Развод. Новая «я»

С Ромой мы развелись быстро. На удивление почти без скандалов, что само по себе казалось подозрительным после всего, что было между нами.

— Наконец-то, — выдохнула я, выходя из здания после последней подписи. — Все. Свободна.

Позже я узнала, что Рома уже успел найти себе кого-то другого и даже съехаться с новой женщиной почти сразу после развода. Эта новость ударила неприятно, но не так сильно, как могла бы раньше. Я даже не удивилась — скорее, просто горько усмехнулась.

— Вот и весь брак, значит, — сказала я себе тихо, стоя у окна. — Ему был нужен не человек рядом, а тот, кто будет обслуживать и удовлетворять его потребности.

И впервые за долгое время эта мысль не убила меня, а отрезвила.

Я стояла на кухне, готовила что-то простое на ужин, слушала, как в комнате Тимофея глухо щелкают клавиши и периодически раздается его недовольное:

— Да ну ты чего, я же точно нажал! - говорил он, погрузившись в игру на компьютере.

Пахло жареным луком, теплым хлебом и домашним вечером. За окном темнело. В доме было спокойно.

Слишком спокойно.

И вдруг — звонок в дверь.

Я вздрогнула так резко, что чуть не выронила ложку.

— Мам, открой!

Я вытерла руки о полотенце и, все еще не понимая, почему сердце вдруг застучало так быстро, пошла к двери.

— Сейчас, Тимофей! — бросила я через плечо.

Снова раздался звонок, короткий, настойчивый, и я замерла на секунду, словно сама уже знала, кто стоит по ту сторону.

Но это было невозможно.

Невозможно и слишком волнующе, чтобы оказаться правдой.

Я медленно повернула замок, потянула на себя дверь — и застыла.

На пороге стоял Марк.

С огромным букетом белых роз.

Таких белых, что они казались почти светящимися в полумраке. Их было так много, что Марк держал букет двумя руками, слегка неловко, будто боялся помять лепестки. В другой момент я, возможно, заметила бы, как он устал, как напряжены его плечи, как внимательно он смотрит на меня. Но сейчас я не видела ничего, кроме него.

Живого.

Настоящего.

Стоящего прямо передо мной.

— Привет, — тихо сказал он.

И это простое слово ударило по мне сильнее любого признания.

Я не ответила сразу. Просто смотрела на него, не в силах поверить, что это не сон, не игра воображения, не очередной теплый вечер, который потом окажется пустым воспоминанием.

Марк чуть опустил букет, и на его лице мелькнула тень растерянности.

— Я, кажется, не вовремя? — спросил он с осторожной улыбкой.

— Ты… — голос сорвался, и мне пришлось сглотнуть, чтобы продолжить. — Ты пропал на месяц.

Он отвел взгляд лишь на секунду, потом снова посмотрел на меня — прямо, открыто, почти виновато.

— Я знаю.

Из комнаты донесся голос Тимофея:

— Мам, кто там?

Я вздрогнула и, сама не понимая почему, отступила в сторону.

— Проходи, — сказала я тихо.

Марк сделал шаг через порог, и в этот момент я поймала себя на совершенно неожиданной мысли: мне хочется и обнять его, и ударить, и разрыдаться одновременно.

Он вошел в квартиру, а Тимофей уже высунулся из комнаты и застыл, уставившись на него.

А я стояла между ними, вдыхала тонкий запах белых роз и не могла понять, что сильнее бьется в груди — страх или надежда.