Страница 13 из 75
— Н-да… тут вы меня уели, — улыбнулся я, — с этой точки зрения я на проблему не смотрел. По сути, я получаю то, чего достоин. А уж дворянства я точно достоин. На корону не претендую, — пошутил я, но Глухов к этой шутке отнёсся явно негативно.
— Вот таких речей чтобы я не слышал, — жёстко сказал он, — даже намёков!
— Понял, — серьёзно ответил я. Тут он прав. Подобные речи недопустимы. — Тогда давайте решать мои вопросы. Думаю, император готов выполнить завещанное моим прадедом. На какой титул я могу рассчитывать?
— Михаил Борисович стал князем незадолго до смуты. Но на княжество ты не можешь рассчитывать, — Глухов пристально посмотрел на меня, — по этим вопросам я поговорю лично с императором. Ты собираешься брать фамилию Годунов?
— Наверное, нет, — задумчиво протянул я. Не зря же основатель нашего рода взял фамилию Максимус, отказавшись от Годунова. — Меня устраивает моя. Как напоминание о прошлой жизни.
— Хорошо. Сегодня уже поздно. Завтра я дам тебе ответ насчет титула и состояния, что перейдёт к тебе как наследнику Годуновых. Ты у себя на новой квартире останешься?
— Нет, — я покачал головой.
— К Павлу поедешь, — показал Глухов свою осведомлённость.
— Можно несколько вопросов? — Босс в ответ кивнул. — Что с Зотовым и Марией Ильиничной? Я Всеволоду пытался позвонить, но его номер недоступен.
— С Марией Ильиничной служба безопасности поговорила и в тот же вечер отпустила.
— Понимаю. У неё, всё-таки, серьёзная должность. А Зотов?
— Его продержали до утра. Все обвинения сняты, и, насколько я знаю, он уже должен быть дома.
— Тогда как так получилось, что меня не просто отпустили, а отдали в руки службе безопасности князя Удовича? Это вообще нормально?
— Княжеский род на то и княжеский, — произнёс Глухов тихо, но веско, — у старых аристократов есть свои особые права, например, право проводить собственное расследование. Тем более, когда под подозрением простолюдин.
— Предположим, — кивнул я. Это я прекрасно понимал и именно поэтому не стал дожидаться, когда меня доставят в дом Удовича, а сбежал. Будь я на месте нового главы княжеского рода, сам бы поступил подобным образом, — но меня передали им в руки прямо в здании имперской безопасности, да ещё и смотрели, как на меня надевают наручники. Я вроде как гражданин империи, пусть и простолюдин, — я поднял на Глухова вопросительный взгляд, — да и само моё освобождение глубокой ночью вызывает вопросы.
— Что есть, то есть, — развёл руками Василий Дмитриевич, — но люди Удовича, тем не менее, действовали по закону, хотя несколько и превысили свои полномочия. Штатные сотрудники ведомства понимали, с кем имеют дело, и идти на конфронтацию было не в их интересах.
— Красиво сказал, — кивнул я, — только вот, будь на моём месте другой человек, уверен, он не дожил бы до утра.
— Так и есть, — не стал со мной спорить босс, — просто прими это как данность. Сильные княжеские роды могут больше, чем простые люди. Неужели в твоем мире было иначе, и бароны не притесняли простолюдинов, а аристократы не обижали девушек? Ты же сам представитель королевского семейства. Ты бы поступил иначе?
Он говорил это, расправив плечи, с уверенностью и напором. Сейчас я видел перед собой аристократа, повидавшего жизнь и уверенного в своих силах и правоте.
— Вы правы, — кивнул я в ответ. Как это ни прискорбно было признавать, но я, скорее всего, вообще наплевал бы на закон и искал бы виновника гибели главы рода всеми силами.
— Я бы действовал ещё резче и жестче, — признался я. На губах Глухова промелькнула мимолётная улыбка, и он уважительно склонил голову.
— Кровь аристократа — не водица.
— Сейчас ко мне претензий нет? Со стороны рода Удовичей? Да, во время побега я стрелял в их мага…
— Маг жив и уже почти здоров. Твои показания переданы в службы безопасности рода. К тебе претензий нет.
— Что с Удовичем случилось? Отчего он умер? — перешёл я к самому главному. — Яд?
— Нет. Он не следил за своим здоровьем, хотя целитель и настаивал, что пора сменить образ жизни и заняться лечением. Такие люди берут от жизни всё и считают себя бессмертными, — Глухов выдержал короткую паузу и продолжил:
— Оторвался тромб.
— Очень вовремя это произошло, — кивнул я, — понимаю, почему подозрение пало на нас.
— Этот вопрос закрыт. Хотя, действительно, совпадение получилось очень удачное. В первую очередь, конечно, проверяются те, кому это выгодно. Вы слишком очевидны. Но полноценное расследование проводиться не будет. Дело закрыто. Сейчас у них своих проблем полно. У князя четыре сына, и все от разных женщин. Он их признал, но держал на расстоянии. Еще две дочери, которые давно вышли замуж. Ни жены, ни близких родственников. Сейчас дети делят наследство. Князь ещё не похоронен, а грызня уже идёт нешуточная. Да и вы дровишек в огонь подкинули. Мария Ильинична написала заявление в имперскую службу безопасности. Её обращение проигнорировать не смогут. На фабриках идут допросы. Всех магов, работающих на род Удовичей, проверяют на наличие кровной клятвы. Принуждение к клятве под угрозой жизни — угроза имперской безопасности. Род Удовичей вообще могут лишить титула.
— Плохо работает служба безопасности, — я недовольно поморщился. Работали бы лучше, не возникло бы ситуации, в которую мы попали.
— Ладно, — Глухов резко поднялся, — закончили на сегодня. Приезжай завтра часам к десяти. Оформлю тебя. Подпишешь бумаги и вообще разберёмся с твоим наследством. Как раз всё подготовят.
Василий Дмитриевич выдал мне пропуск в здание и в мою новую квартиру, после чего вызвал такси до дома Павла.
Тот ждал меня с нетерпением. Поделился информацией, которую ему удалось раздобыть, но ничего нового я не узнал. В ответ я рассказал виконту, что меня прикрыл ОПРУ, и теперь, скорее всего, я буду работать с ними.
— Круто! — выдохнул Павел, с завистью глянув на меня.
— Да чего там, — махнул я рукой, не разделяя его энтузиазма.
— А ты с Дарьей знаком? Которая летает?
— Познакомился сегодня, — Глухов мне разрешил рассказать Павлу об организации. Он явно одобрял моего приятеля, — нормальная девушка.
— А ещё, я знаю, там есть такой странный парень, который Аполлон. Все знакомые девчонки сходят по нему с ума, — продолжил делиться со мной Павел, — он и правда такой красивый?
— Вот уж прости, но в мужской красоте я не особо разбираюсь, — улыбнулся я в ответ, — да и чего так с ними все носятся?