Страница 59 из 139
– И ты из-за этого переживаешь? - Вит с недоумением воззрился на друга. – Да этот предатель ещё должен тебя благодарить за то, что ты дал ему шанс искупить вину.
– Наверное, я должен был его защитить, – уныло пробормотал Вран, – но я не смог пойти против решения своего клана, пусть даже бывшего. Давай оставим эту печальную тему, – попросил он. – Ты сам-то чего хотел?
– Мне потребуется твоя помощь, – Вит облегчённо перевёл дух и вернулся к насущным делам. – Сегодня ночью в поместье Веделей произошло убийство. Мне нужно, чтобы ты лично поехал туда с отрядом гвардейцев и обеспечил доставку убийцы в королевскую тюрьму, причём целым и невредимым. Сразу скажу, что это может быть непросто, арестанта могут попытаться отбить.
– Ух ты, – озадаченно покачал головой Вран. – Может быть, ты даже знаешь, кто кого убил?
– Убили графа Кнутлинга, – Вит недовольно скривился. – Конкретного исполнителя не назову, но догадываюсь, что обвинили в этом преступлении Йенса.
– Выходит, Рандруп решил взять правосудие в свои руки, – язвительно заметил Вран. – Но причём тут этот юноша, которого старый герцог пригрел у себя на груди, вернее, в постели? Лучшего козла отпущения не нашлось?
– Нет, Йенсу уготована другая роль, – в голосе Вита не было досады, только непонятное сожаление. – Он должен стать заложником. И кстати, насчёт сексуальных пристрастий Кристена мы с тобой оба дали маху. То, что мы приняли за вожделение, было всего лишь отцовской привязанностью.
– Йенс – сын Кристена? – от удивления брови Врана встали домиком. – Не может того быть. Даже если мальчик был рождён какой-то гулящей девкой, граф бы его всё равно мог признать.
– А если не девкой, а знатной незамужней дамой? – ехидно поинтересовался Вит.
– Насколько я знаю, в семействе Веделей единственной подходящей кандидатурой является твоя отставная невестушка Сигрид, – Вран озадаченно нахмурился. – Ты правда думаешь, что имело место кровосмешение, которое эти лицемеры постарались скрыть? Не удивительно, что богатую наследницу никто не соглашается брать в жёны.
– Ну ты тут и нагородил сто бочек арестантов, – рассмеялся Вит. – Сигрид ведь всего двадцать с хвостиком. Когда бы она успела родить ребёнка, которому сейчас около шестнадцати? В сопливом детстве?
– Тогда мамочка Йенса никак не может быть членом нашего благородного семейства, – Вран вопросительно посмотрел на ухмыляющегося приятеля. – Или может? Хватит интриговать, выкладывай.
– Полагаю, ты забыл про ещё одну дамочку подходящего возраста, – ехидно заметил Вит. – Да, сейчас она замужем, но ребёнка родила ещё будучи девицей.
– Ты имеешь ввиду Эстрид, жену графа Кнутлинга? – Вран недоверчиво скривился. – Так чего ж тогда Кристен не женился на матери своего сына?
– Не тупи, – попенял другу Вит. – Ты же сам составлял досье на всё семейство и должен знать, что Кристен вдовец. Видимо, когда он закрутил интрижку с Гельсингаландской баронессой, его жена была ещё жива.
– Да они совсем стыд потеряли, – в голосе Врана послышалось неподдельное возмущение. – Получается, граф Кристен забрал незаконнорожденного сына в поместье Веделей, а чтобы не разлучать мамочку с ребёнком, сосватал свою любовницу за своего же брата? И у него ничего не ёкнуло? Бедняжке Эстрид ведь приходится ублажать в постели своего законного супруга.
– Думаю, выбор мужа для Эстрид не был случайным, – задумчиво пробормотал Вит. – В этом семействе именно Кнутлинг является любителем мальчиков, остальные нормальные. Так что спит его жёнушка вовсе не с законным мужем, а с его старшим братиком.
– А с кем спит обманутый муженёк? – Вран прищурился, прикидывая возможные варианты. – Уж не с сыночком ли Кристена и Эстрид? Выходит, я всё-таки правильно определил сексуальную ориентацию Йенса, – констатировал он, глядя на скривившееся в презрительной усмешке лицо друга, – только с его партнёром ошибся. Нет, ну что за циничный ублюдок этот Кристен? Присвоил себе жену своего брата, а взамен отдал ему любимого сыночка. Справедливый размен, ничего не скажешь.
– Не исключено, что для графа сексуальные предпочтения его сына являются серьёзной проблемой и разочарованием, – вздохнул Вит, – но кто их знает, этих аристократов.
– И ты выяснил все эти интимные подробности в ходе одного единственного визита в поместье Веделей? – в голосе Врана прозвучало искреннее восхищение проницательностью друга.
– Ну не совсем, – Вит недовольно поморщился. – На самом деле до сегодняшнего дня я тоже был уверен в том, что Йенс является любовником, а не сыном Кристена, а про Кнутлинга вообще не догадывался. Ладно, не буду накручивать интригу, – рассмеялся он, – всё проще, чем ты думаешь. Не далее, как четверть часа назад, у меня состоялась аудиенция с Эстрид. Наша заговорщица прискакала ко мне прятаться, и я потребовал за защиту всю правду.
– Прятаться? – Вран озадаченно нахмурился. – Ей грозит опасность? Но от кого?
– Не догадываешься? – ехидно подначил друга Вит. – А кому она своим сводничеством поломала всю малину?
– Старина Рандруп удумал казнить свою невестку? – брови Врана сошлись над переносицей, демонстрируя крайнюю степень недоумения. – Ничего себе, жёсткая ответочка.
– Дело не в мести, – Вит снисходительно хмыкнул, – вернее, не только в ней. Просто наша Эстрид оказалась препятствием к женитьбе Кристена на принцессе Лотте.
– Не понял, – в голосе Врана послышалась уже откровенная растерянность. – А нафига Лотте этот напыщенный индюк, да ещё с обременением в виде любовницы и незаконнорожденного сыночка-педераста? Нет, я понимаю, что ты теперь на ней жениться не можешь, но разве нельзя было просто отправить барышню домой?
– Можно, – легко согласился Вит, – но тогда пришлось бы публично казнить совратителя невинной девицы, чтобы компенсировать батюшке нашей Лотты моральный ущерб и не спровоцировать его на военную агрессию. Не факт, что Хродгар удовлетворился бы такой компенсацией, но вот род Веделей точно понёс бы серьёзные репутационные потери. Герцог Рандруп, естественно, предпочёл пожертвовать старшеньким сыночком, чтобы спасти свой род от позора.
– Вот только Кристен ни за что бы не согласился бросить свою любовницу, – Вран наконец ухватил ниточку рассуждений и продолжил повествование, – поэтому от неё нужно было избавиться.