Страница 37 из 77
Глава 13
Интерлюдия.
Подземный город скруллов встретил их тишиной, прерываемой только эхом шагов по каменным плитам.
В глубине храма, где стены были исписаны чёрной вязью, возвышался алтарь — массивная плита из чёрного камня, покрытая сетью трещин. На нём лежал их бог. Тело его походило на гниющий сосуд: кожа в язвах, дыхание едва слышное, взгляд пустой, но ещё удерживающийся за грань жизни.
Скрулл, державший бутыль, не колебался. Он приблизился к алтарю, сорвал крышку и одним движением вылил внутрь умирающего всю жидкость до капли. Тягучая чёрная субстанция скользнула по губам и горлу, будто живая, будто сама стремилась войти в тело.
Мгновение — и казалось, что всё кончено. Грудь на алтаре застыла, дыхание оборвалось. В комнате воцарилась мёртвая тишина, тяжёлая, давящая.
Но затем произошло нечто странное. Изнутри, прямо под кожей, забрезжил золотой свет. Сначала слабый, похожий на искру, затем всё ярче. Язвы начали стягиваться, словно их слизывало невидимое пламя. Мёртвое тело стало наполняться силой, жилы вновь обрели плотность, мышцы подтянулись.
Свет разливался всё шире, выталкивая остатки чёрной жидкости из ран и пор. Тело, которое должно было умереть, наоборот оживало — и каждый миг превращался в чудо, которое скруллы не понимали.
Они ждали гибели. Но получили возрождение.
---
Я устроился удобнее, отключив посторонние сигналы. Голем показывал картину: каменные стены подземного города, тусклые кристаллы на сводах, скруллы сновали туда-сюда. Они не подозревали, что перед ними не я, а игрушка — искусственная оболочка. Это было моё преимущество. Но не повод расслабляться.
Меня терзала мысль: а вдруг не сработало? Вдруг жидкость не добила их «хранителя», а наоборот — помогла? Глупо надеяться, что план всегда идеален. Но если ошибка допущена именно здесь, последствия будут… неприятные.
Ко мне подошли трое скруллов. Через голема я чувствовал их приближение: тёмные силуэты, вытянутые головы, искажённые физиономии. Их «голоса» я не слышал — только вибрацию, которую голем переводил в образы.
— Идёшь.
— С нами.
— Глава очнулся. Разговор.
Меня словно толкнули внутрь чужой воли. Слова не были словами, но суть ясна: меня вызывают.
Я прикусил губу. Значит, действительно очнулся. Значит, бутыль не просто приняли, а использовали. И теперь вопрос — он жив благодаря моему зелью… или несмотря на него?
Одно радовало — это всё равно не я сейчас иду по их тоннелям. Это лишь голем. Мой проводник, мой щит, моя ширма. Даже если его раскроют, у меня будет время отреагировать. Но легче от этого не становилось.
Я заставил голема кивнуть и шагнул вслед за ними. Впереди было здание, которое они называли храмом. И именно там меня ждал их воскрешённый лидер.
Голем шагнул в зал, и картинка перед глазами стала чётче. Высокий свод, резные колонны, стены, будто из чёрного обсидиана, и в центре — возвышение. На нём трон.
На троне сидел скрулл. Нет, не совсем скрулл. Он выглядел слишком… похожим на человека. Лицо правильное, лишённое уродливых искажений, кожа гладкая. Только глаза — золотые, переливающиеся, как расплавленный металл. И от него шёл поток силы. Реальной, ощутимой даже сквозь оболочку голема.
Я невольно нахмурился. Сила этого существа уже превосходила мою. И с каждой секундой он становился крепче, оживая, наполняясь. Словно золотая жидкость внутри продолжала работать, отстраивая его заново. Если сравнивать… по мощности он напоминал Старика. Значит, и есть главный.
Глаза на троне уставились прямо на меня.
— Кто ты? Откуда взялся в нашем мире?
Я не стал юлить. Отпираться бессмысленно, да и лишние версии только накрутят подозрений.
— Я не из этого мира, — сказал я голосом голема. — Пришёл сюда по просьбе союзника. Я ищу кристалл, о котором уже упоминал твоим.
Он чуть склонил голову, и мне показалось, что уголки его губ тронула усмешка.
— Я знаю. — Его «голос» не был голосом. Это было давление, прямое внедрение смысла в сознание. — Я знаю о кристалле. Знаю о твоих поисках. И знаю, что вас сюда пришло двое.
Я кивнул.
— Так и есть. Нас двое.
— Твой напарник, — продолжил он, и глаза полыхнули ярче. — Ты называешь его Старшим. Именно он решил подставить тебя. Передал нам не то, что должен был. Повезло, что эта жидкость сработала не так, как он рассчитывал. И я выжил. Но факт остаётся фактом: попытка уничтожить последнюю надежду моей расы зафиксирована.
Я напрягся. Они приняли голема за меня. Значит, Старший для них — реальный, неизвестный союзник. И теперь на него ложится вся вина. Это открывало простор для манёвра.
Оставался только один вопрос: насколько долго я смогу поддерживать эту игру, прежде чем они поймут, что «Игорь» перед ними — лишь оболочка?
Главный скрул выслушал меня и склонил голову чуть вбок. Его золотые глаза горели ровным светом, и от этого становилось неуютно.
— По-хорошему, — сказал он, — следовало бы убить и тебя, и твоего так называемого Старшего. Но есть проблема. Его мы найти не можем. Он появлялся всего несколько раз, и ни один из наших не пережил встречи. Мы даже не знаем, как выглядит его энергетический след. Так что ловить его — всё равно что охотиться на тень.
Он наклонился вперёд.
— Вот моя сделка. Ты помогаешь нам поймать Старшего. А мы позволяем тебе уйти. Более того, оставим тебе кристалл и ядра, уже уплаченные ранее.
Я помолчал, словно обдумывая, хотя ответ был очевиден.
— Старший намного сильнее меня, — сказал я наконец. — Даже если я захочу, у меня не выйдет его подставить. Найти — тоже. Он сам прячется, и если не захочет показаться, я его не достану.
Скрул усмехнулся без веселья.
— В таком случае, ты для нас бесполезен. Проще избавиться от тебя прямо сейчас.
Я хмыкнул.
— Не стоит спешить. — Я приподнял руку, словно предостерегая. — Я предполагал, что меня могут подставить. Или что даже в случае твоего освобождения, если Старший принесёт всё как положено, итог окажется… неожиданным. Поэтому я подготовился. Если вы сейчас меня убьёте — весь ваш город превратится в руины.
В зале повисла тишина.
— Да, — продолжил я ровным голосом. — Глубоко под землёй. Купол, стены, своды. Всё рухнет. Никто не выберется. Вся твоя раса сдохнет здесь, даже не попытавшись возродиться.
Главный скрул долго смотрел на меня. Я чувствовал, как он проверяет мои слова — щупает, пытается уловить фальшь, нащупать брешь. Но её не было.