синичка, ты в состоянии посидеть тихо минут десять?

— Ваш турнир будет идти всего десять минут? — переспросила я.

— Рановато я взял тебя сюда, — пробормотал Герберт. — Да, около того. Побудешь в это время рядом с Лили. Если не сможешь смотреть — посидишь в машине.

— А чем вы будете драться?

Поляну огласил смех.

— Это турнир другого рода, — ответил Герберт. — Скоро всё увидишь.

В следующие несколько часов мне казалось, что здесь собрались самые обычные, только невероятно сильные и закалённые люди. Они жарили в стороне на углях шашлыки, шутили, обсуждали футбол, спорили, где лучше рыбалка, играли в карты и поглощали спиртное в страшных количествах.

— Почему вы не говорите на родных языках? — спросила я Жермона.

— Одно из правил членов ордена — говорить на языке той страны, где находимся. Слугам Грарга ни к чему привлекать к себе излишнее внимание, — объяснил он и добавил мне вина в пластиковый стаканчик. — Пей, а то замёрзнешь.

— Не замёрзнет, — Адриан набросил на меня свою куртку.

— Жермон, а откуда берутся кольца для посвящения? — поинтересовалась я.

— Их изготовление — целый ритуал, — неторопливо произнёс председатель совета судей Грарга. — Обычно он занимает около девяти дней, но иногда, в исключительных случаях, мы отливаем кольца за несколько часов. В этом участвуют шесть первых рыцарей великого Грарга — Каитон, Анорм, я и ещё трое судей, которых ты не видела. Но подробностей обряда не положено знать никому, кроме нас, шести посвящённых. Впервые за многовековую жизнь слышу такой вопрос. Наши чувствуют, что его не следует задавать.

Истории у костра становились всё похабнее или страшнее, парни — всё развязнее. Прижавшись к Герберту, я с ужасом слушала рассказ Адриана о недавнем совете судей, на котором были убиты молодой рыцарь и его невеста.

— Представь, какое разочарование, — рассказывал подвыпивший Адриан слегка поплывшему Герберту. — Мы думали, что она — жена, а девчонка оказалась невинной.

Меня затрясло.

— Зато его казнили несколько часов, — добавил Жермон.

Меня затошнило.

— Герберт, можно я посижу в машине?

— Сидеть! — он резко удержал меня за руку. — Я же сказал — привыкай!

— Мне плохо, — я, сдирая шарф, схватилась свободной рукой за горло.