Страница 25 из 193
Потом, догадавшись, как пойму, что Мишка на самом деле прилетала ко мне по зову сердца, узнав о беде, шагнул в комнату и открыл платяной шкаф. Проверил, там ли её вещи?
- Мля, ничего не взято. Все, как было. Никто не притронулся к ним...
Осознание, что все напридумывал, ухнуло по голове разочарованием, физически отдалось головокружением, едкой горечью внутри поползло к желудку - до мутноты.
Поторопившись в уборную, я, хочу или нет, но позволил завтраку, над которым еще недавно корпела Иванна, выйти на желанную свободу.
"Ах, Мишка, даже мой подарок не взяла в свой Иран! Всю нашу жизнь перефигачила. Стерва блондинистая. А я, наивный, ее ангелом представлял!", - ругал себя, умывая ставшее бледным лицо и позже, выйдя на воздух и присев рядом с батей.
Думал, какой наивняк я спорол, напрягая занятого на службе Винко собрать инфу, подтверждающую прибытие Мишико в хорватский аэропорт Задар.
- Чего время тянешь? - напомнил батя о намеченных планах.
- Подышу немного, - вглядываясь в ставшее гладким после ночного дождя море перед балконом,-- спокойно ответил я.
Внутри все клокотало от боли. Об этом не собирался признаваться старику. Но ожидание гистологического анализа начало сейчас свой свербеж в башке: " Это рак. Мои дни сочтены".
По пути к Джозо и его сыну в "месницу", когда вел свой "Фольксваген" по серпантину до Новали, меня вдруг накрыл обрывок воспоминания из услышанного в коме:
- Я не забуду твою любовь и никто никогда не вычеркнет тебя, Томичко, из моего сердца!
- Кто это сказал? - спросил я вслух самого себя. - Кроме нее так ласково никто не умеет произнести "Тооомичко"...
Подумал. И, словно кукуха точно стартанула с разбегу, а теперь торопыжно спешит от меня, родимая, ответил вслух, рассуждая сам с собой:
- Никто, кроме тебя, Мишка, не мог такое мне выдать! Только ты, мой ангел!
Некоторое время ехал молча, замечая сбоку по курсу движения, как над морем стая чаек следит за косяком рыбёх, чтобы поиметь их на обед. А потом все-таки притрусил сказанное горькой и жгучей приправой из смеси чили:
- Знать бы еще, как объяснить не уходящую любовь к предавшей меня?