Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 77 из 190

В Ватре редко выдавались такие серые дни. Астрид подозревала, что всему виной Мьёльнир, устроившийся на одном из выступов крепостной стены. Возможно, именно из-за него небо затянули оловянные тучи. Они как нельзя лучше подходили к тому, ради чего все собрались перед Храмом Араха: казни.

Тревожное ржание лошадей из конюшен нарушало тишину, словно животные чувствовали, что вот-вот должно случиться. Мать стояла, скрестив руки на груди, и постукивала пальцами по предплечью. Это было единственным проявлением нетерпения, пока они ждали появления заключённого. Самого мужчину Астрид ещё не видела и потому не знала наверняка, тот ли это человек, который напал на неё. Но мать, присутствовавшая на допросах прошлой ночью, заверила её, что это именно он.

— Он не смог найти

Целителя

достаточно сильного, чтобы вернуть себе глаз. Это точно он, — сказала она Астрид, и в её голосе прозвучала гордость. — Впрочем, там, куда он отправится, глаз ему уже не понадобится.

—

Сколько ещё их ждать?

— пожаловался Бастет, растянувшись между Квинс и Бьорном.

Теперь, когда ватранцы знали о его существовании, Бастет настоял, чтобы его перестали держать взаперти в комнате Астрид. В ответ Астрид потребовала хотя бы дождаться, пока он полностью оправится после покушения. Восстанавливался он дольше, чем она ожидала. Не из-за самих ран, а потому, что чувствовал себя опустошённым, словно из него вытянули всю магию.

—

Не выношу всей этой помпы и церемоний. Особенно когда король уже вынес ему приговор.

— Думаю, всё это устраивается скорее для нас, чем ради чего-то ещё, — ответила её мать. — Чтобы показать, что они воспринимают произошедшее всерьёз.

— И ради королевского самолюбия, — добавила Джесса, лениво поглаживая золотой кнут.

—

Ненавижу признавать, что согласен с котёнком. И вообще, я голоден,

— заявил Квинс.

Бастет замахнулся на него лапой, но Квинс её оттолкнул.

— Ты вечно, чтоб тебя, голоден, — поморщилась Джесса, достала кусок сушёной колбасы и бросила его лису.

В нескольких шагах от них стояли Скайлар и Аксель. Скайлар со скучающим видом оглядывалась по сторонам, и Астрид, не успев передумать, направилась к ней. Скайлар поправила шпильку в волосах. Аксель демонстративно игнорировал её присутствие.

— Значит, тебе тоже довелось познакомиться с убийцей. Как ты?

— Намного лучше при мысли, что этот сопливый ублюдок скоро сдохнет. Желательно мучительной смертью.

— У тебя определённо талант подбирать слова.

Взгляд Астрид скользнул к храму. Его по-прежнему защищали чары, и без короля внутрь было не попасть. Любого, кто попытался бы это сделать, расплавило бы изнутри.

— Не могу решить, что хуже, — сказала она. — Быть той, кого собираются убить, и знать, что смерть приближается, или той, кто даже не подозревает, что вот-вот умрёт.

— Тут и думать нечего, Маленькая Ведьма. Я бы предпочла знать. Хотя бы иметь возможность хоть что-то контролировать. Я бы хоть каждый день выходила против драконов, лишь бы не сидеть и не ждать, свалюсь ли вдруг замертво.

Скайлар бросила на неё взгляд искоса.

Ни усмешки, ни презрительного фырканья, ни издёвки. Только дурацкое прозвище. Уже прогресс.

В последнее время Астрид часто думала об Острове Драка. И не только о том, что будет, если Скайлар действительно свяжет себя узами с драконом. Для начала ей нужно пережить сам остров, а тут Астрид могла помочь. Пусть и совсем немного.

— У меня есть кое-что для тебя.

Астрид достала из-за пояса маленький пузырёк и протянула его Скайлар.

— Это целебный раствор. Пригодится, когда отправишься на Драку.

Скайлар даже не потянулась за ним, зато Аксель поднял ладонь и бесстрастно произнёс:

— Она не возьмёт ничего из того, что ты ей предлагаешь, ведьма.

Слово «ведьма» прозвучало в его устах как проклятие. Астрид не могла понять, относилось ли это холодное презрение ко всем ведьмам или предназначалось исключительно ей.

Скайлар выхватила пузырёк у неё из руки, не сводя взгляда с Акселя.

— Она сама решит, что ей делать, а что нет.

Астрид едва удержалась от улыбки. Надо же. Спасибо, Аксель.

— Ты не можешь ей доверять. Ведьмам нельзя доверять.

— Вообще-то, мой драгоценный страж, она единственный человек, которому я могу доверять. По крайней мере, рядом с ней я не боюсь получить нож в спину.

Аксель уже был готов возразить, но что-то отвлекло его внимание.

— Они идут, — сказал он.

Астрид и Скайлар одновременно повернули головы.

Мужчина в капюшоне, со связанными руками, спотыкаясь, шёл к храму. Его окружали дреки и Первородные в чёрных плащах, неизменно сопровождавшие королеву. Следом шли сама королева, король и Зриан.

Зриан, как всегда, был греховно красив в своей серой кожаной одежде. Чёрные пряди падали ему на глаза, а влажные кончики слегка завивались у ушей, будто он только что вышел из душа.

Мысли Астрид тут же уплыли совсем не туда, куда следовало. Само по себе это было плохо, а уж сейчас, когда человека собирались казнить, и вовсе недопустимо.

Она передёрнула плечами, словно это могло хоть чем-то помочь.

Не помогло.

Она снова посмотрела на Зриана, потому что, видимо, была мазохисткой, и обнаружила, что он уже смотрит на неё.

Он не улыбался. Лишь неторопливо окинул её взглядом с головы до ног. И хотя на ней были обычные синяя туника и штаны, под этим взглядом ей казалось, будто она одета во что-то куда более откровенное.

Наконец он отвёл глаза, нашёл взглядом Акселя и коротко кивнул ему, после чего подошёл ближе. Молча ждал, пока его родители пройдут вперёд, в храм. За ними последовали мужчина в капюшоне и стражники, затем её мать и Бьорн. Джесса, Квинс и Бастет остались неподалёку, наблюдая за Астрид и той странной компанией, частью которой она неожиданно для себя стала.

Зриан наклонился к Акселю.

— Прошлой ночью ты выходил из дворца. Не самая удачная затея.

— Но она сработала, разве нет? — проворчал Аксель.

Зриан медленно повернул голову к нему. Лицо у него было мрачнее грозового неба.

Но взгляд Скайлар затмевал всё.

— Ты использовал меня как приманку?

Голос у неё был пугающе тихим, и будь Астрид на месте Акселя, уже искала бы способ исчезнуть.

— Я сделал то, что должен был сделать, — ровно ответил Аксель, почти не глядя на неё.

Богиня, да он мог её убить. Мог убить их обеих.