Страница 67 из 116
Глава 34
Так быстро и качественно я ещё никогда не собиралась. Высушила ещё влажные волосы, распахнула чемодан, выудив оттуда последнее платье. Оно совершенно не подходило под строгий офисный дресс-код. Узкое, как вторая кожа, едва прикрывающее колени. Его нежный оттенок игристого шампанского выгодно отенял золото загара и уже смывшуюся рыжину волос.
Я была похожа на свадебную куклу… Обманчиво приличную, скромную, сдержанную. Спереди все было закрыто. Высокий ворот под самые ключичные впадины, тонкие лямочки из золотых цепей, а вот сзади… Глубокий вырез, смыкающийся в молнию, и так до самого разреза.
Я даже не стала особо краситься. Персиковые румяна, коричневая тушь, прозрачный блеск. Должна же я отличаться от суки, что сейчас наверняка сидит в кабинете Савина.
К моему удивлению, Галина Дмитриевна не ушла, она как раз закончила загружать посудомоечную машину, когда я выпорхнула в прихожую.
— Боже, теперь я даже готова признаться тебе в любви, — довольно промурчала Савина, вытирая влажные ладони о полотенце.
Она смотрела, а я не шевелилась… Вбирала этот искренний восторг в её глазах. Совершенно незнакомая, чужая и загадочная женщина сейчас всеми силами внушала мне уверенность.
— Галина Дмитриевна, а не подбросите меня до клуба? — прокрутилась я, демонстрируя вырез на спине, и рассмеялась, представляя шок на лице Савина.
— О, деточка, меня в это не втягивай, — замахала руками Савина, а после вышла в коридор и открыла шкаф над большим зеркалом, где висела батарея ключей от автомобилей. — Я для своего сына покинула территорию его дома по первой его просьбе и с тобой, Кристина, незнакома.
Галина хитро прищурилась, дав понять, что Савину вовсе не нужно знать, что она нарушила приказ сына уехать.
— Ну, всё, я побегу тогда. И ещё, Кристина, если ты проболтаешься, то слишком стремительно начнёшь терять мою симпатию. Не ссорь меня с единственным сыном, деточка. Я тебе ещё пригожусь, — Галина Дмитриевна быстро собралась и вышла из дома, игриво помахав ручкой.
Ну а что? Она права… Союзник мне не помешает. Должна же я кому-то дарить фиалки?
От этой мысли почему-то стало так хорошо… Я смело вышагнула в гараж, осматривая автопарк Савина.
— Какая прелесть, — прогнала прочь досаду воспоминаний, когда в моем распоряжении был автопарк не хуже. Я вернулась в дом, нашла нужные мне ключи и с каким-то предвкушением прыгнула за руль спортивной тачки, в которой впервые увидела Женю.
Мотор приятно забулькал, в ногу передавалась вибрация от педали газа, зверь просил воли, требовал скорости, будоражил кровь, заводя табуны мурашей. И спорить с ним я не стала…
Пора немного развлечься, пока Петухов не понял, что его послушная лошадка давно сорвалась с привязи, и пока не узнал, что это она обнесла его сейф. Хоть денек, но я урву ощущение свободы.
Под удивленные взгляды охраны я выкатила из гаража, дождалась, пока закроются ставни, и помчалась к клубу.
Я почему-то боялась не успеть, не застать эту смелую дамочку. Для чего мне это? К чему слепая ревность, которой я никогда не знала? Мне было просто не к кому её испытывать. А теперь появился Савин… Весь такой правильный, идеальный. И это ощущение заразительно.
С ним меняется мироощущение, меня накрывает то злость, то желание видеть его постоянно, теперь вот ревность эта. Именно она толкала меня в спину, она гнала, как ленивую лошадь.
На посту охрана тут же распахнула ворота, заприметив машину хозяина. Вместо того чтобы катить в подземку, я сделала кружок вокруг здания, выискивая на парковке кабриолет красного цвета. А когда нашла, припарковалась рядом.
Боже, как мне хотелось шмякнуть дверью, пройтись ключом по лаку или пооткручивать ниппели. Но если тёлку мне было не жаль, то спортивную лошадку — очень даже…
— Ульяна, доброе утро! — я торжественно вошла в приёмную и первым делом посмотрела на дверь в кабинет Савина. — Шеф у себя?
— Кристина? — Ульяна мельком обернулась, сконцентрировавшись взглядом на букете, и, не сумев скрыть зависть на совсем не милом личике, вновь начала готовить кофе. — Ты опоздала?
— Ульяна, запомни, что начальство никогда не опаздывает, оно задерживается! — я вальсировала по просторному помещению, подбираясь все ближе и ближе к столу своей коллеги.
Ульяна сначала ничего не поняла, просто фыркала, выражая своё недовольство, но потом вдруг встрепенулась и броском пантеры захлопнула крышку своего ноутбука, но было слишком поздно…
— Уль, уже не модно слать нюдсы мужикам, — фыркнула я, снимая легкий плащик. — А ты все по старинке… Дай угадаю? Связалась с женатиком? Переписываетесь днем, потому что вечером он будет прибивать карнизы, разбирать покупки из супермаркета и чистить водосток от длинных волос?
— Я не знаю, какого черта ты тут появилась, не знаю, как ты заслужила эту должность, но место своё я тебе не освобожу, — вдруг зашипела Улька, выдавая истинный страх.
— Деточка, ты чего же так за кресло-то держишься? Ай-ай-ай… Но ты знаешь, теперь я сделаю всё, чтобы ты тут не работала, — я забрала из её рук поднос с кофе и направилась к Савину.
— Стой! Туда нельзя!
— Милая, мне можно всё… — я даже стучать не стала, просто повернула ручку и вошла…
Савин стоял у окна и напряженно курил, пока в его кресле ядовитой змеёй извивалась длинноногая блондинка. Она так томно вздыхала, крутила головой, демонстрируя тонкую шею, увешанную громоздкими цепями.
Она так навязчиво продавала себя, что стало противно. Противно стало и от того, что Женя смотрит на неё! Пусть снисходительно, как-то смешливо, но ведь смотрит!
Это было забавно… Блондинка тянула ногу, пытаясь задеть Савина, а тот делал шаг назад, и молодой предприимчивой особе приходилось сползать по креслу все ниже и ниже. Она, в попытке соблазнить Женю, загнала себя в ловушку, где уже не до грации и красоты женского тела. В какой-то момент стало казаться, что она свалится. Но, кажется, это волновало только меня.
Савин же тихо посмеивался, а когда заметил моё появление, вдруг нахмурился, сомкнув брови на переносице.
— Милый, привет, — засюсюкала я и бросилась к нему.
С грохотом поставила поднос на край стола и в один прыжок оказалась на его руках, делая вид, что никого кроме нас в кабинете нет.
Потёрлась щекой о колючую щеку, вдохнула сладкий аромат, прижалась ладонью к горячей шее и замерла довольной кошкой. Это было так странно… Так открыто демонстрировать свои чувства и получать в ответ отдачу.