Страница 30 из 82
Он был высок — на голову выше любого из виденных мной местных мужчин. Широкие плечи облегал тяжелый офицерский плащ из черного сукна, подбитый темно-серым волчьим мехом, с которого на пол падали тающие хлопья снега. Под расстегнутым плащом угадывался глухой военный мундир из черной кожи с серебряным шитьем на воротнике-стойке и тяжелая перевязь с длинным магическим клинком в потертых ножнах.
Герцог стянул с рук толстые кожаные перчатки, запыленные инеем, и снял с головы капюшон.
Ему было около сорока. Лицо, словно высеченное из того же несокрушимого северного гранита, что и этот замок: резкие, хищные скулы, прямой нос с едва заметной горбинкой от старого перелома и жесткая, волевая линия подбородка, подернутая темной щетиной.
Густые черные волосы с легкой серебристой проседью на висках были перехвачены сзади кожаным ремешком.
Но главным были его глаза.
Цвета полированной оружейной стали. Холодные, пугающе проницательные, привыкшие смотреть сквозь людей и видеть их слабости, страхи и ложь насквозь.
За его спиной застыли двое рослых офицеров в кирасах с обнаженными палашами наготове, ожидая команды к штурму.
Рейнар Кроуфорд сделал шаг вперед, его тяжелые армейские сапоги с серебряными шпорами гулко отпечатали шаг по базальтовому полу.
Он повел взглядом по залу, и этот взгляд был подобен скальпелю.
Он зафиксировал всё за доли секунды:
— Раскаленный, идеально чистый камин без единой искры копоти;
— Накрытый белой скатертью стол с дымящимся мясом и свежей зеленью;
— Арчибальда, стоящего навытяжку с безупречным достоинством старого дворянского слуги;
— Мальчишку Лео, спокойно сидящего с чертежами у окна;
— И, наконец, меня.
Взгляд стальных глаз ударил мне в лицо, словно струя ледяной воды.
Обычная женщина на моем месте — юная столичная графиня, привыкшая к балам и веерам — уже упала бы на колени или забилась в угол в истерическом припадке, моля о пощаде грозного инспектора.
Я не шелохнулась.
Я стояла у камина, расправив плечи, спокойно и открыто глядя прямо в эти страшные серые глаза. На моих губах играла легкая, едва уловимая ироничная полуулыбка взрослой женщины, которая встречает незваного, уставшего и замерзшего путника.
В зале повисла абсолютная, звенящая тишина.
Было слышно лишь, как за окнами бесится северная метель, да трещат березовые угли в очаге.
Герцог замер.
Впервые за долгие годы в его холодном, не знающем сомнений взгляде промелькнуло нечто, похожее на глубочайшее замешательство.
Его брови едва заметно дрогнули, ноздри хищно расширились, втягивая теплый воздух, пахнущий брусничным пирогом и лавандой, а пальцы, лежавшие на рукояти боевого клинка, медленно, почти рефлекторно расслабились.
Он ожидал увидеть ведьму, плетущую кровавые заговоры в ледяных руинах.
А встретил Хозяйку.
— Добрый вечер, ваша светлость, — мой голос прозвучал мягко, бархатно, наполнив тишину зала спокойным достоинством. — Дорога через перевал в такую бурю опасна даже для императорской гвардии. Снимайте плащ, лорд Кроуфорд. Ужин подан, а жаркое на столе не любит долгого ожидания.