Страница 55 из 73
У юноши не было плана, и он не знал, что будет делать, если найдёт учителя. Теперь же, когда ситуация стремительно менялась, у него тем более не было времени, чтобы задумываться о чём-то. Он отпрыгнул назад – раненая нога предательски взвыла после приземления, несмотря на все чудесные упражнения по контролю тела и разума. Чжень пытался увидеть врагов. Если уж не глазами, то хотя бы почувствовать их ци. Ничего не было, болото казалось мёртвым. Чжень осторожно оглядывался, но никого разглядеть не мог. В прошлый раз, когда на учителя напала женщина с глефой, Чжень смог почувствовать её ци, но в этот раз – ничего. Снова воздух стал холодным, и юноше удалось определить направление. Он ударил здоровой рукой в тот момент, когда из ниоткуда появился новый ледяной снаряд. Сжатый кулак обожгло холодом, а затем со звоном разлетелась вдребезги гигантская сосулька. Сконцентрированная в руке юноши ци медленно растекалась обратно по всему телу. Чжень поднял подбородок выше, пытаясь почувствовать малейшие изменения в температуре. Увы, он был ещё слишком молод и недостаточно обучен, чтобы с лёгкостью определять такие вещи. Возможно, это удалось бы Ши Даоаню, но Чжень не чувствовал ничего. По крайней мере, он не мог ничего почувствовать до того, как враг попытается нанести новый удар. В нескольких десятках бу от Чженя снова сверкнула молния – сражение отдалялось.
— Твой учитель послал тебя, чтобы я ему не мешал? – громко и спокойно произнёс Чжень. – Он хочет сразиться с господином Ши Даоанем один на один или ему пришлось отослать тебя, чтобы встретить меня?
Ответа не было. Тишина окутывала болото, противник не спешил наносить новый удар. Чжень, стоя по колено в воде, пытался угадать его приближение, но не позволял себе лишних, суетливых движений. Возможно, враг попытается напасть на него так же, как женщина с глефой попыталась напасть на учителя Ши Даоаня, – юноша не исключал такой возможности, но оставался спокоен. Его тело было слишком изранено, и ученик монаха вполне допускал, что он уже мёртв. Возможно, через пару часов последняя капля крови вытечет из его тела, и он всё-таки поплывёт по болоту, широко раскинув руки и опустив лицо в воду. Возможно, болотная грязь уже попала в рану и Чжень умрёт через несколько недель, в бреду и лихорадке, стуча зубами и плача. Это было возможно ровно в той же степени, как и то, что даос окажется у него за спиной и проткнёт его копьём. Чжень услышал плеск воды за своей спиной, и всё было кончено.
Даос успел вскрикнуть, когда Чжень вырвал глефу – точно такую же, как и у убитой Ши Даоанем женщины, – из его рук; успел поднять ладонь ко лбу и начать читать какое-то заклинание. Чжень схватил его за пальцы и сломал их, и тогда несчастный осёкся. Если бы обе ноги молодой Жабы были здоровы, он бы в ту же секунду, не мешкая и не выпуская руки противника, нанёс ему несколько ударов ногой. Но Чжень был ранен и бить или опираться на больную ногу он не мог. Он просто дёрнул на себя и встретил лицо даоса выставленным локтем, затем ударил его кулаком в грудь и живот. Противник юноши – мужчина, может быть, немного младше командующего Лея – захлебнулся криком и упал в воду. Чжень быстрым движением выловил его, поставил на ноги и прижав ребро ладони к месту между шеей и ключицей, спокойно и тихо спросил:
— Зачем вы охотитесь на моего учителя?
Даос не ответил. Он дёрнулся, но Чжень лишь сильнее нажал ему на шею. Юноша старался не выпускать из виду руки побеждённого врага – неизвестно, мог ли он вновь прибегнуть к даосскому колдовству, пусть и со сломанными пальцами. Но мужчина только хрипел, пытаясь высвободиться. Решившись, он всё-таки попытался ударить Чженя кулаком в грудь, но, увидев замах, ученик монаха лишь изменил угол давления, погрузил ладонь глубже в шею противника, и тот рухнул в воду. Во второй раз. Чжень не мог себе позволить добить даоса – это было бы нарушением правильного образа жизни и правильного мышления. Оставлять врага за своей спиной же было, напротив, достойным следования правильному мышлению. Потому что, если враг придёт в себя и убьёт Чженя, ударив ему в спину, он проклянёт себя и свои будущие перерождения, а Чжень.. юноша вздохнул. Он, по крайней мере, как сам надеялся, уже победил страх смерти, но всё равно очень хотел найти учителя и помочь ему. Верёвки у него не было, связать даоса он не мог, оставить плавать в болоте тоже – несчастный мог просто утонуть.
Пусть и одной рукой, но ученик монаха кое-как взвалил бессознательное тело себе на плечо и направился в сторону ударов молнии. Это всё, что пришло ему в голову, и всё, что он мог себе позволить, оставаясь монахом. Очень скоро вспышки молний стали ближе, и Чжень наконец-то увидел сражающихся. Старик в голубом халате висел в небе, держа одну руку перед лицом, а другую вытянув вперёд. Ши Даоань стоял на небольшом участке твёрдой земли, с ног до головы залитый кровью. Вокруг него было не меньше десятка стариков в голубых халатах. Замерев от неожиданности, Чжень не сразу сообразил, что вообще происходит.
Старики кружили вокруг толстого монаха, вооружённые кто чем – у большинства были глефы и копья, кто-то использовал кривые мечи, кто-то старые гэ. Все они пытались достать Ши Даоаня, казалось, остающегося неподвижным. Только через секунду Чжень понял, что его учитель на самом деле всё время кружит по небольшому участку суши, уходя от множества атак, но не поднимая рук и не пытаясь бить противников в ответ. Он словно ждал чего-то. «Жаба неподвижна, – в очередной раз вспомнил юноша наставление учителя. – Она спокойно ждёт удобного момента, чтобы потом закончить всё одним движением». Юноша заметил, что у Ши Даоаня появилась новая рана – большой, кровоточащий разрез через всю спину. Халат там был разорван, из раны всё ещё сочилась кровь, кусочки плоти свисали там и тут на тонких полосках кожи. Удар был грязным и отчаянным, но учитель всё ещё стоял на ногах.
Один из стариков сделал особенно удачный выпад гэ. Старый бронзовый крюк почти вонзился в плечо толстого монаха, но Ши Даоань лишь прошёл под древком оружия и, оказавшись в чи от врага, ударил его сжатыми пальцами в горло. Чжень представил себе хруст позвонков и отвернулся. Когда он снова посмотрел на поле боя, он не увидел трупа под ногами Ши Даоаня. Лишь крови, кажется, стало больше.