Страница 48 из 118
— Потому что ты не могла в тот момент что-либо делать. С моей стороны это была обычная помощь. А ты решила стать для нас рабыней. Разницу не улавливаешь? — Лилиана присела на свою кровать. — Относись ты к нам, как к друзьям, никто бы не возражал против твоей помощи. Но так как сейчас это маловероятно.. — судья развела руками.
Я молча переоделась в ночнушку и забралась под одеяло.
— Надо будет прогуляться по магазинам, — сказала судья. — Бельё у тебя кошмарное, да и гардероб не мешало бы обновить. Гербу сейчас не до того, а то он уже отправил бы вас с Викой на шопинг, чтобы нормально тебя одеть. Тебе будет мешать, если я оставлю свет? — спросила она, извлекая из сумочки толстый детектив в мягкой обложке.
— Нет.
Я закрыла глаза. Спать не хотелось. Завыть бы сейчас в голос — наверное, стало бы легче. Но такого я себе позволить не могу. Судья Лилиана приехала отдыхать, а не смотреть на мои истерики. Представляю, как я надоела ей за три дня.
Я отвернулась к стене. Плакать теперь можно, но только тихо, беззвучно. Давно сдерживаемые слёзы покатились по лицу. Лиля и Герберт ведут себя со мной, как очень терпеливые друзья, но я не могу ответить им тем же. Мне не нужна их забота. И Викусины жертвы не нужны. И вообще ничего уже не нужно.
Иоганна нет, Вильгельм ушёл. Слава Богу, что ушёл, а не убит. Я с трудом вздохнула чуть глубже и почувствовала руку Лилианы на своём плече. Как этой ведьме удаётся передвигаться настолько тихо?
— Синичка, не надо так, — мягко сказала она. — Хочешь — кричи, плачь, ругайся, скажи мне всё, что о нас думаешь, можешь разбить здесь что-нибудь, только не уходи в себя.
Я не поняла, как это случилось, но вскоре мы сидели рядом, и я рыдала в голос на её плече. А вместе со слезами из меня начали выплескиваться слова. Я говорила о том, что никогда не увижу Вильгельма, обо всём, что потеряла в парке за считанные минуты, о Вике, Герберте, Анорме, о чувстве вины, которое не умолкает.
— В чём же ты виновата? — серьёзно спросила она.
— Во всём. В том, что Вильгельм меня бросил, в том, что у Вики с Гербертом нет нормальной жизни, что я вишу у вас на шее камнем, что тебе приходится сейчас всё это слушать.
— А я и поехала с тобой, чтобы это выслушать, — произнесла Лилиана. — Человеку нельзя держать в себе такую боль. А теперь послушай меня. Девочка, ты просто запуталась, у тебя в голове полная каша. Ты винишь себя в том, что тебе хорошо в постели с Гербертом?
Я кивнула.
— А как Герб получил право победителя, ты не помнишь? — вкрадчиво поинтересовалась судья. — Кто бросил вызов на бой?.. Молчишь? Значит, помнишь. Вот Вильгельм прежде всего и виноват в том, что произошло у вас с Гербертом. Герб, конечно, тоже хорош, а вот твоей вины я совсем не вижу. Ты просто оказалась в центре опасной мужской игры. И учти, что опыт нашего Казановы и мои благовония в сочетании с алкоголем в ту ночь заставили бы расслабиться кого угодно, — с улыбкой сказала она. — Герберт по своей природе не насильник, он не хотел, чтобы тебе было больно, страшно или противно, поэтому пустил в ход всё своё умение. Можешь поверить, перед ним в такой ситуации не устояла бы ни одна женщина.
— Но после этого Вильгельм меня бросил, оставил у вас.
— Оставил, и я до сих пор не могу этого понять. Рыцарь Грааля бросает молодую жену в Грарге. Такого никогда не было, просто непостижимо! Ну да и ладно, чёрт с ним. Теперь о Герберте, Вике и вашей непростой ситуации. Всех, кроме тебя, всё устраивает, так что разговоры о камне на шее и ненормальной жизни неактуальны. Ты права в одном — хватит ныть и усложнять жизнь Гербу и Викусе.
— Вика всё равно этого не забудет, — я всхлипнула. — Я же видела, как она смотрела на нас обоих в ту ночь. Может, ты всё же убедишь Герберта отправить меня к Королю?
— Герб не согласится, и правильно сделает. А насчёт Викуси ты ошибаешься, после посвящения она сильно изменилась. Ваши постельные упражнения ей глубоко безразличны, — фыркнула судья. — Вика знает, что Герб обожает её, и ревновать она вряд ли станет.
— Лилиана, — я решилась заговорить о том, что пугало больше всего. — А если будет ребёнок?
— Есть подозрение? — немного напряглась она.
— Нет, но.. За три дня их было трое — Вильгельм, Герберт и Анорм. Я даже не буду знать, от кого он.
Господи, неужели это происходит со мной?
— На этот счёт могу тебя успокоить: у служителей Грарга детей не бывает, мы становимся бесплодными в момент посвящения, — задумчиво проговорила Лилиана. — А если ты успела забеременеть от Вильгельма.. Ну что с тобой делать? Значит, родишь. Если захочешь, конечно. Вырастим и воспитаем в Грарге. Что ты опять трясёшься? Скорее всего, никакого ребёнка нет. Сколько раз ты вообще была с Вильгельмом?
— Два, — я опустила голову.
Сейчас Лилиана скажет какую-нибудь гадость. Зачем только я об этом заговорила?
Но судья начала деловито задавать всякие медицинские вопросы.
— Вряд ли, — наконец сказала она. — Очень малые шансы для зачатия. Я осматривала тебя, когда ты была под действием снотворного. Насколько я слышала, у рыцарских жён беременность видно чуть ли не с первого дня, я у тебя ничего похожего не заметила.
— Осматривала? — мне захотелось провалиться сквозь землю. — Зачем?
— Надо же было убедиться, что ничего не повреждено. Я не знала, что могло взбрести в голову Анорму. Посмотри-ка, уже утро. Пора умываться и завтракать, — судья открыто улыбнулась. — Раз тебе не спится — пойдём гулять.
Полдня прошли на набережной. Какое-то время мы бродили вдоль берега, потом спустились на галечный пляж. Холодные волны лениво накатывали на серые камни. Трудно поверить, что совсем недавно я мечтала поехать к морю, побродить по берегу, подышать свежим воздухом.
Ирония судьбы — я получила то, чего хотела каких-то два месяца назад. Но теперь мне нужно совсем другое: однокомнатная съёмная квартира со старой мебелью, жёсткий неудобный диван и любящий взгляд синих глаз.
Обедали мы в маленьком уютном кафе, где судья моментально познакомилась с симпатичным студентом. Вот кто всегда получает от жизни удовольствие. Рыжеволосая красотка, не знающая ни любви, ни страха, ни чувства вины.
— Посидишь одна? — спросила Лилиана по дороге к гостинице. — Можешь взять у хозяина что-нибудь почитать.
— Может, ужин приготовить?
— А что его готовить? Нам вполне хватит омлета и сосисок, продукты я куплю. Если заскучаешь — поболтай с Равилем. Наверняка услышишь много интересного.