Асура

Айден, стараясь не выдать себя, аккуратно вертел головой, осматриваясь вокруг. На самом краю восприятия мелькнула духовная энергия дракончика. Страж нашёл проход в долину и спустился в неё, всё так же стараясь держаться как можно дальше и при этом ещё больше усиливая свою маскировку.

Близость к Небесному демону заставляла перестраховываться. По их уговору с этого момента Страж не должен был углубляться в долину и пытаться исследовать её. Сейчас он просто крутился на самом краю, чтобы найти для себя удобное место для наблюдений.

В итоге рабов они проводили до одного из больших поместий, где, как понял Айден, находился Двор слуг. На этом часть, связанная с сопровождением, была закончена, и всех культистов официально распустили, перед этим передав каждому по небольшой связке монет.

Свою долю получил и Айден. Не такую большую, как у той же главы отряда, но двадцать золотых монет — это довольно приличная сумма по меркам Внешних земель. По крайней мере, для одного рейда так точно.

«Так, а теперь самое сложное», — про себя вздохнул парень, осматриваясь вокруг.

Хотелось бы ускользнуть на время от главы отряда, чтобы не провоцировать упомянутый ей разговор, ну и найти жилище Ликона, конечно же. В отличие от внешней резиденции, Айден понятия не имел, где находится дом практика.

Первый вопрос разрешился сам собой. Он заметил, как мастер Меча отозвал к себе всех ближайших соратников и увёл их куда-то прочь. И это, пожалуй, была самая лучшая новость на сегодня.

— Эй, ты идёшь? — спросил появившийся рядом культист, с которым обычно Ликон участвовал в охоте.

— Да-да, сейчас, — кивнул Айден ему, быстро осматриваясь. Освободившиеся культисты собирались в небольшие группки, выходя из поместья Слуг. Он сам присоединился как раз к одной из таких группок, состоящей в основном из смутно знакомых практиков и не спеша направился в сторону стоящих далеко Тулоу.

Что ж, этот культист, видимо, знает, где живёт Ликон, а значит, можно пока следовать за ним и действовать по ситуации.

Очень быстро выяснилось, для чего в принципе этот знакомый позвал его с собой. Пьянка. Товарищ предлагал заглянуть домой и после отправиться в город, чтобы как следует отметить возвращение и, конечно, честно пропить всё заработанное. В конце концов, двадцать золотых монет требуют вдумчивого вложения, а вложение в выпивку, как известно, самое вдумчивое из всех возможных.

Что же, Айдену пришлось изворачиваться и говорить, что сегодня он в неравной битве с алкоголем участвовать не сможет, следует отдохнуть, потренироваться и попытаться немного развеяться. Удивительно, но его попытка аккуратно съехать сработала. Пробурчав что-то про нелюдимых товарищей, знакомый Ликона махнул рукой и переключился на других культистов, идущих рядом, приглашая уже их.

Несмотря на то, что Айден хотел заглянуть по дороге в увиденный им с вершины огромный город, небольшая группа культистов, в которой он шёл, обошла город стороной, свернув на дорогу, которая шла севернее. По мере движения к ним также присоединялись всё новые члены культа, весело обсуждающие прошедший рейд.

Несколько ранений, царапины и ушибы, и ни одной смерти. Подобные результаты можно было назвать невероятным успехом по меркам культа, ещё и оплата оказалась достойной, вот люди и радовались, как дети. По признанию некоторых, они ещё никогда раньше не зарабатывали деньги так легко.

Что Айдену не нравилось, так это то, что происходящее сейчас выглядело ну очень уж удачно для него. Всё складывалось слишком хорошо, а значит, по всем законам кармы, впереди его должно было ждать что-то очень плохое. Тот же разговор с командующей отряда. Что ждать от него он не знал и всё ещё раздумывал о том, чтобы поставить телепортационный диск и заняться поиском новой маски. С каждым часом эта мысль уже не казалась ему такой глупой и рискованной, но всё ещё недостаточно, чтобы окончательно решиться разрывать связь с маской Ликона.

Вопрос с домом решился для Айдена пусть и не без небольших проблем, но быстро.

— Ладно, надеюсь, ты передумаешь! — с улыбкой объявил ему товарищ Ликона, когда они подошли к очередной тулоу. — Если вдруг передумаешь, встречаемся в центральном дворе нашей тулоу через час.

— Ничего не обещаю, но всё может быть, — отстранённо отозвался Айден, смотря на крепость-общежитие, которая, очевидно, и была его новым домом.

А далее оставалось только пройтись по всем этажам, прикладывая руку к табличкам, отвечающим за открытие замка, пока он не нашёл нужную. Имея в своём кольце тело Ликона, обмануть довольно простенькие печати оказалось удивительно просто. Впрочем, по сравнению с той же внешней резиденцией здесь хотя бы было какое-то подобие безопасности. Были замки, пусть и совсем простые.

Хорошо, что днём в тулоу почти не было других жильцов, так что бродящего по коридорам дома-крепости Айдена в облике Ликона никто так и не заметил.

Оказавшись внутри открывшейся ему комнаты, Айден с удивлением обнаружил, что, в отличие от всех прочих мест, где ему доводилось до этого жить, здесь явно поработали мастера массивов, потому что его жилище оказалось куда больше привычной для тулоу.

Здесь явно был использован массив расширения пространства. Айден хорошо понимал, насколько непростой была такая работа, а тут целый дом для простых представителей фракции имел сотни подобных массивов расширений. Ничего подобного не было даже у великих фракций. Возможно, в том же Имперском клане практиковались похожие принципы, но та же Фэлл ничего Айдену на этот счёт не рассказывала.

Жильё Ликона было разделено на две комнаты. Что-то вроде спальни с кроватью, рабочим столом и небольшой печкой, и главная комната, где располагался обеденный стол и несколько удобных стульев. Здесь же находился шкаф с целыми рядами книг, в основном абсолютно бесполезных для Айдена. О географии, мистике, религии и величии культа. Нашёлся тут и набор огромных талмудов с легендами и сказками, распространёнными в Империи.

Здесь же при большой нужде можно было приготовить еду на специальном камине. К сожалению, вид из окна особо не радовал. Это была всего лишь иллюзия, которая показывала вечно шумящий хвойный лес. В самих комнатах стоял сухой запах остывшего камня и старой бумаги, какой обычно держится там, где подолгу никто не живёт.