Страница 28 из 79
— Не дотащишь, — поправил воин. — Продуктов нужно много и разных. Линда готовит много и любит когда на кухне всё есть. А там она — главный командир. Может даже на магистра прикрикнуть, чтобы не мешал. Поэтому скупаемся основательно и надолго. Теперь, когда Верховный магистр отдал тебя мне в помощь, катить тележку — твоя работа. А я буду выбирать и покупать всё, что нам необходимо.
— Дедовщина какая-то, — очень тихо пробурчал Стэн, толкая перед собой тележку.
— Что ты сказал? — удивился воин, обладавший острым слухом.
— Говорю хорошо, раз надо, буду катить тележку, — выкрутился парень.
— Вот это правильно, — улыбнулся Рон.
— Рон, а кто такой Рик? Вы на пустыре его упоминали и говорили, что я очень на него похож, — спросил юноша.
— Сын и ученик Великого магистра, — коротко сообщил воин. — Он погиб и рана ещё не зажила, поэтому постарайся в его присутствии это имя не употреблять.
— Ладно, — кивнул Стэн. — Не буду. Слушай, а зачем мы таскаем дрова в его комнату, если он может щелкнуть пальцами и они сами полетят из двора в камин?
— Даже самое Великое Сосредоточие не бесконечно, — сообщил Ронни, — И океан может обмелеть, если бездумно использовать его воду. Имрион — Великий Магистр. Он может делать вещи неподвластные многим ведьмам, колдунам и некромантам, менять русла рек, разносить в хлам здания, заставлять просыпаться спящие вулканы. Но его великая сила имеет предел и может иссякнуть. Поэтому он бережно к ней относится. Не особо экономит, но и не растрачивает налево и направо на разные пустяки. Как и большинство старых, умудренных жизнью магов его ранга. Зачем ему создавать сложные плетения, чтобы дрова с заднего двора сами по воздуху залетали в дом и приземлялись в камине, когда можно использовать меня и тебя?
— Разумно, — согласился парень. — Слушай, а как ты с ним познакомился?
— Он мне жизнь спас, — сообщил воин. — После резни во дворце, когда горстка «Бессмертных» дрались у покоев Его Величества Императора Марка Третьего, против толп заговорщиков, меня истыкали лезвиями, как подушечку для булавок. Мы дрались три часа, защищая спальню Императора, пока на ногах никого не осталось. Погибли все кроме Эльда, которому отрубили кисть и посекли лицо и меня. Но стояли мы не зря, подоспел новый отряд «Бессмертных» с сотником Лортом. Меня после этого списали с отряда. Пробитое легкое ещё можно было залечить, искромсанную ногу и располосованную грудь — тоже. Маги при императоре имелись. Но какая-то сволочь в бою использовала магический артефакт и одарила меня «Темной Гнилью». А вот в этом никто из придворных магов помочь не мог — не хватало сил. Внутренности медленно гнили, вызывали дикие боли с приступами рвоты, я корчился, обивался потом и мечтал умереть, избавившись от страданий. За несколько дней превратился в исхудавшего безумца с яростным блеском в глазах. Искал смерти, мечтал, чтобы меня зарубили, и постоянно нарывался на драки в трактирах и постоялых дворах. В одном из них встретил Великого Магистра.
— И он тебя вылечил? — взволнованно спросил Стэн.
— И он меня вылечил, — подтвердил воин и чуть помолчав, добавил. — С тех пор моя жизнь принадлежит ему — Великому Магистру Имриону.