Мертвая невеста

Глава четырнадцатая. День седьмой. 16 августа 2010 года, Цысидзе

Наряд был потрясающе красивый: из шелка насыщенного красного цвета, украшенный вышивкой. По подолу и краю широких рукавов шли розовые пионы и бледные хризантемы, а на плечах распускались нарциссы. В иной ситуации Лусы с удовольствием бы примерила это платье, но сейчас оно пугало ее. Красное. Платье невесты.

Вот только выбора у нее не было.

Одна служанка помогала Лусы переодеться – без посторонней помощи можно было запутаться во всех слоях ткани и причудливых застежках, – а в это время вторая стояла в дверях. И в коридоре тоже наверняка кто-то был. У нее не оставалось шансов на побег.

— Вы очень красивы, барышня, – сказала служанка, застегивая последние пуговицы и расправляя наряд. – Сядьте, сделаю вам прическу.

Лусы покорно опустилась на стул перед зеркалом. Ожидалось, что оно будет таким же несегодняшним, старомодным, из полированной бронзы. Но нет, зеркало было самое обыкновенное. Это должно бы было успокоить Лусы, вернуть ее в реальность, но почему-то сделалось только страшнее.

— У вас прекрасные волосы, барышня, – похвалила служанка. – Длинные. Сейчас многие девушки стали так коротко стричься, никакую прическу из таких волос не сделаешь.

— Ага, – откликнулась Лусы, потому что от нее ожидали какой-то реакции.

— Приподнимите подбородок, барышня, и замрите. Мне нужно вколоть все шпильки.

Головной убор тоже был потрясающий: множество золотых гребней и шпилек, отделанных яркими камнями, неровной формы жемчужинами, кусочками коралла и перламутра, с подрагивающими на пружинках цветами и бабочками и звенящими россыпями цепочек. О таком богатстве современная девушка могла только мечтать. Впрочем, и весило все это немало, и очень скоро у Лусы начала болеть голова. Стоило только пошевелиться, и вся конструкция начинала дрожать, шелестеть, позванивать, отдаваясь в висках какой-то потусторонней вибрацией.

— Вы прекрасно выглядите, барышня! Просто прекрасно! – служанка восхищенно поцокала языком, потом огляделась и помрачнела немного. – Досада! Я забыла покрывало. Сяо Хуа!

Служанка возле двери мгновенно вытянулась в струнку. Та, что одевала и причесывала Лусы, была постарше, держалась увереннее и явно была тут за главную. Осмотрев Сяо Хуа с головы до ног, она вновь поцокала языком, теперь уже раздраженно.

— Тебе, растяпе, такое не доверишь. Я иду за покрывалом, а ты посторожи барышню.

Посторожи. Уже никаких иллюзий Лусы не оставили. Даже не пытались сделать вид, что она гостья и находится тут добровольно. Сяо Хуа встала в дверях, сложив руки на животе, и не сводила напряженного взгляда с пленницы. Когда Лусы поднялась и прошлась по комнате, девушка продолжила следить за ней одними глазами, оставаясь при этом совершенно неподвижной. Это выглядело жутковато.

— Мои амулеты, – Лусы продемонстрировала нефритовую подвеску с драконом и бумажную печать, камешек с дыркой спрятав при этом украдкой в рукав. – Наследство. Досталось от прадеда. Могу же я его взять с собой?

Служанка не шелохнулась.

— Конечно, могу, – сказала сама себе Лусы. – Нефрит защищает ото всех невзгод.

Это в самом деле было бы неплохо. Если бы нефритовая пластинка могла помочь ей сбежать, Лусы, честное слово, поверила бы в настоящие чудеса. Но это был просто резной камень, медленно нагревающийся в руке. Его Лусы также спрятала в рукав и подошла к окну, спиной ощущая все тот же неживой, напряженный взгляд служанки.

Окно выходило в небольшой дворик, где росло старое, искривленное годами дерево, лишенное листьев, почти сухое, опознать которое Лусы не смогла. Смотреть было не на что.

— Пропусти. Немедленно. Мне нужно поговорить с.. невестой.

Услышав холодный, напряженный голос Цин Ченя, Лусы обернулась. Он стоял в коридоре, тоже одетый в красный свадебный наряд, и смотрел мрачно то на нее, то на служанку.

— Я твой будущий старейшина, – напомнил Цин Чень тем же ледяным тоном, и Сяо Хуа, поколебавшись, посторонилась. – Закрой дверь и жди снаружи.

Девушка замешкалась и получила новый сумрачный взгляд, после которого повиновалась и, пропустив Ченя в комнату, выскользнула в коридор, аккуратно прикрыв за собой дверь. В ту же секунду Чень привалился к ней, со свистом выдыхая. Холодная надменная маска исчезла с его лица, и Лусы подумалось, что молодой человек выглядит так, словно стоит на краю пропасти. Он в панике. Что ж, справедливо. Она тоже была в панике.

Захотелось сказать что-нибудь хлесткое вроде: «Ну, здравствуй, женишок», но Лусы благоразумно смолчала, чувствуя напряжение. Цин Чень был явно не в лучшем положении, чем она. Поэтому вместо этого Лусы зачем-то спросила:

— Ты в порядке?

— А похоже? – Чень потер лоб, сдавил на мгновение пальцами переносицу, а после выпрямился. – Неважно. Сейчас главное – вывести тебя отсюда.

Лусы вскинула брови.

— Если ты, конечно, не хочешь на тот свет. Старуха не оставит тебя в живых.

Лусы догадывалась об этом, но ей все же казалось, что старая ведьма вполне искренне желает этой свадьбы. В конце концов, внуку ее Лусы явно нравилась, и это был неплохой способ держать его в повиновении. Лусы не слишком-то рада была оказаться в положении заложницы, но из него можно было выбраться. И развестись можно было. И, в конце концов, нравится она там кому или нет, неважно. Если Лусы чего-то не желала, она бы не позволила этому случиться. Чень прикоснуться бы к ней не посмел.

— Она убьет тебя. Боюсь, вся эта свадебная суета только часть какого-то обряда. На самом деле старая ведьма хочет тебя убить.

— Зачем? – удивилась Лусы.

— Слухи ходят, что ты пообещала ей избавиться от Невесты? – Чень покачал головой. – Боюсь, это последнее, чего она хочет.

— Мне казалось, любой разумный человек захочет выбраться из проклятой долины, – нахмурилась Лусы.

— Разумный, – согласился Цин Чень. – Думаю, старейшину к таким не отнесешь. И к тому же богатства много не бывает. Пошли, а то у меня уже начало складываться впечатление, что ты хочешь за меня замуж.

Лусы фыркнула на это:

— И как мы отсюда выберемся?

— Для начала через окно.

* * *

Двор был замкнутый, о чем Лусы не преминула напомнить. Из него можно было выбраться только в другую часть обширного дома.

— Я знаю, – проворчал Чень, беря девушку за руку. – Здесь где-то должна быть старая кладовка. Туда никто не заходит годами. Наверное.