Страница 79 из 107
— Я знаю, что вы спасли Итона. Дважды. Когда перенесли из родового дома и позже, когда Киллиан предлагал оставить его в камере — на растерзания детям луны. С чего бы вам менять решение?
— Я его определенно не меняла, — проворчала уставшим голосом.
— Зачем вы здесь? — спросила она, глянув пристально. Уж не ревность ли проснулась?
— Хотела увидеть ситуацию собственными глазами. Не удержалась, хотя и понимала, что это рискованная затея. Просто Итон.. встал между мной и безумной Клариссой. А я..
— Сбежали? — подсказала Лана осуждающе.
— Нет. В смысле, не собиралась я никуда бежать. Моя магия.. Я только учусь ею управлять. Временами она ведет себя, как ей вздумается. Вот я и перенеслась из ратуши. Очень далеко перенеслась.
Мы помолчали. А потом я спросила:
— Почему у докторов не получается найти лекарство? Я так понимаю, проблема в спящей магии Итона, на которую повлияли дети луны. Но если они повлияли один раз, почему не в состоянии всё исправить?
— Как вы всё это узнали? — изумилась Лана.
— Долгая история, — отмахнулась я. Не говорить же, что увидела во сне. — Пожалуйста, ответьте на вопрос.
— В теории дети луны могут помочь, — пояснила Лана после тяжкого вздоха. — Но это доступно тому, кто испортил магию Итона. Или его потомкам. Но тот маг давно мертв. И нет, это был не Карлайл, а его предшественник. У мерзавца не осталось ни детей, ни внуков. В смысле, нет живых потомков. Был внук, но он давно погиб. Так что надежды на благополучный исход мало.
Лана отвернулась к окну, штора как раз качнулась на ветру, открывая вид на вечерний город. Девушка не хотела, чтобы я видела, как болезненно исказилось ее лицо.
— Вам пора, леди Амелия, — проговорила она требовательно.
У меня на языке вертелись еще вопросы. Например, что случилось с Нельсоном, или не против ли вредная помощница Вильгельма Моро присутствия дочки в палате Итона. Но Лана явно больше не собиралась отвечать, да и за дверью послышались голоса. Причем один принадлежал папеньке Итона.
— Проверьте палату! Обереги зафиксировали вторжение!
— Там только леди Лана.
— Я сказал: проверьте немедленно!
Всё произошло слишком быстро. Лана испуганно охнула, затем зажала рот руками. Я попыталась покинуть палату. В смысле, потребовала от собственной неконтролируемой магии перенести меня отсюда. Увы результата не добилась. Дар не пожелал откликнуться. Я завертелась на месте. Глянула в сторону кровати, но под ней совершенно не было места. Уж точно не для меня. А шкафов в плате и вовсе не имелось. Впрочем, какая разница? Не дураков же нанимает Моро-старший. Они бы и под кроватью проверили, и в шкафах.
А дверь уже открылась, и в комнату ворвалась целая толпа.
— Ты-ы-ы! — прорычал папенька Итона, тыча в мою сторону трясущимся пальцем. — Хватайте! Живо!
Не знаю, о чем я думала. Кажется, вообще ни о чем. Просто вскочила на подоконник. Не в один прыжок, конечно же. На такие акробатические трюки отродясь не была способна. Просто у окна стоял стул. И в два этапа взобраться вполне получилось.
— Не подходите! — потребовала я, вцепившись одной рукой в открытую створку.
— Иначе что? — осклабился несостоявшийся свекор в мерзкой улыбочке. — Прыгнешь?
Я мысленно выругалась.
Нет, конечно, не прыгну. Итона не потрудились положить на первом этаже. Или хотя бы на втором, что тоже вообще-то так себе вариант для побега из окна. Моего теперь уже бывшего жениха положили гораздо выше. Посчитать отсюда было сложновато, но до асфальта этажей восемь-десять, не меньше. Придется соскребать, если прыгну.
Я заскрежетала зубами и уставилась на Моро-старшего волком.
— А впрочем, можешь прыгать, — вдруг объявил он. — Скажем, что ты не выдержала напряжения из-за болезни Итона и решила покончить собой. Устроим красивую панихиду. В семейном склепе, правда, хоронить не будем. Кремируем и развеем прах по ветру. Прилюдно. Это привлечет людей. Нашей семье многие посочувствуют.
— Козел! — не сдержалась я.
Ну в самом деле! Сын в любой момент может умереть, я записана в виновные без суда и следствия! Мерзавец даже разобраться не попытался! Сразу вынес приговор. А теперь еще о моей кремации рассуждает, выискивая выгоду для себя любимого!
Ух! Ну, натуральный козел!
— Ой.. — пискнул кто-то из охранников.
Следом раздался нервный смешок, который тут же перешел в кашель.
А я.. Я не удержалась. Во всех смыслах разом.
Прыснула со смеху, глядя на ощупывающего голову несостоявшегося свекра. Точнее, украшение, на ней появившейся. Как у оленя, ей богу. И тут же качнулась. Створка, за которую я держалась одной рукой, поехала на меня. Попытка схватиться другой рукой за штору закончилась треском рвущейся ткани и..
— Папочка! — завопила я, падая в оконный проем спиной.
Только и мелькнула мысль, что лететь этажей десять. А еще, что я не хочу кремацию.
И всё..
Нет, не настала тьма. Грохнуло! Подо мной. Кажется, ножки кровати не выдержали моего тела, свалившегося из-под потолка. Всё-таки девушка я не миниатюрная.
Стоп. Из-под потолка?
Я широко открытыми глазами уставилась наверх. И правда, потолок. Еще и люстра знакомая.
— Что тут слу.. Ой, леди Амелия..
На пороге застыла служанка Дара, а до меня дошло, что нахожусь в спальне дома Итона. В том самой, где жила до памятного приема в честь помолвки.
Я перенеслась. Снова.
Оно, конечно, неплохо. Лучше проломить кровать, чем собственный череп об асфальт у больницы. Но с местом я всё же прогадала.
— Дара, давай ты не будешь шуметь, — попросила я, садясь. Заметила, что служанка бледнеет, а в глазах во всей красе отражается паника. Похоже дуреха верила россказням Вильгельма Моро обо мне. — Дара, я сейчас всё объясню, — пообещала, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
Но куда там.
— Помогите! — завопила служанка, бросаясь из комнаты.
— А ну, стой! — приказала я в попытке кинуться в погоню.
Вот именно, в попытке. Ибо запуталась в съехавшем покрывале и плюхнулась вместе с ним с кровати. Ушиблась, само собой, даже треклятое покрывало и коврик не смягчили приземление. Но почти не обратила на это внимания. Прихрамывая, рванула за вопящей Дарой. А та орала, будто ее режут, и уже бежала по лестнице.
— Замолчи! — крикнула я, злясь на весь свет.