Страница 12 из 94
шесть
БИЛЛИ
Я начинала думать, что пытки от головорезов Риччи предпочтительнее, чемблаготворительные вечера.
— Официантка, мне бокал шардоне. На этот раз принесите мне его, пока оно еще холодное.
Я посмотрела на длинноногую брюнетку, двадцатую посетительницу, которая попыталась заказать у меня напиток, и одарила ее обаятельной улыбкой. — Конечно, без проблем. Я сейчас вернусь.
Какой чувак — шутник, устроил так, что все члены семьи Валентины Альтиссимо, которых было не так уж мало, обращались со мной как с официанткой. Я была не просто шлюхой-любовницей, а наемной прислугой.
Что, собственно, меня нисколько не оскорбило. Большую часть своей жизни я была наемным работником, и это была хорошая, честная работа. Во всяком случае, меня позабавила их маленькая игра, которая происходила только тогда, когда отец уводил Анджело поговорить о делах с кем-нибудь из важных персон в зале. Несмотря на его слова о том, что он защитит меня от всех здесь, он мог сделать не так уж много, покаработал.
По крайней мере, на этот раз никто не плеснул в меня вином, так что это была победа. Отходя от дамы с шардоне, я выгнула спину, растягивая возникшую там боль. Нуждаясь в туалете, благодаря множеству воды, которую я выпила в попытке не заснуть среди блеска и гламура, я направилась в сторону туалетов, желая оказаться где угодно, только не здесь.
Не просто здесь, а здесь и трезвой. Было ли худшее сочетание?
Мне стало не по себе, когда я, спотыкаясь, пробиралась сквозь толпу. Мои туфли-лодочки Saint Laurent были всего несколько дюймов высотой, но я не привыкла к каблукам. Или к облегающему черному платьею от Chanel, которое облегало мой маленький животик, грудь и попку, как вторая кожа.
Если бы не рукава до запястий и высокий вырез, я бы чувствовала себя полуголой в этом наряде — несмотря на то, что оно гораздо более консервативно, чем многие из платьев в этом зале. Очевидно, благотворительные мероприятия были более причудливой версией Хэллоуина: идеальный предлог для цыпочки сбросить как можно больше частей своей одежды и не выглядеть шлюхой.
Этот ярлык был за мной в эти дни. Шлюха и официантка.
Эх, меня бы, наверное, обозвали и похуже.
Анджело не допускал, чтобы статьи обо мне в социальных сетях и новостях попадали в поле моего зрения с тех пор, как я попала в его распоряжение, но, без сомнения, средства массовой информации были в восторге от моего внезапного ухода от «Беллероуз». Я могла только представить заголовки газет после того, как стала первой девушкой, которая — встречалась с Реттом Сильвером за целую вечность.
За мной внимательно наблюдали, когда я проходила через большой бальный зал и умудрилась войти в одну из уборных поменьше. Впервые за сегодняшний вечер мне немного повезло, так как в комнате было совершенно пусто.
Потребовалось больше нескольких минут, чтобы привести себя в такое положение, чтобы пописать, не испортив платье. Это дерьмо с беременностью оказалось сложнее, чем я ожидала. Когда я вышла и начала мыть руки у раковины, едва взглянув на бледную тень отражения в зеркале, дверь в комнату открылась. Шум ненадолго донесся вместе с новоприбывшей, прежде чем затих, когда за ней закрылась дверь.
Закончив, я вытерла руки роскошными предоставленными полотенцами для рук и, повернувшись к выходу, столкнулась лицом к лицу с богиней. Она была на голову выше меня, ее каблуки были на добрых шесть дюймов высотой, — она возвышалась надо мной. У нее были огненно-рыжие волосы, на фоне которых мои светлые кудри выглядели совершенно прискорбно. Ее макияж был безупречен, и большие изумрудные глаза изучали меня, когда она поджала кроваво-красные губы, такого же оттенка, как ее волосы.
Ее платье тоже было черным, но гораздо более экстравагантным, чем мое, поскольку струилось по ее фигуре, ниспадая на пол. Очевидно, что и гораздо дороже.
— Белла, я повсюду искала тебя, — сказала она, шокировав меня до чертиков. Быстро моргая, мой желудок начал бурлить, когда я поняла, кем она была: Валентина. Жена. Она была единственным человеком, который имел смысл в этой ситуации, и она была той сногсшибательной красавицей, которая идеально соответствовала высокому, темноволосому и потрясающе красивому Анджело. Черт возьми, она былавеликолепна, а я — та самая другая женщина.
— Нужна официантка? — сказала я, стараясь выглядеть более равнодушной, чем ощущала на самом деле.
Мое сердце колотилось так, что казалось, выскочит из груди, когда я попыталась пройти мимо нее, молясь, чтобы она не остановила меня, пока я не направилась прямо к Анджело, чтобы свалить отсюда. Мы прибыли, он поговорил о делах с отцом и важными людьми, и теперь было время убираться, покаВи не убила меня.
Мои молитвы рухнули, когда ее рука с кроваво-красными ногтями обхватила мою предплечье, но, к моему удивлению, она не впилась ими, как я ожидала.
— Я давно хотела встретиться с тобой, — вдруг сказала она, скромно улыбнувшись. — Извини, что сегодня опоздала, но теперь я здесь, и думаю, пора нам поговорить.
Самый легкий ветерок мог бы опрокинуть меня на задницу, пока я пялилась. — Прости, что?
Я имею в виду, у меня были галлюцинации? Кто-то что-то подсыпал мне в воду?
Другого разумного объяснения не было.
Пока я все еще пыталась понять, не приняла ли я непреднамеренно какой-нибудь страшный наркотик, который перевернул все с ног на голову, Валентина отпустила меня и направилась к двери. Секунду спустя раздался зловещий щелчок замка, вставшего на место, и я стряхнула с себя оцепенение, ожидая, что именно в этот момент ее вежливый фасад исчезнет и она попытается перерезать мне горло своими смертоносными когтями. Черт, она была принцессой мафии; у нее, наверное, был пистолет за пазухой.
— Я не хочу неприятностей, — коротко ответила я, скрещивая руки на груди, как будто это могло защитить меня. На самом деле, все, что это делало, — подчеркивало живот под ними. Глаза Валентины на мгновение задержались на моей средней части тела, прежде чем она сделала глубокий вдох и подняла взгляд, чтобы встретиться с моим.
В ее светло-карих глазах не было гнева; если уж на то пошло, она выглядела спокойной.
— Возможно, ты хочешь тех неприятностей, которые я предлагаю, — просто сказала она, и я была благодарна, что она остановилась в нескольких футах от меня, давая мне ложное чувство безопасности. — Потому что я могла бы стать для тебя очень хорошим союзником в этом мире, и без моего руководства ты могла бы попасть в одну из многих, многих темных ловушек, разбросанных вокруг.