Страница 54 из 141
XII. Ты не одна
Мог ли в юности я подумать, что мне понадобится причина для того, чтобы жить?
«Личные записки Люция Морана»
Академия Снов, тридцать один год назад…
Сара
Я услышала чье-то дыхание и даже почувствовала его на щеке. Открыла глаза и увидела перед собой, очень близко, обеспокоенное лицо Люция. Под ладонью чувствовался твердый камень – я лежала на полу, практически в луже, которая натекла с меня и остальных, но уже в другой пещере. А рядом, гораздо тише, чем раньше, протекала река.
Приступ кашля настиг внезапно, вода хлынула изо рта. Я приподнялась на локтях. Легкие болели.
– Сара, ты жива, жива! – кинулась ко мне Айвен. Я почувствовала ее руку на своей спине. Ощутила чувство вины и злости, исходившие от Люция.
– Что случилось? – отдышавшись, прошептала я. В голове все еще стояла путаница: подземная река, захлестнувшие меня эмоции Рафаиля и то, как я с чем-то столкнулась.
– Ты ударилась головой, – бесцветно ответил мне Люций. – И потеряла сознание.
Я вздернула руку, касаясь затылка, отняла и увидела на пальцах следы крови. Грудная клетка от резкого движения заболела, и я вновь закашлялась.
– Мне что-то снилось… – пробормотала я, пытаясь опять отыскать ускользнувшее из памяти видение. Но оно исчезло, будто его никогда и не было. Осталась лишь картина закатного солнца, от которой мне становилось плохо. – И почему у меня болит нос?..
Я снова зашлась кашлем, прижав руку к шее. Моран придержал меня за спину. Грудная клетка тоже болела, будто сверху положили что-то тяжелое.
– Ты нахлебалась воды. Пришлось делать тебе искусственное дыхание, – дрожащим голосом рассказала Айвен.
«Вновь выскользнул… – не слушая его, нащупала я под рукой цепочку. В этот раз полумесяц оказался поверх одежды. Цепочка перекрутилась с кожаным шнурком кристалла. – Главное, что не потеряла».
И встрепенулась, подняв взор. Эмоции Люция сделали неожиданный кульбит. Даже все еще не придя в себя после взаимодействия с чувствами Рафаиля, я отчетливо ощутила это.
– Что-то случилось? – резко спросила я, инстинктивно потянувшись к клинку, который тоже был все еще со мной.
– Сара, все хорошо, – вмешалась Айвен. За ее спиной я заметила Руньяна. Тот стоял пошатываясь, на его лице отсутствовали какие-либо эмоции, а взгляд был стеклянным.
Из-за того, что произошло под водой, я случайно сделала что-то с его чувствами. Див походил на бездушную куклу.
Когда эмпаты не контролируют свой дар или, наоборот, намеренно используют его слишком сильно, обычно сам даэв лишается эмоций и воли, как в ту ночь у озера Спокойствия, когда мы, будучи совсем юными, столкнулись с ревенантом. Тогда мне просто не хотелось ничего, даже дышать.
Но в этот раз получилось иначе – расплата легла на плечи Руньяна. И непривычный к подобному див чувствовал себя неважно. Он озадаченно посмотрел на свои ноги и сделал шаг к воде.
– Тоннель вильнул, там был каменный выступ. И ты ударилась головой, – отвлек меня от наблюдения за Рафаилем хрипловатый голос Люция.
– Ты предупреждал о неровных стенах. Но… Ты не находил никакого ответвления? Мне кажется, я видела проход, – протянула я, морщась. Голова болела. – Но я не уверена. Мне могло показаться.
Подняв ладонь, я коснулась губ. Они пылали, несмотря на то что все остальное тело мерзло.
Внезапно по пещере прокатился всплеск – Рафаиль с чего-то вновь спрыгнул в воду.
Моран с Айвен подскочили, кинувшись вытаскивать его обратно, пока дива не унесло течение реки.
В этот миг послышался скрип, и пол пещеры разрезала на две части яркая полоса света, внутри которой обозначилась тень человека.
– Вы! Как вы сюда попали?! – раздался возглас. Говоривший застыл на месте, поднимая выше фонарь с соком глимы и освещая свое юное перепуганное лицо. Я узнала форму на нем – она была один в один как та, что носил смотритель библиотеки Туриса. За спиной юноши виднелось помещение с грубой кирпичной кладкой. – Как вы смели побеспокоить Святой источник?! – в ужасе воскликнул он, увидев Люция, который вытаскивал своего друга из воды.
Черный туман ровным слоем висел над нашими головами, пока мы поднимались по лестнице. Веяло сыростью. Рафаиль постоянно отставал, но после моей помощи ему стало лучше. Когда у смотрителя спросили, что это за туман, он важно сообщил, что это часть древней магии народа фатта. Никто не понимал, откуда он берется. Даэвы предположили, что в стенах находится артефакт, но проверить это было нельзя – здание библиотеки считалось неприкасаемым наследием предков.
Но то ли из-за особой постройки, то ли из-за колдовской дымки любой звук со дна разносился эхом, и даже шепот становился громче в несколько раз. Именно благодаря этой особенности смотритель и нашел нас – вдруг услышал странные звуки, идущие снизу, и спустился посмотреть.
Та пещера примыкала к одной из многочисленных подземных комнат. И вход в нее скрывался за одним из шкафов.
Но библиотекарь весьма занервничал, когда Люций спросил, не пропадали ли у них служащие пару лет назад.
– Я не знаю… Я тогда еще не работал. Но… – Он оглянулся по сторонам, потом глупо уставился в арку, которая выходила прямо в центр бездны, так похожей на колодец, встрепенулся и едва слышно прошептал: – Вообще, сюда не принято спускаться. Нехорошие слухи ходят. Да и Святой источник тревожить строжайше запрещено. Да, запрещено.
– Святой? – переспросил Люций. Меня тоже заинтересовало услышанное.
– Да. Это священные воды. По легенде, этой воды нельзя касаться. Даже мы, люди, об этом знаем. Иначе боги тебя проклянут. В ней таится загадочная сила, – убежденно заявил парень. При ближайшем рассмотрении он оказался даже младше, чем я подумала изначально. На вид лет двадцать, может, чуть меньше.
– Не знаешь, случайно, этот источник никак не связан со священным водоемом у озера Спокойствия? – продолжил расспрос Моран.
– Конечно, связан. Это он и есть! – воскликнул парень. – Там воды на поверхность выходят. Вы бы знали, что было два года назад! – закачал он головой, продолжая подниматься по ступенькам.
– Что было?
– Тогда кто-то из ваших потревожил священные воды, а потом начались такие ливни! Грозы шли непрестанно на протяжении нескольких дней. Никогда такого не видел. Будто сами боги на нас гневались. Уже думал, мы все помрем! – эмоционально поведал смотритель. Даже обернулся проверить, поражены ли мы рассказом.