Муцянь

37 Могильник в лесу

Путь им преградил один из притоков Чанцзяна, на этот раз с настоящим прочным мостом. Сяоцинь сверился с картой, ведя пальцем по нарисованному извилистому речному руслу.

— Мы сейчас здесь, – сказал он, – а попасть должны вот сюда.

Чэнь Ло поглядел на мост. Погонщик как раз перегонял через него стадо волов. Их гладкие спины блестели, крутые бока сталкивались, острия рогов пронизывали поток, мощные копыта поднимали пыль. Чэнь Ло впервые видел волов так близко, потому уставился на них во все глаза. Сяоцинь интереса к стаду не проявил, пробормотал только:

— У-у-у, глазищи..

Глаза у волов действительно были огромные и, словно по команде, поворачивались в сторону Чэнь Ло и Сяоциня, когда волы проходили мимо них.

— Сейчас через мост не перейти, – сказал Чэнь Ло, – придётся дожидаться, когда перегонят всё стадо. Не то нас затопчут.

— Да кто бы туда сунулся, – проворчал Сяоцинь и, как показалось Чэнь Ло, даже немного попятился.

«Да он их боится», – понял Чэнь Ло и, чтобы ободрить мальчишку, приобнял его за плечи:

— Не такие уж они и страшные.

Но Сяоцинь заботы не оценил, дёрнул плечом, сбрасывая руку Чэнь Ло, и исподлобья уставился на него.

— Что? – удивился тот.

— Ничего, – буркнул Сяоцинь.

Чэнь Ло озадаченно понюхал своё плечо и счёл нужным уточнить:

— Не от меня пахнет. Это воловий дух.

Но настроение у Сяоциня всё равно уже испортилось, он отошёл в сторону, набрал камешков и стал швырять их в реку один за другим. «Взлетающий лебедь» пошёл ко дну, даже не успев расправить крылья, и когда Чэнь Ло всё же решил показать мальчишке, как это правильно делается, тот уже умудрился потопить всю стаю. Чэнь Ло подобрал камешек, чуть наклонился и запустил такого «лебедя», что тот, подпрыгивая и создавая круги на воде, доскакал чуть ли не до другого берега и только там утонул.

— Вот так надо, – сказал Чэнь Ло.

— А тебе лишь бы хвастаться, – буркнул Сяоцинь.

Чэнь Ло обиделся, учить мальчишку запускать «лебедей» ему сразу расхотелось. И когда это он хвастался? Он никогда не говорил: «Я лучше знаю» или что-нибудь подобное.

— Ты ко мне несправедлив, – сухо сказал Чэнь Ло и вернулся к мосту.

Стадо всё ещё не перешло. Погонщик, заметив Чэнь Ло, виновато ему поклонился. Чэнь Ло поднял ладонь в знак того, что никуда не торопится и прекрасно может подождать.

Последними шли старые волы с истёртыми верёвками шеями и обвислыми животами.

Погонщик остановился и сложил кулаки:

— Жаль, что молодому господину пришлось ждать.

— Я никуда не тороплюсь, – успокоил его Чэнь Ло. – У моего спутника желчь взыграла. Жду, пока успокоится.

Погонщик поглядел на всё ещё швыряющего камни в реку Сяоциня и понимающе кивнул.

— А что, далеко до Фэнъяна? – спросил Чэнь Ло, припомнив название следующего «перевалочного пункта» на карте.

— В пяти ли отсюда, если через лес, в двадцати, если в обход, – посчитав на пальцах, ответил погонщик. – Только я, молодой господин, напрямки бы не пошёл.

— Отчего? – удивился Чэнь Ло. – Разумно ведь срезать путь.

— Нехорошее место, – сказал погонщик, понизив голос и сотворив священный знак. – Местные его стороной обходят.

— А что не так с этим местом? – полюбопытствовал Сяоцинь, который незаметно подошёл и тоже внимательно слушал.

Погонщик поскрёб затылок:

— Да как сказать.. В былые времена там было побоище, много народу полегло, вот люди и болтают о призраках.

— А сам ты их видел? – насмешливо спросил Сяоцинь.

— Что ты! – испуганно взмахнул руками погонщик. – Я туда ни ногой и вам не советую.

И он поспешил вслед за воловьим стадом, точно за ним уже гнались призраки и щипали его за пятки.

— Призраки? – усмехнулся Чэнь Ло. – Двадцать ли в обход только потому, что испугались какого-то древнего могильника?

— Призраки.. – задумчиво проговорил Сяоцинь. – Никогда не видел.

— Потому что их нет, – сказал Чэнь Ло, – уж ты-то должен знать.

— Я? – удивился Сяоцинь.

— Конечно. Не являлся же тебе аптекарь Сян, а просто в кресле сидел, пока мы его не похоронили.

— Но люди-то верят.

— Я тебе вот что скажу. Один раз в нашем поместье тоже завёлся призрак. В амбаре. Будто бы шумел там, переворачивал ящики и скрёбся в двери. Отец даже хотел шамана позвать.

— И что? – широко раскрыв глаза, спросил Сяоцинь.

— А ничего. Дверь открыли, а оттуда Мао-Мао выскочил. Его кто-то из слуг нечаянно запер. Наверное, когда амбар открывали зачем-то, Мао-Мао пробрался туда и спрятался. Вот тебе и «призрак». Мао-Мао – это наш кот, – счёл нужным уточнить Чэнь Ло. – А тут целый могильник. Может, ворона какая пролетела или летучая мышь, а кто-то услышал, как она крыльями хлопает, и перепугался. Люди будут невесть что болтать, лишь бы застращать друг друга.

— Значит, напрямик пойдём? – уточнил Сяоцинь.

— Пять ли или двадцать – есть разница? – вопросом на вопрос ответил Чэнь Ло. – К тому же если мы хотим попасть в Фэнъян, то обходная дорога не годится. Пять ли мы легко одолеем и остановимся на ночлег уже в посёлке, а если пойдём в обход, то ночевать придётся под открытым небом. Кто за ночлег в гостинице? – и он сам поднял руку.

Сяоцинь тоже ратовал за крышу над головой. Он обронил, что запас пилюль для Чэнь Ло подходит к концу, нужно пополнить, а алхимией полагается заниматься в доме, чтобы ничто не мешало, скажем – внезапный дождь или кровососы. И он звонко хлопнул себя по лбу, куда присосался жирный комар. У реки их были тучи!

Они поспешили перейти мост и двинулись проторённой воловьей дорогой к виднеющемуся далеко впереди лесу. Смотреть приходилось всё больше не по сторонам, а себе под ноги, чтобы не угодить в воловью лепёшку.

У леса дорога разделилась натрое – на две обходных, проторённых, и одну напрямик, нехоженую. Чэнь Ло прикрыл глаза щитком ладони и поглядел на лес.

— Обычный лес, – заметил он.

Но не успел он это договорить, как над лесом поднялись вороны и с громким карканьем разлетелись в разные стороны.

— Где могильник, там и вороны, – сказал Чэнь Ло преувеличенно бодро, хотя, вероятно, следовало бы сказать так: «Где вороны, там и могильник».

— Ты ведь не думаешь, что они разрыли могилы? – невольно поёжился Сяоцинь.

— Глупости! – уверенно возразил Чэнь Ло. – Погонщик ведь сказал, что это было древнее побоище. Сейчас там и костей не осталось. Но если ты боишься, то мы можем пойти в обход.

— Я? Боюсь? – с чувством оскорблённого достоинства переспросил Сяоцинь. – Сам ты вороной пуганый!