Страница 12 из 75
Глава 4
Глава 4
За окном уже давно стемнело. Следом и наш зал погрузился в темноту. Вокруг дивана зажглись тусклые светильники. Обстановка получилась доверительно-интимная. Мой рассказ не занял много времени. Что там рассказывать? Был калекой, но достиг высот. А потом, в момент смертельной опасности, использовал артефакт и оказался в Подольске. Возраст тридцать четыре года. Магический ранг — архимагистр. Думаю, для начала вполне достаточно, чтобы ребята и босс понимали, с кем имеют дело.
— Архимагистр, — присвистнул Леонид, — я так и не смог им стать. Да еще и племянник короля. Среди нас подобный уровень был только у Реверса.
Реверс кивнул мне как равному:
— Я был бароном. Благодаря алхимии, мой род был богат. Вырастил трёх дочерей и двух сыновей. У меня и внуки уже появились, когда я решил, что достаточно созрел и пора попробовать перейти в другой мир. Из всей нашей группы сознательно это сделали только я и Василий Дмитриевич, — он кивнул на босса, — сварил себе зелье, и вот… я здесь, — он развёл руками, — и твои сомнения насчет ОПРУ я понимаю. Сам сидел так же и размышлял. Я могу делать то, чего не может никто, и разбогатеть мне не составит труда. Но в этом случае, скорее всего, придётся служить какому-нибудь роду. Я выбрал императора и пока не пожалел.
— А у нас мир был постапокалиптический, — Вадим по прозвищу Медведь придвинулся поближе, — человечество жило в небольших поселениях. После сильнейшей войны, что развязали маги, цивилизация практически погибла. Что-то случилось с астралом, и астральные духи смогли воплощаться в материальном мире. Они охотились на людей. Но были и духи, преданные нам. Как мой Бухт. Благодаря им мы и выжили. Я с детства мечтал покинуть свой мир. Мои родители погибли, когда я был маленьким. Но перейти у меня получилось только в момент сражения. Я был на краю гибели…
У каждого из собравшихся была своя история, которой он хотел поделиться, но Василий Дмитриевич поднялся и махнул мне рукой:
— Ещё успеете познакомиться, а сейчас пойдём. Уже, наверное, пришли данные по тебе.
Кивнув ребятам на прощание, я вместе с Глуховым спустился на лифте на пару этажей. Мы прошли по коридору и зашли в казённый кабинет.
— Располагайся, — босс кивнул на стул. Сам же устроился за столом и открыл папку с бумагами, уже лежащую там.
Кабинет выглядел хоть и дорого, но скучно. Ни картин, ни фотографий на стенах. Я бы сказал, вид весьма казённый, но при этом и представительский. Мебель дорогая и качественная. Вдоль стены расположился большой шкаф, забитый книгами. Корешки потемнели от времени и были сильно потёрты.
— Хм… — Глухов перелистывал бумаги, периодически похмыкивая. Наконец он закончил и перевёл взгляд, полный любопытства, на мою персону.
Некоторое время босс разглядывал меня, будто что-то для себя решая.
— Почитай, — решился он и подвинул ко мне папку.
Взяв бумаги в руки, я начал быстро их просматривать.
Содержимое оказалось весьма любопытным. По всему выходило, что я потомок Годунова. После магической войны его род практически прервался. Один из сыновей оказался среди заговорщиков, второй сражался вместе с отцом во имя императора и погиб. Отец же выжил, но его здесь больше ничего не держало. Он не принял изменений и ушёл в другой мир, оставив завещание.
Среди бумаг я наткнулся на фотографию портрета Михаила Борисовича Годунова. На меня смотрело знакомое лицо.
Видя, как внимательно я рассматриваю фотографию, Глухов поинтересовался:
— Узнаешь?
— Да, — кивнул я, — мой прадед. Михаил Максимус. Основатель нашего королевства. По преданиям, ему было двадцать лет, когда он решил изменить свою жизнь и жизнь окружающих. Уже тогда Михаил был сильным магом. Первым делом он завоевал небольшое баронство и сумел устроить жизнь в нём на зависть другим. Баронство процветало. Михаил основал магическую школу. К нему ехали на учёбу со всех стран континента. Максимус объединил несколько баронств, после чего объявил о создании королевства. Всего в наше королевство входила территория четырнадцати баронств, — я отложил фотографию. У нас во дворце висел похожий портрет.
— Я не застал его в живых. Михаил умер лет за двадцать до моего рождения. Но мой отец отзывался о нём, как об очень образованном человеке, который честь ставил превыше всего. Михаил заботился о подданных и считал, что в королевстве подданные должны быть сытые и образованные.
— Необычная концепция. Твой прадед ушел из нашего мира почти двести лет назад. В то время простолюдинов не держали за людей. Лозунги, призывающие заботиться о мужиках, звучали дико. С другой стороны, именно необразованные люди учинили огромный бунт в нашей империи. Хотя их вели в бой аристократы и маги, но движущая сила не была образованной.
— Я смотрю, всё это было не зря, — ухмыльнулся я. Сейчас образование и социальные блага были доступны всем, думаю, во многом благодаря смутным временам, что пережила Российская Империя.
— Уходя в другой мир, твой прадед составил завещание. Все земли и деньги он передал императору, оставив просьбу вернуть десятую часть и титул своему потомку, если тот объявится в нашем мире.
— Я не буду отказываться, — улыбнулся я в ответ на серьёзный взгляд Глухова. Правда, слегка мрачно.
— Ты чем-то недоволен?
— Не знаю, — я пожал плечами. Глухов вызывал во мне уважение и доверие. Думаю, можно говорить прямо. — Когда я попал в этот мир, и воспоминания стали возвращаться, первое время я переживал. Стать простолюдином… это не то, чего мне хотелось бы. Одно из главных моих желаний — получить дворянство. Но вот так… — Я развёл руками, — хотелось добиться его собственноручно. Заслужить. Совершить то, что мало кому удаётся. Доказать не другим, а, скорее, самому себе, что я чего-то стою.
— Откуда в тебе это глупое рыцарство? Тебе не шестнадцать, а тридцать пять.
— В детстве не наигрался, — хмуро ответил я, — пришлось резко повзрослеть.
Глухов, видать, вспомнил мою историю и согласно кивнул:
— Тогда понятно. Но в твоих рассуждениях есть несостыковка. Ты изначально сильно отличаешься от других. Твои стартовые условия значительно лучше. Твоя голова полна знаний, и ты многое умеешь. Так что нет. Простолюдин из рабочего квартала и ты, хорошо образованный, полный знаний и умений, это несопоставимые вещи.