Страница 19 из 75
— Ты же знаешь, они этого не сделают. Это слишком близоруко. Готова поспорить, они придумают план, как всё развернуть и заставить его горько пожалеть о попытке шантажа.
Джесса вытаращила глаза; казалось, она была готова запустить огненным шаром в стену, на которую свирепо пялилась. К счастью, она была оборотнем и не могла просто так взрывать вещи. Я была уверена, что это спасло немало жизней — и стен.
— Как у вас дела с Джейкобом? — спросила Грейс, меняя тему. Это было не совсем то, о чем мне хотелось говорить, особенно после того, как я сбросила на него ту бомбу про «истинную пару» и почти ничего не получила в ответ. Справедливости ради, у нас было мало времени на обсуждение до появления Тайсона, но отсутствие ответа со стороны Джейкоба само по себе ощущалось как ответ.
— Знаешь, — вздохнула я, — сама не знаю. Мы много ругались — не поймите меня неправильно, но он оказался не таким, как я думала… не таким самоуверенным или заносчивым.
На самом деле он был внимательным, заботливым и защищал меня так, что я не чувствовала себя в ловушке. Зараза залез мне под кожу, и я, по глупости, этого не предвидела.
Джесса фыркнула, переведя взгляд со стены на меня.
— Не заносчивый? Это не похоже ни на одного из моих Компассов.
Моих…
Меня чертовски задело то, как небрежно она это сказала, будто она какая-то леди со своим личным гаремом из Компассов. Ни Грейс, ни Миша не отреагировали, и я знала, что веду себя нелепо, цепляясь за это слово. Джесса дружила с ребятами с пеленок и имела в виду только это, ведь она была счастлива в паре с Брекстоном. Но… это всё равно меня задело.
— Ты права, это странно, — сказала я, отмахиваясь от этих мыслей, — но вместо заносчивости он был в основном зол… —
И добр, и мил, и заботлив.
— Зол? — переспросила Джесса, наморщив лоб, будто пытаясь это представить.
— Постоянно терял контроль над своей силой огня. Впечатывал солдат в стены точным ударом ветра. Всякое такое. Это было странно, потому что до поездки Джейкоб казался самым спокойным и невозмутимым из четверых.
Джесса выглядела обеспокоенной. Это было видно по наклону её голубых глаз и тому, как она закусила полную губу. Она смотрела мне прямо в глаза, словно заглядывая в душу.
— Это совсем на него не похоже, — пробормотала она.
Грейс выпрямилась:
— Тайсон был таким же, когда мы только начали снова сближаться.
— Макс тоже, — добавила Миша.
Джесса перевела взгляд с одной на другую:
— Вы хотите сказать, что Джастис и Джейкоб — истинная пара?..
Все трое уставились на меня, и я вздохнула:
— Да, я призналась ему, что, по-моему, мы можем быть истинной парой. Он выбивает меня из колеи с нашей первой встречи.
— И что сказал Джейкоб? — быстро спросила Джесса. В её голосе не было недовольства этой возможностью, и напряжение в моих плечах немного спало.
— Он как бы отмахнулся, намекнув, что, возможно, нам лучше никогда этого не выяснять.
Я старалась не обижаться; момент был паршивым, я первая это признаю. Но, черт возьми, это было больно.
— Я убью его, — в сердцах сказала Джесса. — За него я всегда переживала больше всех, потому что он всё держит в себе и прикрывается шуточками. Он в этом мастер, и большинство не замечает, что это маска.
Она знала его так хорошо. Я не могла этого отрицать. И у неё было право называть его своим в том смысле, который она вкладывала.
Стая. Семья. Жизнь.
— Джейкоб, по сути, сказал, что не хочет исследовать то, что между нами, потому что я тоже лишаю его равновесия, и ему это не нравится.
Был ли он прав в том, что мы слишком взрывоопасны друг для друга? Я выживала всё это время, следя за тем, чтобы никогда не привязываться настолько сильно, чтобы мне могли причинить боль. Это означало, что я всегда могла уйти. Джейкоб заставит меня привязаться. Он сделает так, что я никогда не смогу уйти. Возможно, для этого я тоже была недостаточно сильна.
Передняя дверь распахнулась, и только мы с Грейс вздрогнули от её удара о стену. Оборотни в комнате услышали их приближение еще до того, как они ступили на крыльцо. Как только Компассы вошли внутрь, я почувствовала прохладную природную энергетику Джейкоба. Она пахла свежескошенной травой и дождем в засушливый пыльный день. Два моих любимых запаха, напоминающих о ферме с бабушкой.
Максимус вошел первым, направился прямиком к Мише, обхватил её длинными руками и приподнял, прижимая к себе.
— Привет, детка, — пробормотал он, прижимаясь губами к её губам так, словно не видел её недели, а не час. Она растаяла в его объятиях с блаженным лицом.
Черт. Обожаю их. Они — идеальная пара. Все в этой комнате были такими. Кроме нас с Джейкобом: двух покалеченных созданий, которые боятся потерять сердце.
Говоря о нем — он подошел прямо ко мне.
— Он прислал доказательства? — спросила я, удивленная его напряженным взглядом. Он осмотрел меня с ног до головы, словно проверяя целостность, и расслабился, только когда убедился, что я в порядке.
— Да, письмо пришло, — пророкотал он с обреченностью. — У него даже больше улик, чем он говорил. Достаточно, чтобы уничтожить нас, если это попадет в мировые СМИ, так что у нас нет выбора, кроме как подыграть ему на время.
Я заставила себя не показывать, насколько сильно это меня задело.
— Я очень надеялась, что ты этого не скажешь.
Он подошел ближе, и мои губы закололо.
Что за фигня?
Нет. Не пойдет.
— Не волнуйся, мы со всем разберемся, — сказал мне Джейкоб, и я вскинула голову, глядя ему прямо в глаза.
— Что это значит?
На этот раз ответил Брекстон:
— Он затребовал отряд из пятидесяти сверхъестественных существ всех четырех рас. Его условие — они должны уметь смешиваться с людьми. Эта группа станет его личным «эскадроном смерти», решая все его задачи и выигрывая для него битвы.
— Нет! — зарычала Джесса, комната внезапно наполнилась энергией оборотня и дракона. У неё самой не было дракона, но сейчас она ощущалась именно так. — Мы не заставим наш народ это делать! Только представьте, сколько компромата он соберет за то время, пока будет контролировать пятьдесят супов. — Она повернулась к Брекстону. — Брекстон, серьезно, мы не можем этого допустить. Я сама полечу туда и прикончу его прежде, чем позволю использовать мой народ таким образом.
Брекстон был лидером всех оборотней в Америке, всех, кроме одного.
— Джесса, детка… — медленно произнес он.