Страница 29 из 75
Тар’Вел выдохнул резко, будто ударили в солнечное сплетение. И тут же попытался оттолкнуть меня разрядом в упор. Я поставил щит и одновременно ударил ногой в колено, сбивая стойку. Он удержался, но потерял сантиметры. А сантиметры в таком бою решают.
Я поймал его на следующем тайминге. На паузе между атаками. Там, где он должен был вдохнуть и собрать следующий разряд. Я не дал ему собрать.
Удар клинком — короткий, с разворотом кисти. В бок, под ребро, где у него проходил основной канал. Там, где он проводит разряд, чтобы не потерять контроль.
Он вздрогнул. На песок упали искры, как от замкнувшего провода.
Тар’Вел отшатнулся. Я не побежал за ним. Не стал добивать. А поднял руку и свернул печать фиксации так, как делал это десятки раз за последние дни: быстро, без лишних линий.
Печать легла на него, как ремни. Сначала по ногам. Потом по плечам. Блокируя эфирное тело. Не полностью, но достаточно, чтобы он не мог сразу дать полноценный разряд.
Он попытался вырваться. Печать ответила сопротивлением. Не болью — вязкостью, как будто его обмотали мокрой тканью, которая не даёт разогнаться.
Тар’Вел посмотрел на меня так, будто впервые увидел не “смертного”, а проблему.
— Это не конец, — выдавил он сквозь зубы.
Я не улыбнулся. И не ответил сразу. Потому что спорить с фразой смысла не было. Он прав. Это действительно не конец.
Я поднял вторую печать — купол. Подавляющий магию, блокирующий движения. Для того, кто привык решать всё по щелчку, это почти хуже смерти.
Купол сомкнулся вокруг Тар’Вела без хлопка. Прозрачная плёнка дрогнула, приняла его разряд, который он пытался собрать в последнюю секунду, и проглотила. Внутри стало тихо.
Я стоял рядом ещё пару секунд, проверяя устойчивость. Купол держал. Печать не гуляла. Тар’Вел внутри замер, как пойманный зверь, который ещё не понял, что выхода нет.
Я выдохнул и почувствовал, как усталость возвращается к телу, как будто кто-то снял крышку с котла. Бок снова напомнил о себе. Доспех удерживал, но не лечил мгновенно. Просто не давал развалиться.
Эйфории не было. Был список дел, который не сокращался.
Я посмотрел в сторону купола с Аурионом. Тот лежал неподвижно, купол держался ровно. В стороне, где умер Брухт, песок уже впитывал вино и кровь, будто у мира не было памяти.
Я перевёл взгляд на горизонт.
И пошёл дальше.