Страница 52 из 89
Сулейман усмехнулся, в моменте считав, на что я так жирно намекала… Да, он сам говорил, что проблема в его сердце. Проблема, которая стала моим спасением… От полного, тотального краха…
— Я теперь нашу воповский браслет. Тебе тоже купил, кстати. Полезная вещь. Не только для сердечников. Поноси, оценишь. А так… Все даже лучше, чем его оптимистичные вопросы. Доктор сказал, что я словно бы сбросил пятнадцать лет… Я сказал ему, что все дело в молодой жене…
Я улыбнулась вежливо. Сулейман ответил через отражение в зеркале.
— Ты очень красива, Дагмара. Тебе удивительно идет эта тихая роскошь… Сколько в тебе породы…
Я невольно снова бросила взгляд на отражение… Волосы были уложены в элегантный низкий пучок, открывая длинную шею и плечи. Макияж — сдержанный, но выразительный: акцент на глаза, чуть тронутые скулы и бледные, почти телесные губы. Я выглядела как женщина, которая знает свое место. Как жена миллиардера. Как та, кому не нужно кричать о своей значимости.
— Ты даже не представляешь, какую реакцию вызываешь. Удивительно… Ты удивительная женщина… Кто бы подумал…
— Вгоняешь меня в краску, Сулейман… — я первая разорвала зрительный контакт, — во сколько нам выезжать…
Мы спустились вниз. У входа нас ждал белый Роллс-Ройс Фантом с затемненными стеклами. Сулейман любил демонстрировать свой статус — каждая деталь, каждая машина, каждый жест были продуманы до мелочей. И я была частью этой демонстрации…
Он открыл мне дверцу, галантно подал руку, помогая сесть в салон. Кожаные сиденья пахли дорого, кондиционер гудел тихо и мягко. Водитель — местный, в белой рубашке и фуражке — бесшумно тронулся с места.
Я смотрела в окно на проплывающие пальмы, небоскребы, огни. Внутри меня было странное спокойствие. Я была готова ко всему, кто бы ни был сегодня по ту сторону баррикад...
Приглушенный голубой свет, который струился из аквариума, красиво играл на моем жемчужном платье. Стены здесь были стеклянными, и за ними, в толще воды, плавали акулы — грациозные, опасные, равнодушные к людской суете. Они сейчас мне почему-то больше напоминали людей, как бы это смешно ни казалось. Настоящие акулы были здесь, на суше… Столики были расставлены так, чтобы у каждого гостя был идеальный обзор на этот подводный мир. Серебро, хрусталь, белые скатерти. Идеально…
Гости уже собрались. Мужчины в смокингах, женщины в вечерних платьях. Дорогие украшения, сверкающие кольца, бриллиантовые серьги... Официанты бесшумно скользили между столиками, разнося шампанское в тонких бокалах.
В центре зала — длинный стол, накрытый для главных действующих лиц. Я увидела Шамиля Алиева. Он сидел во главе стола, радостно лыбящийся, с салфеткой, заправленной за воротник. Рядом с ним — Карина. Она выглядела… странно. Красиво, конечно, но скованно. Платье от Эли Сааб, дежурное по смыслу для всех богатых кавказских невест, бриллиантовое колье, идеальный макияж… В ее глазах, конечно, не было счастья. Только холодный расчет. Она улыбалась — той же дежурной улыбкой, которой улыбалась мне, когда врала о помощи. Играла свою роль… Самым чудовищным было именно это… Понимать то, что по факту эта ситуация с ее замужеством за Алиевым — не что-то за гранью. Это такую, как я, прошлая, вот такой вот брак в стиле истории «Дюймовочки» мог бы переломать, а ее…
Я подошла к столу, кивая знакомым. Мужчины смотрели на меня с плохо скрываемым вожделением, женщины — с завистью и осуждением. Я привыкла. За год я научилась не замечать этих взглядов. Они скользили по мне, как вода по камню…
— Дагмара, дорогая! — Шамиль поднялся, поцеловал мне руку. Его губы были влажными и противными. — Вы сегодня просто ослепительны! Сулейман, дружище, твоя жена — лучший твой актив!
Сулейман улыбнулся, похлопал его по плечу, и мы сели. Я оказалась напротив Карины. Она встретила мой взгляд и скривила губы в подобии улыбки.
— Привет, «мачеха», — прошептала она одними губами. — Долго же вы летели…
— Привет, «невеста», — ответила я так же тихо. — Смотрю, ты решила не мелочиться. Бриллианты, платье… Шамиль, видимо, не поскупился. Рада за тебя. Ничто так не украшает женщину, как богатый муж…
— А любимый муж? — она хмыкнула, — хотя зачем я с тобой об этом, нам обеим это не суждено узнать…
Я улыбнулась, показав, что ее грубость меня не тронула. И это было правдой…
Я хотела ответить, но в этот момент произошло то, от чего у меня перехватило дыхание.
Двери ресторана открылись.
И на пороге я увидела того, кого ожидала видеть меньше всего…
Они ведь в ссоре. Он ведь не общается с отцом…
Ренат был в черном смокинге, белая рубашка расстегнута на две пуговицы, волосы чуть взлохмачены, на скулах — легкая щетина. Он выглядел опасным. Безумно красивым. И безумно чужим… Под руку с ним шла Малиха. В розовом шелковом платье, с идеальной укладкой и каплей бриллианта в вырезе. Она улыбалась, глядя на него с обожанием, и ее рука лежала на его локте с такой собственнической уверенностью, что у меня внутри все оборвалось.
Сердце перестало биться. А потом забилось с такой силой, что я услышала пульс в ушах, в висках, в кончиках пальцев…
Ренат поднял глаза. Он посмотрел на стол. И увидел меня.
Мгновение. Одно мгновение, в котором воздух стал вязким, а время — резиновым. В его глазах я увидела шок. Узнавание. И — боль. Такую же острую, как в тот день, когда он смотрел на меня в зале «Хазара» и сжимал в руке осколки бокала.
— О, а вот это интересно… — протянула Карина.
Тут же рядом материализовался Сулейман. Он явно тоже не ожидал, что старший сын появится на мероприятии…
— Ренат! Дорогой, как я рад! — загремел Шамиль, поднимаясь снова. — Малиха, солнышко, проходи! Ты сегодня просто неземная!
Ренат протянул руку отцу. Тот пожал в ответ. Они быстро перекинулись парой слов, но я не смогла расслышать…
Ренат сел напротив меня. Прямо напротив. Теперь между нами был только стол, свечи, хрусталь и теплая, тягучая тишина. Он смотрел на меня. Я смотрела на него…
— Рада видеть тебя, Дагмара, — произнесла Малиха вежливо и осторожно. Интересно, что она знала?
— Мы ведь теперь одна большая счастливая семья... — выдавила я ответную улыбку…
— Да, все время забываю, что вы теперь… — она улыбнулась, — мы ведь ровесницы… А может Вы даже младше…
— Можем на ты, — произнесла я, продолжая держать лицо и игнорируя Рената, — общего у нас много, думаю. В силу возраста…
Малиха улыбнулась. Искренняя девочка. Жаль ее…
В клубок скорпионов попадет…