Гоцюй

Цзинь Цинь округлила глаза, рот её приоткрылся, но она не сразу нашлась со словами:

— Да разве я могу кого-то убить?

— Ты пыталась, – полусерьёзно напомнил он, – в нашу первую встречу. Мотыжкой.

Девушка густо покраснела. У Минчжу мотнул головой и почти весело сказал:

— Я не верю, что это ты. Ты не моя убийца. Накаркать что угодно можно. Прости, что напугал.

— Я в предсказания не верю, – после долгого молчания сказала Цзинь Цинь. Похоже, она колебалась, прежде чем что-то рассказать.

— Тебе тоже что-то накаркали? – предположил он.

Она кивнула:

— Что я погублю нашу гору. Где я и где гора? Как я могу погубить целую гору?

— Мотыжек для этого много понадобится, – согласился У Минчжу и засмеялся.

— У Минчжу!!!

Она то ли рассердилась, то ли только притворялась рассерженной, когда стала хватать с земли камешки и кидаться в него. Ни один в цель не попал, но У Минчжу взмолился с притворным страхом:

— Хватит! Обещаю, что больше не буду!

— Будешь, – нисколько не сомневалась она.

В этой перепалке У Минчжу позабыл о своих затаённых страхах. Голос его был полон предвкушения, когда он сказал:

— Покажи мне.

— Что показать? – не поняла она.

— Покажи мне, кто ты на самом деле. Я хочу увидеть золотую птицу.

Он на самом деле хотел. Даже если это будет последним, что он увидит в своей жизни.