Страница 89 из 103
— Мы справимся, — сказала она. — Но только если ты перестанешь решать за меня. Я не твоя операция. Я твоя… — она запнулась.
— Моя семья, — закончил он.
Она посмотрела на него. В его глазах за стеклами очков было что-то, чего она раньше не видела. Не контроль. Не голод. Что-то другое.
— Да, — сказала она. — Твоя семья.
Он обнял ее, крепко, но не так, как раньше. Не как хрупкую вещь, которую страшно сломать. Как женщину, которая только что поставила его на место и не дала спуску. И которая все еще была здесь, с ним, несмотря ни на что.
Во вторник Тоби доложил из Гринвича. Коротко, без вступлений — он не умел иначе.
— Рой.
— Да.
— Те люди в Степни. Их уже двое. И они интересовались соседним зданием. Я спросил у смотрителя. Он сказал, приходили, смотрели, ничего не взяли.
— Смотрели что именно?
— Выходы. — Пауза. — Они считали выходы.
Рой помолчал.
— Хейл знает?
— Написал ему пока ехал.
— Хорошо. Продолжай наблюдение.
Он убрал телефон. Степни, Гринвич. Два разных места, один почерк. Кто-то методично изучал периметр, не центральные точки, не Тилбери, не Ливерпуль. Края. Мелочи. То, что обычно не охраняют так плотно.
Рой снял очки, потер переносицу. Это была не случайность. Это была разведка.
◊◊◊
Через неделю после приема у Синклера Вилла впервые по-настоящему устала. Не физически. Именно той разновидностью усталости, которая появляется, когда тебя методично дергают за нервы мелкими, бессмысленными проблемами. Утром отменился подрядчик по свету. В обед страховая прислала еще один запрос документов. К вечеру муниципалитет внезапно потребовал повторную проверку площадки в Белгравии, где через три дня должен был проходить закрытый благотворительный ужин. Все было законно. И именно поэтому бесило сильнее всего.
— Они издеваются, — мрачно сказал Мик, пока они шли через пустой бальный зал будущей площадки. Рабочие как раз монтировали конструкции под свет. Где-то наверху стучали инструменты.
— Нет, — спокойно ответила Вилла. — Они хотят, чтобы я сорвалась.
Флоренс подошла быстрым шагом.
— У нас гости.
— Какие?
— Пожарная инспекция.
Вилла закрыла глаза на секунду. Конечно. Когда она вошла в главный холл, там уже стояли трое. Инспектор. Мужчина из страховой. И представитель муниципалитета. Все — одинаково вежливые. Одинаково спокойные. Люди, которые никогда не повышают голос, потому что им и не нужно.
— Мисс Ашер, — улыбнулся инспектор. — Рутинная проверка.
— За три дня до мероприятия?
— Нам поступил запрос.
— От кого?
— Боюсь, конфиденциально.
Ну разумеется. Вилла кивнула.
— Тогда проверяйте.
Инспекция растянулась почти на час. Вилла стояла у сцены, пока двое пожарных проверяли технический выход. Мик уже начинал беситься — это было видно по тому, как резко он листал документы в планшете.
— Мы это уже предоставляли, — в третий раз сказал он инспектору.
— Понимаю, сэр. Повторная проверка.
— Конечно.
Вилла заметила Эвелин не сразу. Та стояла у колонны с кофе и разговаривала с кем-то из муниципалитета так спокойно, будто действительно случайно оказалась здесь. Вот только люди из контрразведки случайно нигде не оказываются. Вилла подошла.
— Вы теперь еще и пожарной безопасностью занимаетесь?
Эвелин перевела взгляд на нее.
— Добрый вечер.
— Сомневаюсь.
— Проверка не моя.
— Ага. И вы просто проходили мимо.
Эвелин чуть пожала плечом.
— Я хотела поговорить.
— Тогда можно было позвонить как нормальному человеку, а не устраивать цирк с инспекцией.
— Это не цирк.
— Конечно. Просто удивительное совпадение.
Несколько секунд они молчали. Рядом рабочие таскали декорации. Кто-то ругался из-за кабелей. Обычный рабочий шум. Эвелин сделала глоток кофе.
— Вы сейчас под вниманием.
— Поздравляю. Звучит очень официально.
— Вилла…
— Нет, серьезно. Мне уже начинать нервничать или вы еще пару недель будете кошмарить подрядчиков для разминки?
Эвелин устало выдохнула. Вот это Вилла заметила сразу. Не холодную агентку. Уставшего человека.
— Вам стоит быть осторожнее с кругом общения.
— Это вы сейчас так называете моих клиентов?
— Я называю это проблемой, которая может задеть вас.
Вилла усмехнулась.
— И поэтому вы создаете мне проблемы первыми. Логично.
— Вы умная женщина. Не делайте вид, что не понимаете, о чем я.
— А вы не делайте вид, что это забота.
Эвелин посмотрела на инспекцию.
— Рядом с Синклером сейчас становится шумно.
Вот. Нормально. Без театра. Вилла скрестила руки.
— И?
— И люди, которые слишком близко к нему стоят, обычно попадают под проверку вместе с ним.
— Тогда проверяйте его. Я организовываю мероприятия.
— Вы общаетесь не только с ним.
Пауза. Небольшая. Тяжелая ровно настолько, насколько надо. Вилла посмотрела прямо на нее.
— Если у вас есть вопросы, задавайте их официально.
— Пока нет.
— Тогда перестаньте лезть в мой бизнес.
Эвелин помолчала.
— Я пытаюсь избежать ситуации, в которой вам станет действительно неприятно.
— А сейчас мне, видимо, очень комфортно.
Уголок рта Эвелин дернулся. Почти улыбка.
— Вы всем хамите или только мне?
— Только людям, которые приходят на мои площадки вместе с проверками.
Тишина. Потом Эвелин тихо сказала:
— Просто будьте осторожнее.
Рой узнал. Не потому что она сказала. Потому что Хейл принес отчет.
— Страховая «Бромли и Ко» остановила контракт с Ашер.
Рой поднял взгляд.
— Почему?
— Официально — пересмотр рисков.
— Неофициально?
Хейл помолчал.
— Кто-то сверху попросил создать сложности.
В кабинете стало тихо. Рой медленно снял очки.
— Кто к ней приходил?
Хейл нахмурился.
— Что?
— Кто. К ней. Приходил.
Хейл понял не сразу. Потом его лицо изменилось.
— Думаешь, государственные?
Рой уже доставал телефон. Набрал Виллу. Гудки шли долго, один за другим, а потом включился автоответчик. Он сбросил и набрал снова. На этот раз вызов оборвался сразу — она скинула звонок и перевела телефон в режим не беспокоить. Рой убрал телефон в карман, взял пальто и вышел из кабинета, не сказав Хейлу ни слова. Тот проводил его взглядом и переставил зубочистку — жест, который означал, что он все понял без объяснений.