Страница 48 из 193
Глава 17 CHERCHEZ LA FEMME. ИЩИТЕ ЖЕНЩИНУ
Глава 17 CHERCHEZ LA FEMME. ИЩИТЕ ЖЕНЩИНУ
Искать женщину без изъянов может только мужчина без извилин.
Фаина Раневская
Любая тайна сжигает человека изнутри.
Зиппо Майран
Cherchez la femme! Шерше ля фам!И вы найдете ключ к разгадке многих тайн, даже мира.
А главное - заказчицу и организатора всех ваших мелких
и грандиозных по масштабам и затратной степени решения проблем!
Моё, выведеннное методом "научного и жизненного тыка"
ХАНУМ И ЕЁ НАЁМНИК
Он вбивался в нее.
Капал потом на лицо и сморщенный сейчас полосками напряжения лоб.
Видел в упор и не одобрял:
приоткрытый рот с зубными имплантантами, с размазанной нелепой губной помадой, клейкой и с непременным вульгарным блеском, что эта дура постоянно наносит перед сексом, пачкая его одежду или кожу;
странного серо-голубого цвета, с вкраплениями черных точек, глаза, смотрящие будто сквозь - в своё внутреннее сосредоточие - не пропустить момент начала оргазма. Он знает причину. Чтобы не загасить, а продлить. Как можно дольше. А если удастся - множественно.
Член, как работающий в правильном запрограммированном темпе орган робота, подпитываемый от зарядки обыкновенных, но долговечных литиевых батареек, ощущал трение стенок влагалища.
В кондоме.
Ноль для вожделения, тем более - кайфа.
Никаких сладостных ноток.
Все происходящее для мужчины являлось лишь очередной дежурной физической разрядкой. А точнее сказать, частью служебных обязанностей перед нанявшей его ханум.
"Давай, уже! Что-то сегодня медлишь. Подзатянула..." - пропускал он мысли, разбивая фразы на отрывочные слова, деля на части, чтобы они соответствовали, а не нарушали заданный ритм фрикций.
Негласное правило витало в пропахшей нежеланной женщиной комнате. Зудило в переносице от слишком приторного, по его восприятию, парфюма Rasasi, которым ханум могла провонять за пару минут помещение. Даже, если лишь вошла и вскоре вышла, оставляла шлейф терпкой, пересахаренной и напористой пряности. До першения в горле и слезоточивости глаз.
И теперь, во время близости, ему мешал запах. Сдавливал воздух, которым не хотелось дышать.
Любое правило этой женщины вынимало и расхлёстывало душу, не возвращая ее потом в нормальное состояние.
Кстати, прежде чем она позволила доступ к своему телу, мужчина обязан был прекратить пользоваться своими део и туалетной водой.
Потому что главное правило - не оставлять никаких следов!
Между ним и ею слово скреплено договором. Отказ наёмника - равен самоуничтожению. Если не сразу, так потом. Иначе не выбраться из колеса, в которое он попал и крутится заведенным, почти безропотным зверем внутри.
Она - работодатель и щедрый плательщик. Ему приходится подчинять свою волю своеобразной инструкции.
Её удовлетворение - один из оговоренных пунктов.
Таких установок в его работе - не счесть. Да и не хочется заморачиваться на подобном.
Время - единственное, не подчиняемое никаким указаниям и договорам.
Вот он и положил сейчас на него с высокой башни, зная, сколько важных дел мог бы успеть закрыть, поставив жирную точку и получив гонорар, а продолжает тупо и поступательно трахать вагину неуёмной в своих желаниях богатой самки.
Неуёмной во всем.
Не только в сексе.
Ханум имеет мерзкий и очень властный характер с масштабными аппетитами. Ей всегда мало. Никогда не наступит момент, чтобы расклеился слой губного блеска и вылетело одно единственное решение, разрешающее прекратить!
- Достаточно.
Этого ни ему, ни её окружению не дождаться, как не узреть занесенной над неправедными во плоти и в образе руки Аллаха...
Мужчина остановил поток своих мысленных рассуждений. Ему ли - опытному киллеру вспоминать всуе имя Всевышнего? Даже уголок губ приподнялся, впустив на миг подобие улыбки.
Женщина под ним распыхтелась. Раскраснелась. Хлюпала при каждом вбивании в ее лоно его плоти.
Ухала, напоминая ночную птицу. А на самом деле стонала от удовольствия, совершенно не контролируя себя и то, как выглядит со стороны. Глазами мужчины, ненависть которого множится с каждой их близостью.
Его старания - вдалбливания и вбивания между распахнутыми ногами, широкими ступнями и некрасивыми скрученными пальцами, с безобразным на его взгляд черно-розовым педикюром. увенчались затребованным изначально результатом.
Наконец-то!
Женщина резко расслабилась, потом напряглась, словно перед рывком из-под него - ввысь окрыленная, сжалась вся, как дверь-гармошка в общественном транспорте, а после распустила "меха", затряслась мелкой, еле уловимой дрожью наслаждения.
- Уу-уухх...
Стоило только ощутить ее оргазм и он не стал больше ждать. Отпустил себя, кончая, охваченный своим, не таким, как бы хотелось, сродни улёту в эйфорию, удовольствии.
Скорее - вынужденном.
Стоны и горловые всхлипы, разносящиеся сейчас по спальне,словно эхом, раздражали и вынуждали поскорее закончить весь неинтересный давно спектакль.
- Вот. Вижу, тебе хорошо. - насмешливо перебил он слишком наигранные сопения и охания, похожие на крики совы в темном лесу. Хотелось закругляться и побыстрее подвести итог их очередной встречи.
- Уууу. Ммм. - промычала она с крепко, в гусиные лапки морщин, зажмуренными глазами, как он уже привык ее наблюдать во время кульминации. Словно они настраиваются смотреть только внутрь, концентрируясь на каждом взрыве молекул ее сиюминутного натраханного им счастья.
- А так? - съязвил молодой самец тут же и привычным жестом просунул свою руку между ее губ - мокрых от соков, половых.
Его пальцы надавили и остались в зафиксированном движении на клиторе.
Не из-за того, что ему приятно было доставлять кайф.
Нет.
Издевательство и насмешка над женщиной, строящей из себя чуть ли не владычицу мира, доставляли сейчас ему такое же удовлетворение, как недавняя короткая физическая разрядка.
Именно он владеет ею и ее помыслами! Именно он доит с нее деньги. И поэтому, как парню казалось, эта самка находится с некоторых пор в его полном подчинении и зависимости.
- Изобретальный ты в сексе! Никогда не устающий любовник. - промяукали губы, облизанные языком, изогнулось тело, повторно "догнавшись" от мужского пальца на клиторе, а теперь - расслабившейся их хозяйки. Хоть на пару минут для "поговорить".