Страница 83 из 88
Эпилог 1
Прошел ровно месяц с того дня, как в моем доме на Ромене отгремела последняя битва, а мой дед, Старейшина Геральдин Стоур растворился в Вечности, отдав свое бессмертие Кайлану. Но адское эхо от разрушение магии смерти Сиаманта все еще катилось по Империи. Взрыв черного демонического купола не прошел бесследно — грань между мирами, хотя и уцелела, но истончилась до предела в нескольких глухих точках на самой границе Элвадола. Сквозь невидимые трещины в наш мир уже готов был хлынуть первородный хаос, и обычное вампирское оружие здесь было бессильно. Старейшина постарался максимально защитить этот мир от полного разрыва граней, но даже он не донца смог предотвратить последствия магии бога демонов. Как-никак, а Сиамант был богом. Теперь зашить эту рану на грани, соткать заново ткань пространства могли только маги.
Точнее — одна-единственная, невероятно сильная и упрямая магичка. Эмания Таруан. Именно она когда-то смогла разорвать грань, а потом зашить ее своей магией. Да, как оказалось, что еще еще пара-тройка магов, способных к этому. Но она пока лишь помогали нашей темной и учились. Ох, лишь бы учились у нее только хорошему, не перенимая привычки и не копируя характер «нашей Эманички». Именно так они называли магичку между собой.
Сегодня стены Храма Магии содрогаются от рукоплесканий. Весь высший свет Империи, включая Императора Александра, находятся в главной зале. Конечно же присутствуют и главы вампирских ветвей: Лайтон Морган, Дейвас Салиндор, мой муж, Кассиан Реггис и Элизабет Станс. Миранда и Деброс были приговорены к полному выжиганию магии, с которой ушло и бессмертие, тем самым их вампирская суть теперь стала человеческой. А доживают они свои уже человеческие жизни на границах империи, что является для них большей мукой, чем рассеивание. А Совет Семи Ветвей был преобразован и переименован в Совет Пяти ветвей.
А вот та, кого еще недавно высокомерные чистокровные вампиры пренебрежительно назвали «темной», сегодня стоит на возвышении. Эмания Таруан официально признана сильнейшим темным магом Элвадола. Из рук Императора она принимает высшую государственную награду — Звезду Равновесия. Ее имя золотыми буквами вписывают в летописи.
Магичку специально вызвали с пограничья миров, чтобы Александр мог лично вручить ей награду. Но уже завтра она вернется к своим обязанностям. На границе еще частенько бывают прорывы. Да и сама Эмания так привыкла к своей свите, состоящей из магов-студентов, что просто начинает нервничать , когда они далеко. Видите-ли без ее контроля и советов они «никчемные недоучки» К ее ворчанию в их сторону уже давно все привыкли, как и сами ученики, но она так прелестно смотрится в роли строгой наставницы. Я рада этой небольшой передышке для нее. По секрету: она очень гордится своими подопечными, но сама она им этого ни за что не скажет.
Наконец-то я смогла увидеть друзей. Кайлан в последнее время стал неисправим: он не развешает покидать столицу да и любые перемещения вне резиденции, которую восстановили, согласовываются строго с ним и без его сопровождения я не могу даже выйти в соседний парк.
Сейчас Эмания Таруан стоит в центре зала в своем изысканном темно-синем, почти черном, платье, а ее пальчики, еще хранящие следы ожогов от пограничной магии, едва заметно подрагивают. На ее лице — привычная, слегка язвительная маска самоуверенности, но в глазах стоят слезы, которые она отчаянно пытается скрыть от сотен восхищенных взглядов.
А рядом с ней стоит Стивен Стоун. После битвы на Ромене он сразу же отправился к ней. Он не смог оставить ее одну. Ни на секунду. Стивен удерживал щиты света над ее головой, пока она часами плела заклинания, запечатывая демонические трещины. Он делился с ней своей силой, когда ее собственное сердце готово было остановиться от истощения.
Стивен смотрит на свою Эми, и на его лице сияет довольная улыбка у безумно любящего мужчины. Он не претендует на ее лавры. Ему плевать на титулы. Главная его награда — то, что она жива и стоит здесь, рядом с ним. Он гордится своей магичкой!
Эмания оборачивается к нему после окончания церемонии и, так, чтобы слышал только он, шепчет со своим фирменным злорадством:
— Ветерок... Если бы ты постоянно не путался под ногами со своей заботой, я бы тоже сейчас гордилась тобой. Ты же знаешь, что я терпеть не могу….
Стивен лишь тихонько ласково улыбается, и крепко переплетает свои пальцы с ее.
— Я знаю, Эми. Но теперь тебе придется терпеть меня всю оставшуюся назу жизнь. Через месяц наша свадьба и я сдержу свое слово и притащу тебя к алтарю...
— Я помню, постараюсь надеть пижаму и даже почистить зубы, — прерывает его магичка.
— Эми, мне все равно в чем ты будешь, лишь бы была. К тому же, Кассиан тоже сдержал свое обещание и у них тоже свадьба. Правда Элизабет попросила все же сделать так, чтобы эти два события произошли не в один день. Поэтому, мы женимся через месяц, а они — чуть позже, — спокойно произносит Стив.
Я прекрасно слышу их перепалку, хотя они и шепчут,но… Мой слух, благодаря вампирской крови, сильно обострился. Кайлан научил меня концентрировать слух и я теперь, при необходимости, могу услышать даже звук трепещущейся по ветру паутины.
Александр, обводя всех присутствующих взглядом, говорит нам всем о том, что пока не Эми и Стивен не отбыли на границу он решил воплотить в жизнь свою мечту. Какую именно — он не уточняет, сказав только, что завтра утром ждет Совет, меня и моих друзей в тронном зале.
...На следующий день… Стены тронного зала столицы империи Элвадол сверкают в лучах утреннего солнца, отражая величие и покой, который постепенно начинает воцаряться в наших землях. Здесь собрались самые близкие: Кассиан, Лиз, Сантия, Валия, и, конечно же, Кайлан, преданно держащий меня за руку. Не хватает только Бронса... Он был похоронен с почестями. Раны Дейва исцелены, и я смогла полностью его простить. Поверив словам деда, мы все дали ему шанс.
На возвышении, у самого престола, стоит император Александр ЛонгДарк. Он разворачивает свиток со скрепляющими печатями и его звучный голос эхом разносится под сводами зала:
— Согласно закону крови и древнему праву, я готов подписать бумаги о том, что отныне, Амбер Вайтс, становишься полноправной императрицей Элвадола.
По залу проносится приглушенный шепот. Через минуту зал затихает. Все присутствующие ждут моего согласия.