Страница 80 из 182
Глава 19. Цифры и стены
Глава 19. Цифры и стены
– Леди Астен, столько товара там физически не было. И быть не могло.
Бран сказал это без торжества.
Не как человек, наконец поймавший кого-то на лжи.
Скорее как мастер, которому показали запись о трёх воротах в стене, где он собственными руками много лет открывал только одни.
Я ещё раз посмотрела в книгу.
Дата.
Номер партии.
Наименование груза.
Количество.
Четвёртый склад.
Ни помарки.
Ни исправления.
Обычная аккуратная строка.
Проблема была не в цифрах.
Проблема находилась за окном.
В виде вполне конкретного здания с каменными стенами, деревянной кровлей и конечным количеством свободного пространства.
– Покажите, – сказала я.
Бран взял книгу под мышку.
– Сейчас?
– А когда?
Он посмотрел на мой недопитый чай.
– Нора говорила, вы хотя бы завтракаете теперь.
– Не выдавайте меня.
– Я не самоубийца.
Мы вышли.
Утро было пасмурным, но сухим. Над рекой лежал туман, скрывая дальний берег. От воды тянуло холодом. Во дворе уже работали грузчики, у причала разгружали небольшое судно, возле конторы кто-то спорил о весе двух бочек.
Речной двор просыпался значительно раньше меня.
За последние дни я успела привыкнуть к его звукам.
Скрип тележек.
Удары дерева о дерево.
Короткие команды Брана.
Шорох створок склада.
Стук счётных дощечек в конторе.
Ещё неделю назад всё это было просто шумом чужого мира.
Теперь я начинала понимать, что означает каждый звук.
Странно, насколько быстро место становится своим, если работаешь в нём с утра до вечера.
Четвёртый склад стоял дальше от причала.
Тот самый, который раньше арендовал странный посредник.
Большие двойные двери.
Высокие стены.
Внутри прохладно даже летом, по словам Брана.
Сейчас помещение почти пустовало.
Несколько штабелей стояли вдоль дальней стены. Посередине оставалось столько свободного места, что шаги отдавались эхом.
Бран распахнул двери полностью.
– Вот.
Я вошла.
Нора пришла следом.
Наверное, кто-то успел сообщить ей, что хозяйка опять решила начать день с проблемы.
– Что нашли?
Я протянула книгу.
Она быстро прочла строку.
– Эту партию помню по бумагам.
– А по самому грузу?
Нора посмотрела на Брана.
Он покачал головой.
– Не весь.
– Что значит не весь?
– Значит, я не помню, чтобы здесь было столько.
Очень осторожный ответ.
Правильный.
Память через несколько недель не является складской книгой.
Даже если принадлежит человеку, который двадцать лет считает ящики.
– Хорошо, – сказала я. – Ничего не вспоминаем. Сначала посчитаем.
Бран нахмурился.
– Что?
Я показала на стены.
– Вместимость.
Он несколько секунд смотрел так, будто сомневался, не утратила ли хозяйка окончательно остатки здравого смысла.
– Я и так знаю, сколько сюда входит.
– Я вам верю.
– Тогда зачем?
– Потому что потом придётся объяснять не мне.
Нора поняла первой.
– Нужна цифра, которую можно показать дознавателю.
– Именно.
Бран шумно выдохнул.
– Ладно.
На измерения ушло больше времени, чем я предполагала.
Не потому, что склад был огромным.
Потому что «сколько сюда входит» зависело от слишком многих вещей.
Проходы.
Безопасная высота штабеля.
Расстояние до стены.
Место для разворота людей.
Вес нижних рядов.
И самое важное – конкретный вид товара.
Если сложить всё до потолка, в книгу можно записать почти любое красивое число.
А потом половину груза невозможно ни достать, ни осмотреть, ни вывезти, не разобрав всё помещение.
Бран знал это интуитивно.
Я переводила в расчёт.
Нора проверяла, не забыли ли мы местную реальность.
Получалось хорошо.
И снова не потому, что я пришла из двадцать первого века и принесла людям тайное знание арифметики.
Они прекрасно умели считать.
Просто раньше никому не требовалось доказывать вместимость собственного склада человеку, который видел только книгу.
Мы поставили на полу отметки.
Бран показал, как обычно размещали именно этот груз.
Я посчитала ряды.
Потом ещё раз.
– Максимум?
Он назвал число.
Я посмотрела в книгу.
Разница была почти в треть.
Не три процента.
Не обычная потеря.
Не округление.
Треть.
Я почувствовала, как внутри появляется то самое рабочее спокойствие.
Когда проблема наконец перестаёт быть ощущением.
– Ещё раз, – сказала я.
Бран вздохнул.
– Что ещё?
– Попробуем максимально плотно.
– Так никто не ставит.
– Знаю.
– Это опасно.
– Знаю.
– Тогда зачем?
– Потому что хочу убрать возможность ответа «а если бы поставили плотнее».
Он посмотрел на Нору.
– Она всегда такая?
– Последние дни да.
– Сочувствую.
– Поздно.
Мы пересчитали и самый нереалистичный вариант.
Даже если пренебречь нормальными проходами, прижать товар к стенам и сложить выше, чем Бран когда-либо разрешил бы, заявленный объём всё равно не помещался.
Совсем.
Я стояла посреди пустого склада и смотрела вверх.
На балки.
На стены.
На пространство.
Очень полезная вещь – стена.
С документом можно спорить.
Можно найти другую копию.
Можно сказать, что писарь ошибся.
Стена не умеет подстраиваться под версию.
Она просто стоит.
И сообщает:
сюда не влезает.
– Когда партия пришла? – спросила я.
Нора назвала дату.
– Ночью?
Она проверила книгу.
– Да.
Я посмотрела на Брана.
Он не сразу понял, почему.
Потом лицо изменилось.
– Подождите.
Он подошёл к двери.
Остановился.
Посмотрел во двор так, будто пытался восстановить старую картину поверх сегодняшнего утра.
– Тогда дождь был.
Нора нахмурилась.
– Ты уверен?
– Не в дату.
Он ткнул пальцем в книгу.
– Но если это тот груз, думаю да. Река поднялась, разгружали поздно. Я ещё ругался, потому что люди промокли.
Вот теперь память получила опору.
Не цифру.
Погоду.
Физическое событие.
– Кто привёз?