Длинная цепь

Канцелярия и архив базы располагались в большом здании в нескольких минутах ходьбы от кабинета адмирала. В отличие от обшарпанного здания Теннона, архив находился в очень солидном кирпичном строении. Когда они пришли, в приемной уже собралась дюжина угрюмых на вид моряков.

Адмирал Теннон объяснил им, что нужно делать, велел надеть перчатки из коробки Алекса, и вскоре из подсобки потянулся непрерывный поток личных дел.

Алекс надел окулус и зажег серебряную горелку, внимательно изучая каждую папку и документы внутри. Большинство из них явно были не новыми, и он складывал их в стопку, чтобы потом вернуть в длинную шеренгу картотечных шкафов, где они хранились. Иногда попадались папки поновее, и он откладывал их в сторону, чтобы просмотреть, пока клерки приносят новые дела.

За два часа Алекс успел просмотреть только половину дел, и из них только пять были отобраны для изучения.

— Как ты определишь, какое дело принадлежит Ливитту? — спросила Сорша, когда клерки принесли еще одну стопку папок для Алекса.

— Я думал, это будет очевидно, — ответил Алекс, беря первую папку из новой стопки. Она была грязной и покрытой отпечатками пальцев, но он уже научился не судить о книге по обложке. Судя по всему, флот использовал эти папки повторно, поэтому он открыл дело и начал листать страницы. Он остановился, когда наткнулся на страницу с кофейным пятном в форме донышка кружки. Ливитт не стал бы пачкать свое дело.

— Придется вернуться к его столу и поискать его отпечатки пальцев, — сказал Алекс, откладывая первую папку и берясь за следующую. — Тогда я смогу попытаться сопоставить их с одним из чистых дел.

Сорша встревожилась.

— Что? — сказал Алекс, стараясь не сорваться на нее от раздражения.

— Пока ты работал, я разговаривала с Воном, — сказала она. — Он сказал, что Ливитт наверняка знал, как составить поддельное досье, потому что отвечал за подбор любых документов, которые мог захотеть увидеть адмирал. За последние полгода он, наверное, подготовил сотни таких досье.

Алекс застонал.

— Это все равно наш лучший шанс, — сказал Алекс, открывая следующую папку. — В конце концов, мы можем просто попросить капитанов кораблей задержать всех этих людей. Хотя я не знаю, как мы сможем определить, кто из них Ливитт, пока они не вернутся в порт.

— Вам и не придется, — сказал адмирал Теннон. Он сидел в углу и просматривал папки, которые отложил Алекс. Когда Алекс повернулся к нему, адмирал показал папку, которую держал на коленях. — Это Ливитт. Матрос первого класса Эндрю Фрейкс.

Алекс снял окулус.

— С чего вы взяли? — спросил он, подходя ближе, чтобы заглянуть Теннону через плечо.

— Смотрите, — сказал адмирал, указывая на список кораблей, на которых служил матрос Фрейкс. — Все эти корабли находятся в Тихом океане, — сказал он. — Согласно досье, Фрейкс служит там уже три года. Два месяца назад у него заболела мать, и его отправили в отпуск по семейным обстоятельствам, чтобы он мог за ней ухаживать. Когда отпуск закончился, его перевели на Атлантический флот.

— Значит, Фрейкс, чужак, — сказала Сорша. — Никто из тех, с кем он служит, не знает его лично.

— Именно, — сказал Теннон. — Идеальное прикрытие.

— А может, это просто совпадение, — заметил Алекс. Он взял за правило никогда не верить в совпадения, но это не значит, что они не случаются.

— Нет, — ответил Теннон. — Не думаю. — Он указал на название одного из кораблей в списке. — "Минотавр", это судно снабжения, — сказал он. — Оно курсирует между Сан-Диего и Перл-Харбором. Кроме того, на него Адмиралтейство сбрасывает всех неугодных и бездельников.

— Почему это важно? — спросила Сорша.

Теннон пролистал папку. Страниц в ней было немного.

— Потому что, — сказал он, — у любого, кто служил на "Минотавре", дисциплинарная карточка была бы длиной с вашу руку. А вот матроса Фрейкса даже не наказывали за курение во время несения караула.

— Это редкость? — спросила Алекс.

— У меня в папке таких трое, — ответил Теннон.

— Так где сейчас матрос Фрейкс? — спросила Сорша.

Теннон заглянул в начало папки.

— Судя по этому, он на "Триполи". Это грузовое судно, направляющееся в Ливерпуль.

— Где сейчас "Триполи"? — спросила Сорша.

— Похоже, вы были правы, когда сказали, что Ливитт рано ушел, мистер Локерби, — сказал адмирал, закрывая папку. — "Триполи" вышел сегодня утром. Он взял курс на Атлантику.

— Вы можете связаться с "Триполи" по радио? — спросила Сорша.

— Конечно, — кивнул Теннон. — Мы с капитаном "Триполи" вместе служили. Но я сомневаюсь, что кто-то на борту разбирается в химии настолько, чтобы понять записи доктора Бёрнхэма.

— Им и не нужно, — сказала она. — Если я услышу его голос, я смогу телепортироваться к нему. Тогда я найду Ливитт, заберу у нее блокнот и сразу же отнесу его доктору Бёрнхэму.

Алекс не знал, что чародеи на такое способны. Он вдруг вспомнил, сколько раз провоцировал ее по телефону. Он хотел пообещать себе, что больше не будет этого делать, но знал, что нарушит обещание, как только представится возможность.

Капитан Кросс с "Триполи" был суровым моряком, который терпеть не мог, когда его вызывали в радиорубку, даже если это был адмирал.

— В чем дело, Уолтер? — раздался его хриплый голос по радио в кабинете начальника порта. — У меня корабль на ходу.

— Не валяй дурака, Дэн, — рявкнул Теннон в микрофон. — Мне нужно знать, есть ли на борту матрос первого класса Эндрю Фрейкс.

— Все, кто есть в моем списке, отметились, — ответил Кросс.

— Проверь, черт возьми, — приказал Теннон.

— Ладно, — сдался Кросс. — Дайте мне минуту.

— Думаете, он мог сесть на другой корабль? — спросила Сорша.

Теннон пожал плечами.

— Думаю, лучше убедиться, прежде чем отправлять людей за сотню миль в море.

— Ты там, Уолтер? — голос Кросса прорвался сквозь помехи. — Согласно списку, Фрейкс отметился. Он на борту.

— Хорошо, — сказал Теннон. — Я хочу, чтобы ты отправил двух своих лучших людей арестовать его.

Алекс поднял руку, и Теннон перевел на него взгляд.

— А если он будет сопротивляться? — спросил он. — Если они застрелят Ливитта, мы можем никогда не получить блокнот.

— Отбой, Дэн, — сказал Теннон в микрофон. — Я здесь с Соршей Кинкейд.

— С кем?

— Она чародейка, живет в Нью-Йорке. Я хочу, чтобы ты зачитал свои записи по рации. Она воспользуется твоим голосом, чтобы переместиться на "Триполи".