Страница 65 из 89
Глава 43
Сулейман
Год назад
Яран Сувар. Праздник весны. Праздник вечной молодости. Праздник ключей в горах, хрустальных и свежих…
Этот день у меня всегда ассоциировался с Ней.
Горянка.
Губы цвета вишни. Глаза — два миндаля. Волосы — черные ленты шелка, развивающиеся на ветру.
Так уж устроено сердце горца. Как бы хорошо ни было в чужих краях, главное все равно спрятано там, на концах пик, протыкающих небо…
Я понял это слишком поздно.
Тогда, когда уже успел спуститься на равнину и построить свое состояние. Когда женился на девушке из хорошей семьи, что дало еще более мощный буст моим капиталам.
У меня родился первенец. Я приехал с молодой семьей в родовое село. И казалось, что я теперь и сам на вершине мира, не только морально, но и ментально…
А потом… Потом случилась она…
Был Яран Сувар. Я всегда старался помогать родине. Мне казалось, фортуна так благодарит меня еще больше. На праздник многие простые семьи у нас в горах традиционно играли свадьбы. Иногда это бывали коллективные праздненстства с большим столом на все село. Так было и в этот раз. Среди женихов — мой телохранитель и водитель. Он как раз вернулся домой, немного подзаработав за последний год, чтобы, наконец, жениться на обещанной ему, засватанной девушке.
Его невесту я увидел как раз в этот день, пир на который оплатил из своего кармана. Увидел и пропал…
Марджана была сказочно красивой. Тонкая, как чинара, красивая, хоть воду пей с лица. И такая скромная, что голову сносило от этой кристальной чистоты.
Смешно сказать. Перетрахав пол-Москвы и женясь на завидной невесте, я завидовал босоногому водиле за то, что он брал в жены скромную красивую девочку из села… Простую горянку… Горянку, которая по судьбе должна была достаться мне… И ничего, сука… Ничего при всех своих деньгах и власти сделать я не мог. Подле меня горделиво сидела жена с наследником — Ренатом. Это я оплатил даже свадебное платье этой девочки… Тогда что ты страдаешь, Сулейман? Мало красивых женщин? Потерпи пару лет… Возьми себе вторую жену или просто сделай любовницей, если первая будет сильно против, другую воллокую и чернобровую…
Но сердце не слушалось…
Я хотел именно эту…
И потому мучал себя снова и снова…
Я переселил их обоих в Москву, хоть мой водила и мечтал уйти со службы сразу после свадьбы, чтобы остаться в горах и помогать больной матери.
Я дал ему зарплату в три раза больше. Чтобы он покупал ей красивые вещи, баловал, так как мне самому делать это было не ком иль фо…
А я хотел…
Черт возьми, мне даже просто смотреть на нее было приятно. Приятно, когда она улыбалась мне с благодарностью и трепетом, видя во мне благодетеля их семьи.
А я хотел ее… И украдкой дрочил на ее фотографии. И представлял на месте жены ее во время секса…
А потом Марджана забеременела…
Сказать, что это сильно ударило по мне, ничего не сказать…
Почему-то до этого я отказывался понимать головой, что она не моя… А теперь… Теперь зримое доказательство того, что он с ней делает каждую ночь, было перед глазами растущим животом.
Каждый день я садился в машину и смотрел на его руки…
Руки, которые лапали мою девочку…
Это была какая-то изощренная, дикая пытка, от которой мне было не спрятаться и не скрыться…
Я презирал себя за слабость, но сделать с ней ничего не мог…
А потом…
Потом их обоих не стало…
И несмотря на всю ту боль, что я испытал, наступило и облегчение…
Теперь она жила все время в моих мыслях не только нематериально… теперь ее физической оболочки, хозяином которой я быть не мог, не стало…
Теперь Марджана могла принадлежать только мне…
Спустя год после аварии обнаружился и мой порок сердца. Врачи тогда долго колдовали над диагнозами и терапией, но прогноз был одним — никаких нагрузок. Мне выписали препарат, который свел на нет меня как мужчину в плане потенции.
К тому времени моя плодовитая жена уже успела нарожать четырех детей, пуляя их по сути ежегодно. К тому времени мы оба поняли, что счастье не купишь за деньги…
Она ушла в детей и садоводство. Я ушел в бизнес…
Нас все устраивало…
Потом не стало и ее.
Как-то так получалось, что Всевышний быстро забирал женщин, значимых для меня…
И в целом я свыкся уже с той участью, что у меня была. За все в жизни приходится платить и платить дорого. Мой успех был слишком искрометным, чтобы не заплатить за него щедро, выворачивая карманы души…
А потом был снова Яран Сувар. И я увидел Дагмару…
Ее дочь была похожа на нее так сильно, что на мгновение мне показалось, что это видение…
Статная, тонкая, как статуэтка, только еще более юная, потому что Марджану я помню более спелой что ли…
Потом я пойму, что в Дагмаре это раскроется позже, она успеет налиться, успеет созреть.
Словно бы ее мать смотрела на нашу встречу сверху. Иначе и объяснить не могу все то, что произошло дальше, словно бы судьба специально выводила нас на путь, на котором мы были сейчас…
В ту же ночь не стало ее бабки-опекунши. И я сразу понял, что это сигнал, что Дагмара поедет в мой дом…
В каком статусе? Я слишком долго даже ее мать любил платонической любовью, чтобы думать о Дагмаре иначе… Я слишком долго сам не думал о себе, как о жеребце-осеменителе, чтобы красивая юная девочка не рассматривалась мною как трофей…
Ее красота была подобна розе, которая с каждым новым днем все красивее и изящнее раскрывает свои лепестки… И она раскрывала, день ото дня, чаруя меня своей красотой и ароматом… Своим изяществом и грацией…
Я видел ее потенциал. Я понимал, в какую женщину она вырастет…
А еще это видел Ренат, который танцевал на ней в тот роковой день Яран Сувар, когда судьбам наших семей пришлось снова пересечься…
Не знаю, когда точно сложился план, вызревший в моей голове всей своей сложной многоходовкой. Но на тот момент я знал точно, что эта встреча не случайна..
Я ведь не зря столько лет щедро давал, ожидая, что мне вернется с лихвой… Вернется, обязательно вернется…
И Дагмара пока даже понять не могла, как… При всем свете в ее головке, при всей ее сообразительности она даже представить на могла, насколько мой план был безукоризненным в своей гениальной шахматной партии…