Страница 156 из 273
— Что до меня самого, я ходил с ними рядом, рядом с ними сидел у костра, и посему знаю: они существуют. Просто ушли отсюда, подыскав себе новый дом, обращающийся вокруг другого короткого солнца. Однако у них есть от нас позволение навещать этот, наш круговорот, когда бы они ни пожелали.
Брови Фавы не поднялись – взлетели кверху.
— Кто же это им позволил?
В этот миг я явственно, даже слишком явственно разглядел, что ее пышные светлые брови – всего-навсего мазки краски, пересекающие лоб поперек.
— Я.
— Значит, ты вправду был там? – заинтересовалась Мора. – На этом самом заморском материке?
Приглядевшись к ее широкому, грубоватому лицу – предельно серьезному, сосредоточенному – я понял: она вовсе не столь неприглядна, как показалось мне поначалу. Разумеется, в сравнении с Фавой ее черты изрядно проигрывают, и лишнего веса в ней, даже при отнюдь не хрупком сложении, не так уж мало, однако недвусмысленного намека на красоту бабки не в силах затмить ни чрезмерная величина крючковатого носа, ни ширина рта.
— А велика ли разница, отвечу я «да» или «нет»? – откликнулся я. – Ведь если я соврал о беседе с Соседями у костра, что мне мешает наврать с три короба и о собственных странствиях? Вот именно, ничто. У рыбаков в обычае рассказывать небылицы о богатстве улова, а у путешественников – о чужеземных поселениях, посещенных ими.. по крайней мере, такова уж у нас, путешественников, репутация.
— А как тебя звали до тех пор, пока ты не пришел сюда и не сделался Инканто? – выпалила Фава.
— Раджаном, – ответил я. – Имелись у меня и другие имена, но, сдается мне, разыскиваешь ты именно это.
Тут Фава подалась ко мне и, изо всех сил стремясь произвести на меня впечатление искренности, забылась, позволила иссиня-зеленым глазам замерцать в неярком свете горящей свечи.
— Я и не думала искать тебя, Инканто. Честное слово.
— Да ты и впрямь стрего! – воскликнула мать Инклито.
— Вовсе нет, сударыня, – возразил я, – однако исцелить тебя по мере сил постараюсь. Если по завершении сей великолепной трапезы кто-либо снабдит меня листом бумаги, я напишу тебе кое-какие указания. Ничего сложного в них нет, и, следуя им в точности как написано, ты, вне всяких сомнений, вскоре отметишь улучшение самочувствия.
Случившееся далее настолько нелепо, что я с трудом решился продолжить рассказ. Стремительно ворвавшийся в распахнутое окно Орев облетел стол и, усевшись ко мне на плечо, каркнул:
— Птичка.. тут! – а после прибавил: – Твар-рь.. др-рянь! Сквер-рная!