Страница 95 из 193
Глава 35. КАК ДОКАЗАТЬ ПРАВОТУ? НАШ С МИХАЭЛОЙ КРИЗИС.
Глава 35. КАК ДОКАЗАТЬ ПРАВОТУ? НАШ С МИХАЭЛОЙ КРИЗИС.
Любить — значит признавать правоту любимого
человека, когда он не прав.
Шарль Пеги
И счастье тот познал от суеты,
Кто на мученья шел во имя правоты.
Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина (Авиценна)
Жизнь всегда ждет, когда наступит какой-то кризис,
прежде чем проявится в самом ярком свете.
Однако секрет жизни - падать семь раз
и вставать восемь раз.
Пауло Коэльо
ЗХУБИН
Михаэля спросила меня тогда в клинике, что я чувствовал, наблюдая за процессом перекатывания нашего первенца в лепестках дамасской розы...
Ответил, но не до конца был искренен. Я не признался, что очень остро почувствовал страх. За жизнь Бахрама, за нее - мою любимую женщину, исхудавшую донельзя после сложной операции.
Страх их потерять, самых дорогих для меня в этом мире, сжимал горло. Я не боялся никогда умереть. Но теперь меня сковывал ужас остаться жить без них, моих самых дорогих на этом свете - жены и сына.
Михаэля не знает, какой скандал закатил я в госпитале. В тот же день, когда прооперировали мою любимую женщину с недостаточной анестезией, в чем меня никто теперь не может разуверить, я встретился с владельцами клиники и открыто объяснил последствия. Кроме судебного разбирательства бригаду хирургов ждет запрет на практику в Иране.
Мне не хотелось угроз, но перед разговором за кофе с двумя вежливыми бизнесменами из совета директоров сети медицинских учреждений, я общался со знакомым в правительстве и изложил суть возникшей проблемы. С подачи заместителя министра на следующий день началась обширная проверка всего госпитального комплекса.
Только это никак не коснулось послеоперационного лечения и восстановления моей жены. Мысль, перевезти ее в другую клинику, была. Но услышав мнение лечащего врача и акушера-гинеколога, ведущего Михаэлу во время беременности нашим первенцем, я не стал подвергать свою ханум ненужному стрессу.
Кроме того, найденные Делшадом независимые эксперты - хирурги из Ирана, Германии и из Америки, высказали предположение об интранаркозном пробуждении. Тогда возникают воспоминания оперированного. Пациент после окончания общей анестезии может повторить разговоры персонала и в подробностях рассказать, что с ним происходило.
- Если такое случилось, то ваша супруга попала в редкую статистику проснувшихся пациентов. - объяснил мне один из ведущих хирургов клиники в Мюнхене. - Проблема возникает в травматическом последствии данного осложнения. У таких больных есть риск неполного восстановления сознания в сочетании с ощущением боли от хирургического вмешательства. что могло произойти при недостаточности всех компонентов общей анестезии.
Хирург из Кливленда не только подтвердил, но напугал:
- У некоторых пациентов, пробудившихся во время операции, может проявляться посттравматическое стрессовое расстройство, ведущее в дальнейшем к возникновению кошмаров, бессонницы, депрессии, самоубийства. Без достаточного применения препаратов для медикаментозного сна и анестетиков на первом и втором этапе общей анестезии пациент из-за релаксации мышц не может самостоятельно дышать, открывать глаза или каким-либо образом сообщить персоналу, ведущему опарацию, о своём состоянии.
- То есть, моя супруга чувствовала, как ее режут по живому, но не могла ни пошевелиться, ни сказать?
- Возможно.
- Я бы умер от боли и беспомощности...
- Понимаю вас. Человеку трудно это осознать, а почувствовать на себе еще сложнее. Но таковы факты риска оперативного вмешательства...
Делшад и мои юристы, с помощью независимых хирургов - экспертов, составили тексты документов, доказывающих ошибки местной бригады хирургов. Доктор из Германии высказал предположение о выходе из строя аппаратуры, автоматически регистрирующей и показывающей на мониторе глубину общей анестезии и обезболивания, а также контролирующей уровни артериального давления и сердцебиения. Хирург из Кливленда допустил, что кроме неисправности мониторов газовой смеси и испарителей анестетиков, могли произойти и человеческие ошибки медперсонала.
Спустя день после переговоров с экспертами мне перезвонил немецкий хирург и рассказал:
- Я пообщался с моими коллегами, несколькими ведущими специалистами в Швейцарии, в Испании, и в Германии. Один из них, профессор медицины из Швейцарии, вспомнил произошедший с ним еще в прошлом веке случай толерантности пациента к определенным группам препаратов анестезии. По статистике - это огромная редкость. Чтобы вам было понятнее, это можно сравнить с вероятностью выигрышной комбинации цифр в лото. Но исключать тоже нельзя возможность пробуждения и чувствования боли человеком, когда его пытается спасти квалифицированный медперсонал. Кстати, он, тогда еще молодой хирург, и его коллега врач-анестезиолог тоже вынуждены были отвечать перед судом. Но в итоге, их клиника выиграла дело. Интернаркозное пробуждение возникло на операционном столе у много курящего пациента, принимавшего долгосрочно строго рецептурные лекарства на фоне депрессии. Выяснить это заранее не представилось возможным, из-за отсутствия тогда единой компьютерной системы сведений о пациентах и сложной травмы, с которой больной поступил в бессознательном состоянии по "Скорой помощи". Но простое курение и названные медикаменты у него создали в названном случае критическую ситуацию во время операции.
- Вы предполагаете, что у моей жены произошел тот самый редкий случай толерантности к анестетикам?
- Именно. Только, мне бы хотелось чисто по-человечески дать совет. Вам и вашим юристам необходимо взвесить все за и против, начиная судебный процесс. Главное, учитывайте моральное состояние вашей супруги. Ей придется пройти массу тестов на реакцию организма к наркотическим веществам, примененных в день операции по внематочной беременности. Нужен ли ей новый стресс, как он подействует на ее здоровье, а затем отразится на состоянии младенца? Мы не должны забывать, что ваша супруга была до операции кормящей мамой. Кроме того послеродовую депрессию также никто не отменял! На фоне случившегося последняя может легко развиться. Ответ на вопрос должны найти вы сами. Не забывайте о грудном маленьком сыне!
Многочасовое совещание с моей командой юристов, а также с приглашенными хирургами из Стамбула и из Кереджа, вымотало меня, но убедило, что я оставлю это дело. Только из-за спокойствия Михаэлы. Главное, чтобы она смогла побыстрее восстановиться.