Страница 7 из 56
Белая, распахнутая почти что до живота рубашка совершенно ничего не скрывала, даже наоборот, в красках показывала идеально проработанное тело, от которого моя внутренняя женщина залила все помещение своей слюной. А это я ещё молчу об узких бедрах, прекрасных ногах… Ну и прочем, в общем.
— Погоди, я не поняла, — из меня вырвался нервный смешок, — я правильно понимаю, что ты сначала шлялся хрен знает где, а потом пришел к жене за супружеским долгом как ни в чем не бывало⁈ А ты не оборзел⁈ — я настолько была возмущена этим фактом, будто он действительно был моим мужем. Хотя собственно, оно так и было, ведь я сейчас не в своем теле, а в теле герцогини.
— А тебе напомнить, Эсми, из-за кого у меня появилась любовница⁈ — рявкнул он, сев и тряхнув своей шевелюрой, что в утреннем свете напоминала вороново крыло, — Из-за тебя!
— Погоди! — рассмеялась я шокированно, — То есть ты обвиняешь жену в том, что у тебя есть любовница⁈ То есть это жена виновата в том, что тот же семейный бюджет тратится на какую-то ш… леди, которая прыгает по койкам женатых мужчин⁈ — от удивления у меня натурально вылезли глаза. Охренеть. Мастер стратегии: «Если что, во всем виновата ты!». Зашибись!
— Причем тут бюджет⁈ — теперь шокирован был уже он, — Она на свои живёт!
— Какое счастье! — воскликнула я, всплеснув руками и прикрыв рот ладонью.
— Нет, Эсми, раз уж ты подняла эту тему — давай продолжим! Что ты там сказала? Бюджет? Хорошо! Вот ответь мне, дорогая ты моя, чего ты ещё хочешь⁈ Я тебя кормлю, я тебя одеваю, я тебе дарю украшения, которых у тебя больше, чем в царской сокровищнице! — встав, он в ярости смахнул рукой с тумбочки шкатулку, которую я до этого как-то не замечала. От мощного удара она пролетела почти что половину комнаты и, ударившись об пол, раскрылась, от чего наружу высыпались десятки дорогущих серёг, колец и подвесок. Нифига себе! — Нужно новое платье? Будет! Нужно что-то, чего нет у других — тебе создадут! Все! Все, что ты хочешь у тебя есть! Так чего тебе не хватает⁈ — от увиденного у меня едва не отвалилась челюсть, но я вовремя ее подхватила. Так, украшения и капризы — не показатель! Абьюзеры тоже сначала бьют, я потом извиняются и говорят, что любят!
— Уважения, — тихо выдохнула я, подняв на эту махину глаза, — у-ва-же-ни-я!
— А у тебя его нет? — насмешливо фыркнул он, покачав головой, будто я сморозила какую-то глупость. Так, погодите…
— У меня⁈ Уважение⁈ — я даже указала ладонью себе на грудь, — Ты сейчас серьезно⁈ Нет, погоди… — он хотел что-то сказать, но я грубо перебила его, заткнув рот. Все, Алёнку понесло, — Мне даже интересно, что ты конкретно называешь уважением? Вылитый мне на голову чай⁈ Или уважением были те несколько часов, которые я вчера пролежала с разбитой головой⁈ Мол: «Не трогайте ее, мы же уважаем чужой сон! Особенно, когда он вечный!», так, да⁈
— В смысле? — голос мужчины стал необычайно стальным, а взгляд серьезным и даже жестким, — Поподробнее про разбитую голову!
— А тебе не доложили? — притворно-расстроенно спросила я, подняв брови, — Да? Ну тогда слушай! Послал ты меня к дворецкому, а тот заставил меня вешать украшения на стену! Поскольку я этого в жизни не делала, — тут я едва не прикусила язык, но все же подумала и уверенно продолжила. Вряд ли герцогиня занималась таким, — я упала с лестницы и разбила голову. А слуги просто продолжили работать дальше! Мне даже подняться никто не помог! Усесться! Я бы… Я даже не просила меня жалеть, но… — я невольно всхлипнула, чувствуя, как обида затапливает меня с ног до головы. Насколько же это мерзко!.. И почему это все свалилось на меня⁈ На меня, которая не могла мимо котят даже пройти! — И после этого ты говоришь о каком-то уважении⁈ О каком-то супружеском долге⁈ Пошел вон! И, если нужно, я перееду в другую комнату, но спать с тобой я не буду!
— Понятно, — сухо выдал он, обойдя кровать и забрав свой китель со стула, после чего он обулся и пошел к выходу, — Я вас услышал, герцогиня!
И, громко хлопнув дверью, он покинул покои.
И как это понимать? Он что, обиделся, что я его послала⁈ Или?..
Хотя, сейчас есть вопросы понасущнее: во что мне одеваться?
Поскольку покои я уже исследовала до этого, то я прекрасно знала, гле и что находится. Не долго думая, я побрела в роскошную ванную комнату, чтобы умыться.
Внутри был мрамор. Белый, черный и красный. Им выложили и полы, и стены, и потолок, и облицовали мебель для красоты. Ручки у мебели были позолоченные. Краны тоже были позолоченные.
В общем, роскошь, да и только!
В центре, ближе к окну, стояла большая ванная, рассчитанная явно на двоих. Справа от входа расположилась раковина, рядом с местным аналогом унитаза (формально тоже самое, только без бачка). Слева же ряды с полотенцами, шкафы с шампунями, гелями, мазями, благовониями и прочим… В общем, уютно, компактно, красиво, практично. И ничего лишнего.
Подойдя к раковине, я быстро умылась и почистила зубы. Кстати, принадлежности для умывания тут были почти такие же, как у нас, разве что зубная паста была каким-то студенистым гелем.
Вытеревшись полотенцем, я пошла в гардероб, в который до этого не заглядывала, потому что в предыдущие дни почти что даже не вставала, — отлеживалась после отравления, — а, соответственно, и не одевалась особо. Ну а вчера, как мы помним, мне подогнали платье служанки.
Войдя в гардероб, я сразу поняла две вещи: покои действительно были рассчитаны на двоих, так как тут было два набора одежды — женская и мужская, а второе…
Жена — главная статья расходов в семье генерала! Вот правда!
Потому что мужская одежда занимала максимум одну пятую от всего помещения и состояла из белых рубашек, брюк и кителей разных форм и размеров. А все остальное помещение занимали платья, в два ряда — один снизу, а второй с паре метров от пола — и два комода. По центру помещения, напротив входа, расположилось огромное зеркало.
Господи, если бы я увидела эти ряды нарядов до всех этих событий, я бы с уверенностью заявила, что муж, который был готов тратить столько на свою жену, любит ее до умопомрачения!
Шикарные платья всех форм и размеров, усыпанные блестящими камнями, на корсетах и без, абсолютно всех цветов (кроме жёлтого и оранжевого) поражали воображение своим изобилием. Пройдя вглубь, между рядами, я аккуратно провела ладонью по тканям, ощущая их приятную текстуру. Их было столько, что они напоминали селедок в банке — настолько плотно платья были прижаты друг к другу!