Ворон [С иллюстрациями

С годами кошмары Рэйвен стали случаться реже, но иногда они всё же возвращались.

Тихий вздох разбудил меня. Я протянул руку, включил ночник и увидел, что моя жена сидит, тяжело дыша, а её тело покрыла лёгкая испарина.

— Всё хорошо. Ты в безопасности, — сказал я, приподнимаясь и придвигаясь ближе, чтобы обнять её за плечи.

Она прижалась ко мне, давая себе минуту, чтобы перевести дыхание и воспользоваться техниками, которым научил её терапевт. Когда её дыхание выровнялось, она отстранилась.

— Всё хорошо. Это просто кошмар, — произнесла она, напоминая себе, что всё, что она видела, — ненастоящее.

— Что приснилось?

В первые годы после возвращения кошмаров Рэйвен отказывалась говорить о них, но после нескольких совместных сеансов терапии она поняла, что, скрывая их, лишь усугубляла своё состояние. Теперь, когда ей снились кошмары, я всегда спрашивал, что произошло, чтобы она могла разделить со мной свою ношу.

— Всё как обычно. Грим стоит над кроватью и говорит, что ждёт меня.

Я ненавидел видеть печаль в её глазах. Ненавидел то, что спустя все эти годы Грим до сих пор находил способ преследовать её.

Я прикоснулся к её лицу и, наклонившись, нежно поцеловал.

— Грим гниёт в аду, Чернокрылая. Он больше никогда не сможет тебя ранить, — прошептал я, касаясь её губ. — К тому же, ему пришлось бы сначала пройти через меня.

— Мой герой, — рассмеялась она, глядя на меня с обожанием в глазах.

— А то, — я снова поцеловал её, и тяжёлое напряжение, сковывавшее нас, начало отступать.

Я отстранился, прижавшись лбом к её лбу. Мы замерли так на несколько долгих мгновений, вглядываясь в глаза друг друга, заглядывая в самые глубины наших душ, укрепляя связь, что уже никогда не разорвётся.

Её пальцы нежно коснулись поблёкшего шрама у меня на боку.

— Ты нужен мне, Мэйс, — прошептала Рэйвен, и в её голосе прозвучала отчаянная нота, от которой у меня мгновенно пробежал ток по всему телу.

Я никогда не мог отказать ей, когда она говорила, что нуждается во мне. Иногда ей нужно было, чтобы я просто слушал, пока она изливает свои тёмные воспоминания. Иногда — чтобы мы сидели в полной тишине, пока она разбирается в своих мыслях. А в другие времена, как сейчас, ей нужно было почувствовать что-то иное, кроме боли, что причинил ей Грим.

Мои губы вновь нашли её губы, и она приоткрыла рот, позволив нашим языкам встретиться. Лёгкий стон вырвался из неё, когда я перешёл от её губ к линии подбородка, затем ниже по горлу, сдвинул бретельку ночнушки с её плеча и коснулся поцелуем обнажённой кожи.

Кровь прилила мне в пах, когда я уложил её на спину и, склонившись над ней, продолжил целовать её тело, продвигаясь всё ниже. Найдя подол её ночнушки, я приподнял его, Рэйвен помогла мне, извиваясь, и вот она уже совершенно обнажена.

Её ноги раздвинулись, когда я расположился между ними, стянул боксёры и сбросил их, прежде чем нависнуть над ней, прижавшись пульсирующим членом к её входу.

Когда Рэйвен вышла из комы, прошли месяцы, прежде чем она позволила мне прикасаться к ней, и почти год, прежде чем мы снова занялись сексом. Я не мог позволить себе ничего, кроме терпения — ей нужно было время, чтобы осмыслить то, что с ней сделали Грим и остальные, и найти способ понимать, что внутри неё именно я, и никто иной.

На это потребовалось время. Ей потребовалось мужество, чтобы позволить мне исследовать её тело, вкушать его и находить способы отгонять её травму, но мы справились. Теперь секс стал для Рэйвен способом продолжать исцеляться. Способом вернуть себе право согласия. Способом брать то, в чём она нуждалась, а не лишаться этого.

Мы оба простонали, когда я вошёл в её влажную сердцевину. Рэйвен обвила руками мою шею, а ногами мою талию. Не отрывая взгляда от её глаз, я сделал несколько медленных движений, заворожённо наблюдая, как её глаза наполняются светом.

Секс для нас с Рэйвен никогда не был просто физическим актом. Каждый раз, когда я был внутри неё, наши сердца начинали биться в унисон, а наши души сплетались ещё теснее. Мы становились единым целым.

После нескольких ритмичных движений мной овладело всепоглощающее желание проникнуть в неё ещё глубже. Я перевернул нас так, чтобы она оказалась сверху, оседлав меня, затем сел, входя в неё глубже.

Рэйвен сменила положение, закинув ноги за мою спину, а я обхватил её за поясницу, прижимая к своей груди. Мы двигались в едином ритме, наше горячее дыхание сливалось воедино, и мы не могли оторвать друг от друга взглядов.

Наши движения становились всё быстрее, отчаяннее, в погоне за кульминацией. Когда её мышцы сомкнулись вокруг меня, и она, запрокинув голову, достигла пика, я поцеловал впадинку у её горла, прежде чем последовать за ней и излиться в неё.

Задыхаясь, мы оба рухнули на спину. Я притянул её к себе, и она прижалась к моему боку, издав счастливый вздох.

— Я люблю тебя, Чернокрылая, — прошептал я.

— Навсегда? — я почувствовал, как её губы растянулись в улыбке у моего ребра.

— Навсегда.

Я поцеловал макушку её головы, и на моём лице тоже возникла улыбка.

КОНЕЦ.

Перевод выполнен

DARK DREAM

.

Если вам понравилась книга, то поставьте лайк на канале, нам будет приятно.

Ждём также ваших отзывов.