Метаморфоза

Глава 3: По ту сторону реальности

Неизвестное место. Неизвестное время.

Первое, что почувствовал Рики, было отсутствие боли. Он ожидал, что квантовая телепортация — если это действительно была она — будет сопровождаться невыносимыми мучениями. Разборка на атомы и последующая сборка в другом месте должна была, по логике вещей, ощущаться как смерть и воскрешение. Но он не чувствовал ничего, кроме легкого головокружения и странного покалывания в кончиках пальцев.

— Алан? — позвал Рики, не решаясь открыть глаза. — Ты здесь?

— Да, — голос Алана звучал странно, будто проходил через фильтры. — Я рядом. Но Рики… не уверен, что ты готов к тому, что увидишь.

Рики медленно открыл глаза и замер. Над ним простиралось небо, которого не могло существовать. Фрактальные узоры из звезд и туманностей, сплетающиеся в невозможные структуры, пульсировали и менялись, как будто космос был живым существом. Цвета, для которых в человеческом языке не существовало названий, перетекали друг в друга, создавая гипнотический калейдоскоп.

— Господи боже мой, — прошептал Рики, медленно поднимаясь. — Где мы?

— Полагаю, — ответил Алан, — в кармане реальности, который мы сами создали. Или, если быть точнее, в пространстве между реальностями. В квантовом пузыре, существующем по собственным законам.

Рики огляделся. Они находились на плато, парящем в пустоте. Поверхность под ногами казалась твердой, но при этом слегка пружинила, как будто была сделана из неизвестного материала. Вокруг плато простирался бескрайний ландшафт из геометрических фигур и структур, меняющих форму и цвет. Это напоминало диаграммы Пенроуза, ожившие и ставшие трехмерными.

— Посмотри туда, — Алан указал на горизонт.

Вдалеке виднелась огромная башня, уходящая в бесконечность. Она была одновременно материальной и прозрачной, сделанной из той же переливающейся субстанции, что и небо над ними. Вокруг башни кружились сферы разных размеров, соединенные между собой светящимися нитями.

— Что это? — спросил Рики, не в силах оторвать взгляд от этого зрелища.

— Если я правильно понимаю, — медленно произнес Алан, — это визуальное представление того, что Ланберг называл «квантовой памятью Вселенной». Каждая сфера — это… реальность. Предыдущий цикл существования. А нити между ними — это квантовые связи, объединяющие циклы в одну метавселенную.

Рики сделал шаг вперед, его ноги слегка утопали в поверхности, оставляя светящиеся следы.

— Мы должны добраться до башни, — сказал он решительно. — Если это действительно квантовая память, значит, там хранится информация о всех возможных версиях реальности. И мы сможем использовать ее, чтобы вернуться домой.

— Или создать новый дом, — тихо добавил Алан. — Рики, ты понимаешь значение того, что мы видим? Мы не просто доказали теорию Ланберга. Мы получили доступ к самому коду Вселенной. Мы можем переписать реальность так, как захотим.

Рики повернулся к другу, и его лицо осветилось пониманием.

— Как боги, — прошептал он. — Мы стали богами, Алан.

В это мгновение земля под ними задрожала. Вдалеке, у подножия башни, возникло яркое свечение, расширяющееся волнами.

— Что происходит? — воскликнул Алан, хватаясь за Рики, чтобы не упасть.

— Кажется, — ответил Рики, наблюдая за волнами света, — кто-то еще получил доступ к квантовой памяти. И я готов поспорить, что знаю, кто это.

— «Нексус-Корп», — выдохнул Алан. — Они тоже запустили свой резонатор.

— И теперь, — Рики стиснул кулаки, — это гонка. Кто первым доберется до башни, тот получит контроль над реальностью.

Они начали спускаться с плато по естественному склону, который, казалось, появлялся под их ногами по мере продвижения. Ландшафт вокруг постоянно менялся, как будто подстраиваясь под их мысли и ожидания. Когда они подумали о необходимости укрытия от странных энергетических волн, прокатывающихся по пространству, рядом возник каньон из кристаллических структур. Когда захотели пить, перед ними появился ручей с жидкостью, переливающейся всеми цветами спектра.

— Невероятно, — пробормотал Алан, зачерпнув немного жидкости в ладонь. — Это место реагирует на наше сознание. Оно… пластично.

— Ланберг был прав, — кивнул Рики. — Реальность — это не жесткая структура. Это… конструкт. Информационная матрица, которая может быть перепрограммирована.

Они продолжили путь, с каждым шагом приближаясь к башне. Но чем ближе они подходили, тем более странным становилось их окружение. Пространство искривлялось, создавая оптические иллюзии. Иногда казалось, что башня отдаляется, несмотря на то, что они шли прямо к ней. Иногда она вдруг оказывалась так близко, что, казалось, можно дотянуться рукой.

— Это защитный механизм, — предположил Алан. — Башня не хочет, чтобы мы достигли ее.

— Нет, — возразил Рики. — Не башня. Кто-то использует башню, чтобы манипулировать пространством. Кто-то, кто добрался туда раньше нас.

Вдруг воздух перед ними сгустился, приобретая форму человеческой фигуры. Из тумана соткался мужчина в идеальном черном костюме. Его лицо было спокойным, почти безэмоциональным, а глаза — холодными и расчетливыми.

— Добро пожаловать, джентльмены, — произнес незнакомец. — Меня зовут Джеймс Торнтон. Я представляю интересы «Нексус-Корп» в этом… специфическом месте.

— Вы, — прошипел Рики, делая шаг вперед. — Это вы уничтожили компанию Ланберга. Вы украли его работу.

Торнтон улыбнулся, но его улыбка не коснулась глаз.

— «Украли» — такое грубое слово, мистер Рокфеллер. Мы просто… реквизировали то, что было слишком опасно оставлять в руках обычных людей. Как и сейчас.

Он сделал неопределенный жест рукой, и пространство вокруг Рики и Алана сжалось, фиксируя их на месте.

— Вы даже не понимаете, с чем имеете дело, — продолжил Торнтон, обходя застывших ученых по кругу. — Это не просто «квантовая память» или «параллельная реальность». Это нексус всех возможных Вселенных. Центр метакосмической сети. И контроль над ним — слишком большая власть для двух идеалистов с комплексом бога.

— А для корпорации эта власть, конечно, в самый раз, — саркастически заметил Алан, пытаясь освободиться от невидимых пут.

Торнтон остановился перед ним, изучая его лицо с холодным любопытством.

— «Нексус-Корп» существует дольше, чем вы можете себе представить, мистер Тьюринг. Гораздо дольше. Мы были свидетелями предыдущих циклов. Мы наблюдали, как Вселенные рождаются и умирают. И мы знаем, что должно произойти дальше.