Страница 6 из 79
И, подхватив дождевик, он вышел под дождь.
Лусы тоже поднялась, отодвигая настойчиво ей протянутую чашку.
— Я, пожалуй, спать пойду. Дорога была длинная. Наверху не так много комнат, лучше их поделить сейчас..
— Отличная идея. – Мэй Мэй подскочила с места. – Идем, взглянем, как там все наверху. Рой, Фэн, позаботьтесь об аппаратуре. Джэнис, за мной!
Хо Ян нахмурился. Обычно люди вставали из-за стола только после его разрешения. На этот раз, впрочем, он проявил редкое благоразумие и промолчал. Пока это благоразумие не иссякло и Хо Ян не начал опять командовать, Лусы поспешила подняться наверх.
* * *
Второй дядя, как Чень и предполагал, поджидал неподалеку от дома, под навесом. Стоял, прислонившись к столбу, и запах его самокрутки сплетался с дождем, сыростью, плесенью и ароматами храмовых благовоний. Чень остановился, обернулся, но сам храм разглядеть в темноте не сумел. Фонари перед ним зажигали только по праздникам.
— Чень, – окликнул дядя. – Слышал про твоего отца. Мне жаль.
Чень кивнул. Он не слишком верил в сожаления, едва ли Второй дядя их испытывал. Скорее уж, он все эти семнадцать лет проклинал брата, сумевшего проявить смелость, и теперь втайне ликовал. Но в отличие от Третьего дяди – жив он еще? – Второй умел держать лицо.
— Хорошо, что ты вернулся, парень. – Второй дядя вышел из-под навеса и похлопал Ченя по плечу.
Ощущение было странное от этого родственного хлопка. Тревожное. Словно бы дядя следующую жертву пометил. Чень поежился и велел себе все эти глупости прекратить.
— Я не вернулся. Завтра же мы уедем.
— Увы, нет, – покачал головой Второй дядя. Улыбки на лице не было, но она звучала в голосе. Доволен, скотина.
— Почему это?
— Сель. Выход из тоннеля затопило. Пока не приедут аварийные службы, нам из долины не выбраться. Так что дней пять твои друзья у нас точно погостят.
— Как и те пятеро? – Чень хмыкнул. – Отлично придумано. Расскажешь потом, как вы это с селем провернули, дядя?
— Чень. – Второй дядя шагнул еще ближе и сжал руку племянника. Несмотря на субтильность, несмотря на то что пальцы у него были тонкие – едва обтянутые кожей косточки, – хватка у него была железная. – Я не знаю, что рассказывал тебе отец, но..
— Мой отец.. – Чень выдернул руку, борясь с желанием вытереть ее немедленно об одежду. Кожей он все еще чувствовал пергаментно-сухую, словно бы мумифицированную руку Второго дяди. – Мой отец был первым за сто лет членом семьи Цин, кто умер от проклятия. Возможно, мне стоит постараться, чтобы он не был последним?