Страница 6 из 16
цвета: темно-розовые, с покрывающими их чуть беловатыми сосочками. Ширина их составляла всего сантиметров семь-восемь, но длиной они превышали рост своих обладателей. И на концах имели то ли широкую раздвоенную присоску, то ли подобие цветка-мясоеда – венериной мухоловки.
С десяток этих языков разом выбросилось вперед, и присоски-цветки прилипли к правой передней дверце джипа.
– Галка! – завопил Алексей и ринулся обратно к машине.
А нечто
многоязыкое
уже потянуло дверцу на себя – и сорвало её, как стикер с книжной страницы. Причем дверь не была заблокирована – легко открылась бы. Но мнимый крысиный король явно не имел об этом понятия. «Вот так же он и оконную раму выдернул, – мелькнуло у Артема в голове. – Не успеет Лешка!»
И быстро – чтобы только не передумать! – тележурналист высоко поднял над головой смартфон. А затем включил телефонный фонарик и начал им часто и бессистемно мигать. Он побежал бы к двоюродному брату, помог бы ему как-то иначе, да вот беда: его будто приморозило к земле.
А Лешка тем временем ввинтился в кабину, выхватил Галю прямо из-под языков
крысиного короля
и вышвырнул с противоположной стороны – через левую переднюю дверцу. В то же мгновение к Лешкиной голове с редеющими русыми волосами метнулся один из темно-розовых языков. И смачно облепил Лешкин левый висок.
Алексей издал горлом такой звук, словно его с размаху ударили по кадыку. И его голову стало
притягивать
к желтоглазой твари, хоть он и вцепился здоровенными ручищами в створ выломанной дверцы.
– Эй, сука! Сюда смотри, на меня! – заорал Артем, и промигал фонариком настолько причудливую комбинацию, что никакому Сэмюэлу Морзе она и во сне не приснилась бы.
И многоязыкое создание наконец-то среагировало: обратило к Артему свои желтушные глаза. Они оказались непарными: располагались чуть выше языков поодиночке. А тот язык, что облеплял висок Алексея, отдернулся – унося с собой кусок Лешкиного скальпа размером с половину ладони.
Алексей снова издал тот же щелкающий горловой звук. И что-то прокричали Оксана и Галя – почти в унисон. Но Артем их слов не разобрал.
Гнусная тварь втянула языки и стремглав покатилась к нему – как бильярдный шар, хлестко ударенный кием. Кожный покров чудища облепляли опавшие хвоинки и стебли сухой травы, мошки и белесые личинки, мертвые жуки и всё еще живые дождевые черви. Артем заметил даже, что к боку чудища приклеились два сигаретных окурка, в которых он признал свои собственные – всё никак не мог бросить курить.
К голове
(головам)
чудища прилипли и русые волосы Алексея с фрагментом кожи. Слипшимся клоком они свисали с того места, из которого перед тем вылезал язык, сорвавший кусок Лешкиного скальпа. Никакого рта там не было. На переливчато-сизой поверхности лишь выделялась припухлость чуть более темного, насыщенного цвета. Артем успел еще подумать: «Потому
оно
и не сожрало Лешку – нечем было жрать».
А потом его накрыла сизо-лиловая тьма.