Кровная связь

— Когда умерла моя мать, отец так и не смог оправиться. Он тоже служил королю. У перевала Саркана у него было небольшое поместье.

Родиться в знатной семье. Каково это — никогда не беспокоиться о куске хлеба?

— После учёбы я должен был вернуться туда. Мне дали лучшее образование, какое только можно было получить в замке. Этим я обязан матери.

Скайлар кивнула, словно понимала, о чём он говорит. Хотя всё её образование сводилось к одной детской книге, которую она перечитывала снова и снова.

— Он покончил с собой, — ровно сказал Аксель. — После её смерти.

У Скайлар сжалось сердце. Пальцы сами собой впились в землю. Аксель смотрел перед собой.

— Потом оказалось, что поместье совсем пришло в упадок. Он надеялся, что мать вернётся и всё исправит. Так и написал мне в письме.

Последние слова прозвучали с плохо скрытой горечью.

— Грёбаный Ваар, — прошептала Скайлар. Не слишком изящно. Но других слов у неё не нашлось.

— Мне так жаль.

И это была правда. Потому что он потерял обоих родителей. Потому что она знала, каково это — остаться одной.

Он медленно вдохнул.

— Всё это было давно. Просто я пытаюсь объяснить… — Он провёл рукой по волосам. Даже не будучи

Чтецом

, можно было понять, как трудно ему подобрать слова. — Когда это случилось, у меня ничего не осталось. Ни семьи. Ни дома, который можно было бы назвать своим. А вдобавок Зриану пришлось в одиночку сражаться с ведьмой-убийцей. Выходит, моя мать не справилась с тем, ради чего её наняли.

— По-моему, если человек погиб, защищая кого-то, это нельзя назвать провалом.

— Король и королева могли бы посмотреть на это иначе. Некоторые правители именно так бы и решили.

Скайлар негромко фыркнула. Её раздражало и то, что такие люди вообще существуют, и то, что Аксель почему-то приводил это как довод в пользу своих правителей.

— Но они так не поступили. Королева Оттилия предложила мне остаться в замке. Дала мне место. Цель. Дом.

Снова это слово. Дом.

— И ты чувствуешь себя её должником?

— Наверное. Но не только поэтому. За эти годы я увидел, чем живёт эта страна. Я знаю, насколько важно поддерживать течение магии Сердца. Знаю, что тебе не нравятся эти методы. Имеешь право. Возможно, когда станешь королевой, ты найдёшь другой путь. Но поверь: всё, чего я хочу, чтобы страданий стало меньше. Потому что всё могло быть гораздо хуже. Несравнимо хуже.

Когда станешь королевой. Она почти не слышала остального. Эти слова застряли в голове.

— Скайлар?

Она подняла взгляд.

— Прости за то, как я обращался с тобой после твоего прибытия.

— Сегодня ты на удивление щедр на извинения.

Он пропустил её попытку смягчить разговор мимо ушей.

— Моя мать погибла, защищая Зриана. Она любила его. И я знаю, что в тот момент видела в нём не принца. Просто человека, которого нужно спасти. Но в итоге всё равно отдала жизнь ради того, чтобы он смог выйти на арену. Чтобы Ватра победила.

— А потом появилась я и всё испортила.

На этот раз ей почти удалось скрыть горечь.

— Это была не твоя вина.

— Нет. Не моя.

Она встретила его взгляд.

— Спасибо, что попытался объяснить.

На губах Акселя мелькнула едва заметная улыбка.

— Спасибо, что выслушала.

Наверное, это и было самое большое взаимопонимание, на которое они были способны. И самое большое, которого им вообще следовало искать.

Но от этого Скайлар не переставала замечать, насколько близко они сидят. Как легко было бы немного подвинуться и коснуться его бедра своим. Просто посмотреть, что произойдёт.

Лунный цветок и вино притупили осторожность. Но от этого происходящее не становилось менее настоящим.

Аксель смотрел на неё так, будто догадывался, о чём она думает. Будто ждал. Не решаясь сделать первый шаг. Не желая первым перейти черту.

И тут ночь прорезал вой. Протяжный. Отчаянный. Звериный.

Скайлар вскочила ещё до того, как успела осознать, что делает. Она не знала, что произошло. Не знала, что это за звук. Но сразу поняла: случилось что-то ужасное.

Вой раздался снова. Он перекрыл музыку и расколол ночь надвое. Остатки дурмана лунного цветка словно смыло ледяной водой.

Она бросилась к двери из коры и плюща. Аксель сразу последовал за ней.

У одного из столов уже собралась толпа. Торговец по соседству, продававший дорогие амулеты из драконьего стекла, нервно оглядывался и торопливо убирал товар.

Скайлар рванулась к месту переполоха. Сердце колотилось где-то в горле. В ушах стоял звон.

Она плечом оттеснила кого-то с дороги.

— Пропустите, пожалуйста.

Голос Акселя прозвучал спокойно и властно.

Она не знала, пустил ли он в ход свою силу, но толпа расступилась.

И они увидели тело.

Оно лежало на земле. Кровь медленно вытекала из раны в животе.

Сначала Скайлар увидела рану. Только потом заметила волосы цвета индиго, рассыпавшиеся по лицу, и маску пантеры с кружевными крыльями по бокам.

Они стояли слишком далеко, чтобы разглядеть глаза за прорезями. Но Скайлар и без того знала, какого они цвета. Цвета глубокого океана в солнечный день.

К горлу подступила тошнота. Пошатываясь, она шагнула вперёд. Никто не подходил близко. Словно так можно было остаться непричастным. Никто даже не проверил, жива ли она. Её просто оставили лежать одну. Паника накрыла Скайлар с головой. Она потянулась к женщине своей силой. Магия рвалась вперёд, готовая ухватиться за любую искру жизни. Но ничего не обнаружила.

Белый лис снова завыл.

Теперь она увидела его. Он подбегал к телу, тыкался в него носом, отскакивал назад и снова выл. Звал на помощь.

На одно короткое мгновение ледяные голубые глаза встретились с её глазами. И хотя она была ватранкой, лис словно увидел в ней единственного возможного союзника среди врагов.

Но было уже поздно.

Потому что Астрид умерла.