Страница 70 из 75
— Я люблю тебя, Джастис, — прошептал он мне прямо в ухо, его губы касались моей кожи с каждым словом. — Не могу поверить, что ты у меня на руках, живая и в безопасности. Не знаю, чем я заслужил такой подарок, но обещаю тебе: я никогда не приму тебя как должное. Ни на секунду нашей очень долгой совместной жизни.
Конечно, нам пришлось поцеловаться снова, но в конце концов мы нашли время, чтобы поделиться своими историями. Я рассказала ему подробности схватки с президентом, а он поведал о том, как на него напали через щит, и как он нашел меня, покрытую рубинами.
— Его талисман был могущественным. Он прорезал мой щит, истощив меня до предела, — сказала я.
Джейкоб нежно поглаживал каждый след, который видел на моей коже, его лицо было мрачнее тучи.
— Ты не должна была сражаться с ним в одиночку, — пророкотал он. — Прости меня, Руби.
— Это не твоя вина. Мы оба внесли свой вклад в спасение мира и нашли путь друг к другу.
Джейкоб не выглядел убежденным, но перестал бичевать себя, рассказав всё, что я пропустила, пока была в камне.
— Жозефина сказала, что это мой единственный шанс, — проговорил он, дойдя до момента, когда отдал меня рубиновым полям. — Она улетела вчера, а я ждал, охраняя тебя.
— Я два дня боролась за жизнь?
Я не могла в это поверить; для меня между моментом заточения и освобождения прошли считанные минуты.
Он кивнул.
— Самые долгие два дня в моей жизни, но ты не сдавалась, ты не переставала бороться. — Его большой палец скользнул по моей щеке. — Мой маленький воин.
Жар зародился глубоко в моем теле, и именно тогда я заметила, что большинство болей утихло, сменившись другой тягой, которую могло утолить только одно: мой пара. Джейкоб, должно быть, почувствовал это через нашу связь; в его глазах вспыхнул огонь. Он покачал головой.
— Малышка, ты ранена.
Я всё еще сидела у него на коленях, поэтому развернулась, чтобы сесть на него верхом.
— Это мне не повредит. Напротив, если ты не будешь меня касаться, мне будет гораздо больнее.
Он вглядывался в моё лицо, даже проникал в мой разум, изучая моё физическое и психическое состояние. Я открыла наши узы настежь, чтобы он увидел: я более чем готова принять любовь своей пары. Я едва не упустила шанс сделать это снова и не собиралась ждать ни секунды. Одна его рука легла мне под ягодицы, другая запуталась в волосах на затылке, притягивая ближе. На этот раз наши губы встретились в отчаянном поцелуе; мы пробовали друг друга на вкус так, словно этот раз мог стать последним. Я приподнялась, прижимаясь к нему, и он взял эти движения под контроль, властно удерживая меня за бедра.
Отстранившись, я жадно хватала ртом воздух, одновременно пытаясь сорвать с Джейкоба рубашку. Как только он оказался обнажен, мои руки скользнули по его широким плечам и вниз по груди, которая не раз становилась главной темой моих фантазий. Его кожа была светлее моей — бронза против моего «рубинового черного», и мне безумно нравился этот контраст.
— Руби, — простонал он, — я продержусь чертовы пять секунд, если ты будешь так меня касаться.
Хриплый смех вырвался у меня; должна признать, это было мощное чувство — видеть, как сильно он на меня реагирует.
— Мне нужно касаться тебя, — прошептала я, наклоняясь, чтобы прижаться губами к его коже. Его мышцы были широкими и теплыми, они перекатывались под моими ласками.
Когда он больше не смог терпеть, он сорвал с меня рубашку — вернее то, что осталось от этого лохмотья. Я была рада видеть, что от ран остались лишь бледнеющие следы. Бюстгальтер последовал за рубашкой, и его рот накрыл мои соски. Он ласкал их языком, пока они не стали твердыми и чувствительными. Ощущения нарастали, и я гадала, не доведет ли он меня до оргазма одной лишь стимуляцией груди. С каждым его движением я всё сильнее прижималась к нему. Ладно, может, дело было не только в груди, но… боже.
Он отстранился как раз перед тем, как я потеряла контроль.
— Я хочу, чтобы твой первый оргазм сегодня случился, когда я буду внутри тебя, — прошептал он, осыпая мои губы медленными поцелуями. — Как бы мне ни хотелось любить тебя весь день, твоя семья и моя ждут нас, так что у нас есть одна попытка.
Он был прав, было эгоистично заставлять их всех ждать и гадать, так что нам пришлось поторопиться. Когда вся одежда исчезла, я снова скользнула к нему на колени. Головка его члена дразнила мой вход, заставляя меня стонать и кусать губы. Несмотря на то, как сильно я его желала, моему телу потребовалось мгновение, чтобы привыкнуть, когда я опустилась на него.
Руки Джейкоба сжали мои бедра, и когда я начала двигаться, он откинул голову назад; напряженные мышцы шеи так и манили наклониться и коснуться их языком. Я двигалась быстрее, мы наслаждались близостью наших тел. Его глаза встретились с моими, удерживая меня в своей зеленой глубине, и, несмотря на то что места для маневра было немного — мы были плотно сплетены в этой позе, — это был самый интенсивный секс в моей жизни.
— Я люблю тебя. Черт, я так сильно тебя люблю, — шептал он, покрывая поцелуями каждый участок моей кожи, до которого мог дотянуться. — Я больше никогда тебя не отпущу.
В глазах жгло. Тело горело. Удовольствие спиралью уходило вверх, и я вскрикнула, когда оргазм взорвался внутри, разлетаясь вокруг нас подобно сексуальной бомбе. Эта энергия была поглощена рубинами, а затем снова вернулась в нас, усиливая ощущения до предела, пока я не начала выкрикивать имя Джейкоба. Он приподнял меня, чтобы толкаться еще сильнее, пока не достиг пика сам, не замедляя движений, пока мы оба не утонули в наслаждении.
Казалось, прошли часы, прежде чем мы наконец насытились.
— Ну и дела, — выдохнула я. — Может, виной тому близость смерти, но я не помню, чтобы секс когда-либо был
таким
.
Джейкоб рассмеялся — богатым, хриплым смехом, и я вздрогнула от одного взгляда на него.
— Не уверен, что готов отпустить тебя прямо сейчас, — пробормотал он, всё еще оставаясь глубоко внутри меня. И, конечно, это заставило меня снова захотеть продолжить с того места, где мы остановились. С вздохом я наклонилась и поцеловала его.
— Как бы я ни хотела второго раунда, мы не можем быть эгоистами.
С сожалением в глазах Джейкоб не стал спорить, помогая мне подняться. Когда я встала, магия скользнула по моей коже, и благодаря Джейкобу моя испачканная кровью и любовью кожа мгновенно стала чистой, а на мне появилась новая одежда и мягкие кожаные сапоги выше колена.
— Как ты это сделал? — ахнула я.