Страница 51 из 88
Глава 18 Решение
Я медленно отдаляясь от Верховного, захлебываюсь собственными рыданиями и выплескиваю в зал каждое воспоминание, которое запечатлела моя память:
— Я видела вас! Своими собственными глазами, Кайлан! В ее покоях, в ее постели! Она гладила твои волосы, ее стоны ты ловил своими губами… Я видела, как твои руки ласкали ее тело, как ты вжимал ее в подушки с той страстью, которую я считала только нашей! Ты целовал ее шею, ты шептал ей нежные слова! Каждое твое движение, каждый вздох… Как ты мог?!
Мой голос срывается на хрип, все вокруг превращаются в безмолвные изваяния, шокированные этой грязной, страшной исповедью прямо у подножия святого алтаря.
Элизабет реагирует мгновенно. Ломая оцепенение, она стремительно подбегает ко мне и, взяв меня за дрожащие плечи, разворачивает к себе лицом. Обладая феноменальным чутьем, она догадалась, что внутри меня происходит что-то странное: бушует не только душевная боль, но и человеческие гормоны из-за беременности. Все это довело меня до истерики, и в таком состоянии я заблокирована от любых разумных доводов и просто не способна сейчас адекватно воспринимать реальность.
— Амбер! Возьми себя в руки! Посмотри на меня! — отчетливо и громко произносит Элизабет, резко встряхивая меня за плечи, чтобы вырвать из пучины этого безумства.
Саундтрек "НЕТ!"
В этот момент по залу раздается издевательский смех Лайтона Моргана, который переводит взгляд с моего заплаканного лица на застывшую фигуру Кайлана. В его глазах горит торжество — он упивается моментом, когда Верховный оказался раздавлен на глазах у всех.
— А ты не терял времени, Кайлан… — протягивает Морган, поворачивая голову к Салиндору. — Дейвас, а ты тоже успел, я надеюсь, поиметь ту, что…
Договорить он не успевает. Тяжелый кулак Дейва с глухим хрустом припечатывает главу первой ветви лицом прямо в каменную стену зала. Удар был такой силы, что по древнему граниту поползает паутина из мелких трещин. Воздух из легких Моргана вылетает со свистом, его голова дергается назад, а изо рта и разбитого носа брызжет темная кровь.
— Заткнись! — рычит Дейв и тяжело, хрипло дышит, полностью теряя контроль над своей й, темной силой. Пальцы блондина намертво впиваются в воротник Лайтона, ткань рвется с треском, а костяшки пальцев белеют от напряжения. — Еще одно слово, Морган, — цедит Дейв прямо в окровавленное лицо главе первой ветви, — или грязный намек в ее адрес, и я вырву твой хребет прямо здесь, перед алтарем.
Я смотрю на эту вспышку жестокости сквозь сплошную пелену слез, и меня накрывает волна глубокого изумления. Дейвас Салиндор сегодня уже не в первый раз удивляет меня. Мужчина, который еще совсем недавно был моим личным кошмаром и, словно одержимый, жаждал меня. Дейвас запер меня в своей резиденции и был готов пойти на любое преступление, лишь бы разлучить меня с Кайланом и присвоить меня себе, сломать мою волю, заставить забыть истинную связь… А теперь? Теперь этот же глава четвертой ветви без раздумий бросается на Лайтона Моргана, только ради того, чтобы защитить мою поруганную честь?! Немыслимо!
Глава первой ветви пытается дернуться, его пальцы судорожно впиваются в запястье Дейва, оставляя глубокие кровавые борозды от ногтей, но Салиндор словно не замечает этой боли. Дикая ярость придает ему сил.
— ХВАТИТ! — крик Геральдина Стоура заставляет всех замереть. — Вы находитесь в величайшем святилище нашей расы! Вы — главы ветвей Совета, а ведете себя как дикие псы на псарне! Здесь решаются судьбы, а вы устраиваете кровавый балаган!
Кайлан все это время, ни разу даже не обернувшийся ни на шум драки, ни на слова Геральдина, молча стоит — словно ему абсолютно все равно что происходит вокруг. Геральдин разберется, а Лайтон... он не станет ему мстить при всех. Весь мир Верховного только что рухнул здесь, у подножия алтаря в Храме Древних. Он пристально смотрит на меня, и в его глазах — черная пугающая пустота, выжженная болью. Кайлан не защищается, не оправдывается. Он просто стоит, словно из него заживо вынули душу, которую он минуту назад так отчаянно пытался отдать мне.
Кассиан, стоящий за спиной Кайлана, медленно закрывает глаза. Он тяжело вздыхает и опускает голову, не в силах больше смотреть на этот эмоциональный расстрел друга. Он понял в какую неожиданную ловушку привел их артефакт.
В это время Элизабет осторожно, но настойчиво берет меня за локоть и увлекает за собой. Я подчиняюсь и мы отходим в соседнее помещение за массивные гранитные колонны. Едва мы оказываемся наедине, Лиз резко разворачивает меня к себе и с напором произносит:
— Амбер, слушай меня внимательно и не перебивай! То, что ты видела — это морок, созданный артефактом «Ловушка Грез»! Кассиан самолично зарядил его и настроил так, чтобы каждый раз, когда Миранда приближалась к Кайлану с определенными намерениями, кристалл активировал мощнейшую иллюзию в ее голове. То есть, она видела его, чувствовать его запах, его ласки, а Кайлан в это время просто сидел в кресле, стоял у окна или делал все, что хочет. Единственное условия для активации — он должен был находиться с Мирандой в одном помещении. Верховный никогда бы не прикоснулся к ней, слышишь?! Он презирает ее! Амбер! Очнись, он был готов без раздумий умереть ради тебя там, у дворца! Не смей верить глазам, верь тому, что чувствует твое сердце! Ты же понимаешь, что я права!
Каждое слово Элизабет падает на мое израненное, кровоточащее сердце исцеляющим бальзамом. Кошмарная иллюзия в моей голове начинает рассеиваться. Невидимая петля отпускает горло, и я наконец-то могу сделать глубокий вдох. Боги, что я наделала...
Осознание собственной страшной ошибки и того, какую боль я только что причинила Кайлану, унизила его на глазах у всех, ослепляет меня волной жгучего стыда и раскаяния. Не теряя больше ни секунды, я срываюсь с места. Мои шаги гулким эхом отдаются под высокими готическими сводами Храма. Я буквально забегаю в ритуальный зал и на глазах у ошеломленных, застывших в молчании Старейшины и глав ветвей подлетаю к Алтарю Древних.
К этому моменту мужчины уже успокоились. Кайлан же все также стоит у постамента. Он выглядит полностью опустошенным, раздавленным, с разорванной в клочья душой. В его потемневших, лишенных прежнего блеска глазах больше нет надежды — он просто обреченно ждет моего окончательного отречения.
Увидев мое стремительное приближение, Верховный делает шаг навстречу и произносит:
— Амбер, я клянусь, что не…