Страница 87 из 89
Глава 57
— Красота женщины — дикий зверь, которого всевышний поселил в одном теле с ее душой, — говорила мне бабушка, — если ты не приручишь его, он убьет твою душу жестоко, беспощадно, терзая… Но если сможешь укротить — он станет твоим идеальным оружием. И тогда жестокой, беспощадной и терзающей станешь ты сама, женщина… Какой путь выберешь ты, Дагмара?
Я не выбирала своего пути. Его выбрали за меня. Те, кто решил, что им дозволено.
Бабушка объясняла мне, что красоту нужно приручить, чтобы она не стала зверем. Но она ничего не сказала про других зверей, которые будут пытаться терзать… Звери в других людях… Звери зависти, похоти, злобы…
— Выходи, — произнес раздраженно Махач. В этой партии по моему устранению солировал он. Гамзат как-то сдулся и словно бы был не здесь, а в своих мыслях.
Мы были в самой глубине леса. Темно, зловеще… На фоне надвигающейся темноты гор почти апокалиптически.
Я ступила на мягкий мох и тут же увязла в просочившейся жиже. Воздух пал гнилью. Здесь была застоявшаяся болотистая земля…
— Вперед, — толкнул он меня в спину, от чего я налетела на корягу перед собой.
— Что вы собираетесь делать? — спросила, поворачиваясь, и тут же осеклась от характерного звука, который ранее я слышала только в фильмах.
На меня смотрел не только Махач дикими глазами. Еще и дуло пистолета, который он сейчас сжимал в своих руках…
— Подойди к обрыву и встань ко мне спиной, — произнес он холодно.
Я нервно сглотнула, почему-то вдруг ловя себя на мысли, что все происходящее — лишь игра… Фарс… Иллюзия. Дурной сон. И желательно с момента, когда в моей жизни появился Сулейман…
Нет, все было до боли реально…
Один из его сыновей сейчас направлял дуло пистолета на меня… И за что…
— Махач, хорош, — произнес Гамзат, который так и не отошел от машины.
Почему-то в этот момент я невольно сама подумала о его жалкости. Нет, это не умаляло того, что Махач был подонком, но и вот эта позиция… Молчаливого свидетеля…
— Потом спасибо мне скажешь, — буркнул второй братец, — вечно я за тебя говно разгребаю… Тюфяк…
— Это из-за ребенка, — спросила я.
— Руки подняла и подошла к обрыву! Хватит мне зубы заговаривать! Сирена! Двум уже в моей семейке заговорила!
— Это не ребенок Сулеймана. Это ребенок вашего брата Рената. Сулейман насильно держит меня рядом с собой, если вы не знали.
— Херню несешь, сука! Сейчас спрыгнешь вниз — и нет тебя. И проблемы нет, — нервно усмехнулся Махач.
— Прекрати! — усилил свой нажим Гамзат, — от того, что ты убьешь ее, он не станет любить тебя больше, дурак! Смирись уже!
Махач нервно усмехнулся.
— Зато бабок, несомненно, мне достанется больше, — к обрыву пошла!
Я не выдержала и развернулась, чтобы посмотреть ему в лицо. Все равно нет разницы, если умирать. Пусть хотя бы ему станет тяжелее…
— Я повторяю тебе, что во мне не сын твоего отца. Он не касался меня никогда. Это ребенок твоего брата.
— Шлюха… — прошипел Махач, — к краю.
Я сделала нерешительный шаг назад и в этот момент в полной мере ощутила весь ужас происходящего. Мне никто не поможет… Я улечу туда, вниз… Навсегда…
Не знаю, инстинкты ли это действовали, или я просто испытывала судьбу…
И вдруг… Сквозь напряженную тишину леса, сквозь забвение и отчаяние...
Дагмара!
Меня звали!
Ноги подкосились. Перед глазами снова побежали мурашки. На фоне чернеющего воздуха они теперь казались сероватыми.
— Помогите! — помню, как закричала…
И в этот момент — выстрел… Выстрел, направленный в меня…