Страница 89 из 109
[080] Четвёртый принц знакомится с Третьей принцессой
В тот день ему исполнилось шесть.
Мать сшила ему новую одежду, и Четвёртый принц был похож на куклу. Он всё ещё был невысок, ниже, чем мальчики его возраста, но детская пухлость уже схлынула. Изящные черты лица, особенно скулы и разрез глаз, проступали с каждым днём всё чётче. В будущем он должен был стать исключительно красивым юношей. Мать иногда сожалела, что ему достались не её глаза: у Четвёртого принца были льдистые глаза, как и у его отца, но как бы хорошо смотрелись на этом лице её, зеленоватые!
Четвёртый принц отправился на прогулку и опять столкнулся со старшими мальчиками. Ему никогда не приходило это в голову, но они являлись к павильону специально, чтобы над ним поиздеваться. Они были старше его на пять-шесть лет. Первый принц и Второй принц были сыновьями той, которую велено называть императрицей, и с молоком матери впитали ненависть к мальчику, которого велено называть братом. Он ничего им не сделал, кроме того, что появился на свет и получил звание циньвана.
— Разрядился, как павлин, – сказал Первый принц, толкнув Четвёртого принца в грудь.
Тот переступил ногами, споткнулся о собственный подол и бухнулся навзничь в лужу. Грязные брызги полетели во все стороны, пачкая новое одеяние. Старшие мальчики расхохотались и обкидали его комьями грязи. Но в этот раз он не пытался подняться, так что им скоро наскучило, и они ушли.
Четвёртый принц лежал в луже и глядел на небо. Оно было прорезано прожилками облаков. Глаза мальчика впервые наполнились слезами. Очень обидно за испорченную одежду! Феи-служанки расписывали ткань вручную, он сам был как кусочек неба в облаках. Но теперь красивый узор был испорчен грязью: тёмные кляксы растекались повсюду.
Кто-то подошёл к нему, взял за подмышки, вынул из лужи и поставил на ноги. Четвёртый принц удивлённо уставился на девочку несколько лет старше себя. Её он видел впервые. У неё были такие же льдистые глаза, как и у Четвёртого принца, и чуть вьющиеся волосы, небрежно свитые в косу и завязанные золотой лентой. Она был очень худой, буквально просвечивала, и очень высокая, на две головы выше Четвёртого принца. Девочка вытащила из рукава платок и стала оттирать замурзанное лицо Четвёртого принца. Тот жмурился, но терпел. После девочка взяла Четвёртого принца за руку и повела обратно к павильону.
Богиня небесных зеркал, увидев грязное одеяние, всплеснула руками.
— Тётушка, – сказала девочка, вежливо поклонившись.
— Третья хоу, - сказала богиня.
Четвёртый принц знал, что так называют дочерей Императора.
«Так она тоже из тех, кого велено называть», – подумал он.
— Тебе не стоило вступаться, – сказала богиня небесных зеркал. – Ты навлечёшь на себя гнев твоей матери.
Третья принцесса пожала плечами с самым наплевательским видом и сказала, нахмурившись:
— Они только и могут, что обижать слабых и тех, кто не может им возразить.
— Ничего не поделаешь, – сказала богиня со вздохом.
— Это неправильно, – возмутилась Третья принцесса.
— Я не хочу, чтобы они меня обижали! – сказал вдруг Четвёртый принц.
Мать удивлённо на него посмотрела. Он впервые высказал вслух какое-то желание. Обычно он был неразговорчив и даже угрюм. Ей приходилось догадываться, о чём он думает или чего хочет, но у неё не всегда получалось, иначе бы она не давала ему цукатов.
Третья принцесса подошла к нему, заглянул ему в лицо и спросила:
— Хочешь узнать, что для этого нужно сделать?
Четвёртый принц кивнул. Хоть Третья хоу и была из тех, кого велено называть, но неприязни к ней он не испытывал. Сказать больше, он как-то сразу проникся к ней симпатией. От неё веяло теплом.
— Если не хочешь, чтобы тебя обижали, стань сильнее.