Страница 138 из 182
– Он не ожидал одновременного разрушения нескольких узлов. Не ожидал воздействия тихой соли на драконов. И утверждает, что не соглашался участвовать в массовой диверсии.
Каэр усмехнулся.
Без веселья.
– Очень принципиальный вор.
– Возможно.
Северт не позволил презрению заменить факт.
– Но именно страх получить обвинение не в коррупции, а в государственной диверсии заставил его сотрудничать.
Вот что спасало нас.
Не совесть.
Страх.
Иногда достаточно.
– И что он дал?
Северт посмотрел на Каэра.
Потом на меня.
– Имя человека, который сообщал ему, какие документы будут проверяться, где можно провести партию без дополнительного осмотра и когда нужно изменить запись задним числом.
Комната стала совсем тихой.
– Кто?
– Заместитель королевского инспектора военных складов.
Я уже знала имя из списка людей Вейрхольма.
Видела в документах.
Человек, который имел законный доступ почти ко всему, что мы считали подозрительным.
– Норрен Вальт, – сказал Северт.
Сорок два года.
Королевский инспектор.
Внутренний человек.
Вот следующая ступень.
Не Морвей.
Пока нет.
Норрен.
Я вспомнила первые хозяйственные проверки.
Вежливые объяснения служебной системы.
Людей, которые не мешали нам смотреть документы.
Потому что умный внутренний агент не закрывает дверь.
Он показывает тебе правильную папку.
– Гесс уверен?
– Называет его прямо.
– Платил ему?
– Иногда через посредников.
– Есть доказательства?
– В изъятых счетах несколько записей совпадают с датами встреч, которые Гесс описал.
– Этого достаточно?
– Для задержания и обыска достаточно.
Я выдохнула.
– Где Норрен сейчас?
Северт посмотрел на Каэра.
Тот ответил:
– В служебном корпусе королевских складов.
– Он знает, что Гесс задержан?
Пауза.
– Не должен.
Я закрыла глаза.
– Пожалуйста, больше никогда не говорите мне эту фразу.
Никто не улыбнулся.
Потому что мы уже слишком хорошо знали её цену.
Норрена пошли брать до рассвета.
Я не участвовала.
Снова.
И впервые это не казалось исключением из моей собственной истории.
У меня была другая работа.
Я вернулась в штаб.
Разложила поставки.
Три нестабильных узла.
Испорченные проводники.
Задержанные обозы.
Драконы с признаками подавления сердечного пламени.
Гесс подтвердил механизм движения материалов.
Теперь мы знали, как система годами создавала недостачу.
Но ещё не знали, куда направлен главный удар.
Это уже становилось моей частью.
Маршруты.
Даты.
Объёмы.
Не люди с мечами.
Товар.
Я работала около часа.
Потом появился Каэр.
Один.
По лицу поняла.
– Ушёл?
– Да.
Конечно.
– Когда?
– Неизвестно.
– Комната?
– Пустая.
Я закрыла глаза.
– Документы?
– Часть уничтожена.
– Каким способом?
– Печать на служебном шкафу вскрыта. Внутри почти ничего.
Я посмотрела на него.
– Значит, знал.
– Да.
– О Гессе?
– Или о том, что круг сжимается.
Я встала.
Подошла к карте.
Где-то внутри Вейрхольма или уже за его стенами находился человек, который два года видел запросы, менял данные и предупреждал сеть.
И теперь этот человек понял:
Гесс заговорил.
Норрен больше не был тихим чиновником внутри системы.
Он стал беглецом.
А бегущий человек часто делает ошибки.
Или пытается закончить работу раньше, чем его остановят.
На карте передо мной лежали три повреждённых участка Севера.
Я смотрела на них и впервые подумала не о том, где враг уже ударил.
О том, куда он собирается ударить дальше.