Страница 84 из 139
– Откуда…– слова возмущения буквально застряли в горле ведьмы, потому что она осознала, что внучка права. – Это твой дар… – она удивлённо воззрилась на неофитку. – Ты прочитала его душу.
– Да, я сразу это увидела, когда наши взгляды встретились, – уверенно заявила Нилуфар. – На какой-то миг наши души словно слились вместе, и для меня не осталось тайн. В его душе живёт любовь, но не к Майе… – тут самонадеянная прорицательница неловко умолкла, словно запнулась.
– И не к тебе, – закончила за неё Сюрейя-бина.
– Сначала я была уверена, что как раз ко мне, – глаза Нилуфар наполнились слезами, – а потом он как будто от меня закрылся. Почему, бабушка? Он испугался своих чувств?
– Неважно, по какой причине этот чужеземец отверг дар богов, – Сюрейя-бина осуждающе покачала головой, – но это ещё раз подтверждает, что тебе нужно держаться от него подальше. Только безумец способен на такое святотатство. Боги ревнивы, они не прощают тех, кто не ценит их даров.
– Что же мне делать? – взмолилась Нилуфар. – Как мне защитить его от божественного гнева?
– Ты и вправду его любишь, – Сюрейя-бина задумчиво покачала головой, словно сама не верила своим словам. – Другая на твоём месте просто сбежала бы от этого опасного чужака без оглядки, чтобы не разделить его горькую судьбу, а ты думаешь только о том, как его спасти. Спасайся сама, деточка. Судьба подарила тебе долгую и спокойную жизнь под покровительством Великой Матери. Неужели ты откажешься от такого подарка ради незнакомого мужчины?
– Неважно, как долго продлится моя жизнь, если я проведу свои дни рядом с любимым, – вздохнула Нилуфар. – Пусть хоть день, хоть даже час. Научи меня, как его защитить.
– Обратись к Великой Матери, – Сюрейя-бина поднялась с подушек и, покопавшись в одном из ящичков большого деревянного шкафа, занимавшего всю стену в её комнате, выудила из его недр крохотный мешочек. – Вот, держи, – она протянула мешочек внучке.
– Это ягоды туу́ри? – Нилуфар невольно вздрогнула. – А нельзя обойтись без этого? Я думала, что они открывают дорогу только в мир мёртвых, а не к божественной мудрости Великой Матери.
Нужно сказать, что Нилуфар неспроста опасалась использовать ритуал с ягодами туури, поскольку у неё уже имелся весьма негативный опыт в этом деле. Мама Нилуфар умерла внезапно от какой-то непонятной болезни, и девочка даже не успела с ней попрощаться. Она очень тосковала и решила связаться с покойницей посредством колдовских ягодок, просто чтобы убедиться, что с мамой всё в порядке. Нилуфар вовсе не стремилась выведать какие-то страшные тайны мира мёртвых, однако тот призрак незнакомой ведьмы, что явился на её зов, отчего-то решил, что безбашенной девчонкой двигало именно амбициозное желание получить запретные знания, и устроил ей такой разнос, что бедняжка ещё долго не могла спать, потому что тупо боялась закрыть глаза.
– Великая Мать сама решает, как ответить на мольбу преданного, – отрезала ведьма. – Отбрось свои глупые ожидания и надежды, просто попроси помощи.
Нилуфар тяжко вздохнула и отправилась к себе в комнату, чтобы последовать совету бабушки. Увы, избавиться от предвзятости ей так и не удалось, и, погружаясь в наведённый ягодами транс, она была уверена, что её снова ждёт весьма неприятная встреча с призраком. Однако её страхи не оправдались. То ли неопытная контактёрша допустила какую-то ошибку в ритуале, то ли просто Астарта решила над ней подшутить, но вместо рандеву с посланцем мира мёртвых, женщина тупо провалилась в сон. Собственно, это был даже не сон, а просто воспоминание об одном случае из далёкого прошлого, когда ей было от силы лет пять-шесть.
Нилуфар всегда любила наблюдать за работой отца. Малышке нравилось перебирать разноцветные камушки, из которых мастер Бабак изготавливал ювелирные украшения, и отец никогда не запрещал ей брать в руки даже очень дорогие самоцветы. То, что однажды его потакание капризам ребёнка приведёт к серьёзным неприятностям, можно было предвидеть заранее, даже не будучи провидцем. Так оно и случилось. Крупный кристалл хрусталя выскользнул из потных пальчиков девочки, упал на пол и разбился на две почти равные части.
– Я его убила, – прошептала перепуганная Нилуфар и горько заплакала.
– Не беда, – отец поспешил успокоить свою неловкую дочурку. – Я сделаю из обломков серёжки, и два кусочка хрусталя снова будут неразлучны в ушках какой-нибудь красавицы ханум.
– Но они больше никогда не будут одним камушком, – девочка шмыгнула носом, подняла осколки и попыталась их соединить, но кристалл, естественно, развалился на две части.
– Да, милая, теперь им придётся жить врозь, – согласился отец, – но они всё равно будут чувствовать друг дружку. Когда-нибудь боги сжалятся над ними и снова соединят две половинки кристалла.
– А когда они это сделают? – любопытный огонёк тут же загорелся в глазах Нилуфар. – Если я их очень-очень попрошу, они ведь согласятся, правда?
– У богов свой счёт времени, – мастер Бабак сочувственно улыбнулся. – Понимаешь, малышка, всё, что с нами происходит, имеет свою причину. Наверное, этим двум осколкам было неуютно вместе, вот кристалл и разбился.
– Глупые, – Нилуфар ласково погладила холодный хрусталь, – вам ведь будет очень грустно врозь. А когда они соскучатся и поймут, что вместе жить веселее, боги сразу их соединят?
– Склеить разбитый кристалл невозможно, – сочувственно улыбнулся отец, – он должен родиться снова цельным.
– Но ведь чтобы родиться, нужно сначала умереть, – девочка озадаченно нахмурилась. – Нет, баба джан, я не хочу, чтобы эти осколочки умирали. Пусть уж лучше они живут по отдельности в серёжках.
– Ты моя умница, – мастер Бабак растроганно погладил дочку по голове. – Никто не хочет умирать, даже хрустальные осколки. Мы все должны ценить дар жизни, полученный от богов. Наши души – как драгоценные кристаллы, их нужно беречь и не ронять на пол, а то они тоже могут разбиться.
– Как это? – от ужаса у Нилуфар перехватило дыхание. – Разве душу можно уронить?
– В нашей жизни всякое случается, – задумчиво покачал головой мастер Бабак. – Бывает, когда человека очень сильно обидели, ему начинает казаться, что с этой болью невозможно жить. Он хочет от неё избавиться любым путём, даже вместе с жизнью. Это большой грех, деточка. Боги наказывают таких людей.
– Как наказывают? – Нилуфар вся сжалась словно в ожидании удара. – Разве можно наказать того, кто уже умер?