Страница 132 из 139
Вит немного полюбовался экзотичным природным явлением и вернулся в гостиную. Тут ничего не изменилось. Феликс по-прежнему сидел на ковре и баюкал мёртвую девушку, словно пытался сам себя убедить в том, что она просто спит. Его взгляд буквально приклеился к лицу Майи, но было не похоже, чтобы оглушённый горем артанец вообще был способен в тот момент что-то видеть из-за раздиравшей его душу боли. По идее, нужно было оставить страдальца в покое и дать ему время прийти в себя, вот только времени у дезертира с королевского фронта как раз и не было. Ему нужно было вернуться в Сканию до наступления ночи, а транспортное средство явно было не в лучшей форме.
Конечно, имелась ненулевая вероятность того, что Найоли обеспокоится отсутствием своего мужчины и придёт на помощь, но Вит не слишком-то рассчитывал на такой сценарий. И дело было даже не в том, что Найоли пока толком не овладела навыками трансгрессии в теле носителя, просто в последнее время она практически не бывала в королевском замке. Трудно сказать, как уж так случилось, что профессиональная ведьма, никогда не имевшая детей, вдруг страстно увлеклась сиротским приютом, слепленным буквально на коленке специально для Лотты. Но факт оставался фактом, Найоли теперь целыми днями пропадала в женском монастыре Лунда и возвращалась домой только глубокой ночью, да и то не каждый день. Она частенько оставалась ночевать в приюте, если кто-то из детей болел.
Нет, на помощь потусторонних сил Виту точно рассчитывать не стоило, нужно было попробовать реанимировать Феликса. Аптечку аэр не нашёл, зато на кухне обнаружилось довольно много всякой-всячины, вроде чая, кофе и горячительных напитков. Прикинув, что ему сейчас вряд ли удастся заставить артанца попить чайку, Вит залез в бар и принялся изучать этикетки на бутылках. Выбрав напиток исключительно по принципу максимального содержания алкоголя, он прихватил бокал и направился к пациенту, дабы привести его в чувство и заставить немного поработать.
Увы, его циничному плану не суждено было реализоваться, потому что буквально на пороге гостиной непутёвого реаниматора остановила пуля, угодившая ему прямо в сердце. Из-за глушителя сухой щелчок пистолетного выстрела был таким тихим и невыразительным, что его можно было бы принять за хлопок в ладоши. Даже звон разбившегося бокала, выпавшего из руки жертвы покушения, был гораздо громче. От резкой боли в глазах Вита потемнело, однако, прежде чем отключиться, он всё же успел разглядеть фигуру незнакомого мужика с пистолетом в руке, склонившегося над бесчувственным телом Феликса.